Хиран. Для кого сияет бриллиант. Книга 1 (СИ) - Рум Оксана. Страница 59

― Что вы собираетесь делать?

― Я хочу увидеть мою дочь.

Колин вспомнил, чем закончилась встреча жены с отцом Аруна. Он помнил ее полные боли глаза. Отец Хиран производил хорошее впечатление, но еще не сказал ничего определенного. И Колин пока не был расположен ему доверять.

― Я не позволю ее обижать. Понимаю, что я не тот, кого вы бы хотели видеть рядом с Хиран, но ее вины в этом нет. То, что это она попросила жениться на ней, не значит, что она должна нести за это ответственность.

Может, у него и не было права говорить такое этому мужчине. Но сейчас Колину было плевать. Его принцесса не заслуживает удара еще и со стороны собственного отца. В конечном итоге он женился на ней и повторял те замысловатые клятвы. И он обещал жениться на ней по законам Соединенных Штатов.

― Хорошо. Рад это слышать, - это звучало вполне искренне. Колин мог даже сказать, что таким ответом отец Хиран остался доволен. ― Хочу заверить, что и не собирался обижать Хиран. Она моя единственная дочь. Наследница всего, что я имею. Она бриллиант моего сердца.

― Тогда что вы хотите сделать? - повторил Колин свой вопрос.

Мужчина долго молчал. Он не отводил своих темных, как у Хиран глаз, позволяя читать в них. И тут впервые с начала их разговора Колин увидел решимость.

― Я хочу забрать Хиран домой.

***

― Она моя жена.

Слова вырвались прежде, чем Колин успел остановить их. Прежде, чем успел скрыть в голосе собственнические нотки. Он и сам не понял, откуда это взялось. Только в ту секунду как он услышал слова Нараяна Притвираджа, Колин готов был начать спорить. А уже в следующую понял всю неизбежность происходящего. Разве не этого он ожидал, с самого начала полагая, что Хиран ненадолго задержится в его жизни. Но тогда он не знал, как глубоко она проникнет в его кровь. Но это были только его проблемы. Не время думать о том, что хочет он. Хиран лучшее, что случалось с ним в жизни. Но все лучшее не имеет склонность длиться долго.

― Хиран ваша жена, это никто и не оспаривает. Я не собираюсь в срочном порядке подыскивать ей жениха и выдавать замуж. Вы совершили свадебный обряд в присутствии священнослужителя и свидетеля. Хорошо бы еще зарегистрировать брак официально, но мы свято следуем традициям и вере, и обряда уже достаточно для нас, чтобы считать брак законным. Это не измениться. Но я хочу, чтобы моя дочь жила так, как того достойна. Соответственно ее положению и воспитанию. Надеюсь, что вы не станете препятствовать ее отъезду.

Горло Колина сжалось.

― Я обещал ей, что если она захочет уйти, я ее отпущу.

―Почему? Моя дочь стала вам плохой женой?

Колин едва не рассмеялся. Так странно. Он много раз слышал от Хиран, что она хочет стать ему хорошей женой. Откуда ему было знать, какой должна быть хорошая жена. А эта экзотическая птичка знала. Говорила, что быть хорошей женой, значит делать его счастливым.

― Вы же сами знаете, такого не может быть. Хиран прекрасный человек, она будет лучшей, за чтобы ни взялась.

― Тогда почему вы пообещали отпустить ее?

― Потому что мне, так же как и вам понятно – я не тот, кто ей нужен. Она заслуживает кого-то получше, чем я. Но когда она стала моей женой, я принял на себя обязательства по отношению к ней. Но я так же осознаю, почему она стала моей женой. Я не в праве ее заставлять оставаться со мной. И если она захочет уехать с вами, я не стану ей препятствовать.

Все чего хотел Колин, это встать и уйти. А потом поехать домой, посадить жену на мотоцикл и увести ее так далеко, чтобы никто, в том числе и Нараян Бхаскар Притвирадж, никогда ее не нашел. Но так же он знал, что не имеет права. Когда Хиран стала его женой, у нее не было выбора. Она оказалась в отчаянии и была испугана. А когда все случилось, то смело вошла в новую жизнь и поставила цель стать ему хорошей женой. Она ею и была. Каждый день. И Колин мог быть только благодарным ей за это время. Лучшее время. Возможно, он поступил как подонок, сделав ее своей в полном смысле этого слова, но не мог сожалеть об этом. Это все, что он мог у нее взять, и это останется с ним. Он не мог требовать от Хиран больше, чем уже получил.

Взгляд Нараяна Притвираджа потяжелел. Он вздохнул и принял уверенный вид.

― Это был не правильный ответ, сынок.

― Что это значит?

― Теперь уже не важно. Я забираю свою дочь.

― Я уже сказал, что не стану ей мешать. Если она захочет…

― Она не захочет. Поэтому я предпочел встретиться с вами наедине, прежде чем встретиться с Хиран. Моя дочь самый замечательный человек. И, несмотря на ее недавний бунт, последствия которого мы с вами сейчас улаживаем, она остается самой послушной и традиционной девушкой. Она знает, как должна себя вести жена, она осознает, в чем состоит ее долг. И она не уедет, по собственной воле. Вы, Колин, должны ее убедить.

Колин обещал ее отпустить. Он повторял про себя это много раз. Он нашел бы в себе достаточно силы, чтобы не пытаться ее остановить. Но все в нем воспротивилось от мысли, что он сам должен ее убедить уехать. Синоним – прогнать. Он не станет в этом участвовать. Он не просил ее в свою жизнь. Но Хиран вошла в нее, заставив ненадолго поверить в то, во что уже перестал верить. И он не был идиотом, и уж тем более не обладал благородством, чтобы самолично лишиться лучшего, что появилось у него.

― Вам придется сделать это, Колин, ― категорично заявил отец Хиран, словно прочитав его мысли. ― Я сказал, что еще не принял окончательного решения по отношению к дочери. Потому что все зависит от вас. Я прощу Хиран, для ее спокойствия благословлю и одобрю ваш с ней брак. Потом увезу ее в Индию. Вы поможете мне ее убедить навестить родных. Например, якобы показать им, что с ней ничего плохого не случилось. Думаю, если мы оба настоим на ее поездке, она не станет противиться.

― Вы собираетесь обмануть ее?

― Не совсем. Я действую в ее же интересах. Родные действительно беспокоятся. Особенно ее бабушка, моя мать. Так что Хиран успокоит их своим возвращением. Мы все преподнесем так, словно она в скором времени вернется к вам. Но я смогу задержать ее дома подольше. А потом, и вовсе остаться.

― Я не стану в этом участвовать. Я сказа, что сделаю, как хочет Хиран, но обманывать ее не стану.

Колин поднялся, потому что разгорающийся костер протеста уже не позволял ему спокойно сидеть в кресле и вести вежливую беседу. Весь этот разговор стал казаться неправильным.

― У вас нет выбора, - твердо произнес Нараян Притвирадж, поднявшись следом за Колином. ― Хотя, - поправил он себя. ―На самом деле я как раз и дал вам выбор. Я предоставил его в начале разговора, и вы сделали первый неправильный выбор. Теперь я даю еще один. Правда он уже не будет легким. Так вот, мистер Тейт, вы либо помогаете мне убедить Хиран вернуться со мной в Индию, либо я откажусь от нее, сделав так, как советовал мне Ариджит – признаю свою дочь умершей. Моя дочь попросила вас жениться на ней. Она сама приняла это решение. Теперь предстоит решать вам, какие это будет иметь для нее последствия.

Нараян Притвирадж бессовестно лгал. Не было у Колина никакого выбора.

Галстук стал удавкой и не позволял воздуху спокойно проникать в легкие и Колин дернул за узел, ослабив его. Потом отвернулся от мужчины, смотревшего на него как ястреб, и подошел к панорамному окну, открывающему вид на Нью-Йорк. Город, который дал ему все, что он захотел однажды получить. А потом Колин отказался от всего, ни минуты не сожалея. Он добивался успеха большим трудом. Они с Аруном пробивали себе дорогу, порой терпя неудачу, но не сдаваясь. Никогда не было легко. И все же Колин легко оставил все позади.