Сага листвы (СИ) - Ракитина Ника Дмитриевна. Страница 9
— Ага, — сказали хором Хельга и Салзар, и приступили к дегустации, переглядываясь и хихикая.
А пришлый, всё так же лежа на спине и уставившись вверх, хмурился, словно отгонял непрошенные воспоминания. И, если кто-нибудь в тот момент случайно заглянул бы ему в глаза — наверняка бы испугался. Только вот никто не посмотрел.
Глава 3
По глубокому синему небу проворно бежали облака — кудрявые, сбитые в причудливее фигуры — и Хельга сонно их разглядывала сквозь прикрытые веки.
— Знаешь, — наконец пробормотала она и слегка поморщилась — пальцы Мидеса, неспешно перебирающие ее волосы, дернули прядку, — когда я была маленькой, ну, вот примерно, как Джоня, я часами могла валяться на крыше сарая и разгадывать облака. Эй, Салз, ты спишь?
Широкая грудь некроманта шевельнулась под ее затылком. Джоанна, что сидела на краю бассейна, свесив босые ноги в воду и сосредоточенно царапая что-то в книжице, негромко фыркнула.
— М-м..? Нет, не сплю. А как это?
— Ну, задаешь себе вопрос, а после смотришь на облако и пытаешься угадать ответ. Один раз мне даже удалось разглядеть там куклу, которую потом подарили на день рождения.
— Экое ребячество, — укоризненно сказала младшая Блэкмунд, и загадочно посмотрела в небо, всем своим видом показывая, что уж она-то ни за что не стала бы спрашивать о какой-то там кукле.
— И что же, мисс Хельга, вы разглядели там сейчас? — раздался насмешливый голос Торуса. Элвилин уселся и стал подкладывать в засыпающий костерок новые веточки. — Надеюсь, не зверские рожи охранников библиотеки?
— Насмехаешься, да? — девушка резко поднялась и раздраженно оттолкнула руку пытающегося придержать ее Мидеса.
— Отчего же, — удивился пришлый. — Просто меня заботит наша ночная проделка, вот и всё. Тут не стоит лезть на рожон, а следует хорошенько всё продумать.
Салзар тоже сел и принялся стряхивать с плеч лесной мусор:
— Нам, наверное, нужно будет отвлечь охрану в то время, как Хельга станет выносить фолиант.
— На глазах у всех? — девушка поежилась. — Салз, он большой. Мне не удастся спрятать книгу на себе.
— Слишком рискованно, — Торус покачал головой. — И, потом, книгу обязательно хватятся, станут выяснять, кто брал. Ты же не собираешься втягивать девицу в неприятности? Гораздо безопаснее будет нам самим проникнуть в Закрытые залы и прямо там сделать перевод.
— Да, — старшая Блэкмунд благодарно посмотрела на элвилин и улыбнулась.
Совсем чуть-чуть, чтобы он там себе не подумал, что Хельга забыла про облака. — Так лучше всего. Я могу остаться в залах после закрытия — спрятаться за стеллажами, а потом изнутри отворить двери.
— А ключ? — Салзар обеспокоенно посмотрел на подругу.
— Ерунда, я знаю, где висит запасная связка, подглядела, когда библиотекарь лазал в шкаф.
— А я могу сторожить! — раскрасневшаяся Джоанна подняла от лицо от записей и с надеждой посмотрела на эйп Леденваля.
— Еще чего! — возмутилась Хельга. — Дети не должны болтаться ночами по городу, и уж тем более иметь дело со стражниками Академии! А что я маман скажу, если тебя вдруг хватятся?
— Полагаю, мисс Джоанна уже доказала, какой она может быть смелой и сообразительной. — Элвилин ухватил цыплячью лапку девочки и с чувством приложился к запястью. — Да, Мидес, ты часом, не записал ли текст с колонны?
— Откуда? — некромант пожал плечами и откинул со лба влажные волосы. — Вот же парит, точно и не осень вовсе…
— Тогда пошли, — элвилин мягко вскочил на ноги, — помогу. Кое-какие руны я всё же разбираю, так что… — и с широкой улыбкой обернулся к младшей сестре: — Надеюсь, прекрасная Джоанна одолжит нам карандаш и пергамент?
Девочка судорожно прижала обшитую парчой книжицу к тощей груди.
— Джоня, не будь скрягой, — Хельга мрачно посмотрела на сестру, — если уж решила помогать, доводи дело до конца. Я уверена, что у наших друзей достанет воспитания не подглядывать в твои записки. Во всяком случае, за Салзара я могу поручиться головой.
И смерила язвительным взглядом эйп Леденваля.
— Клянусь Судиёй, — пришлый вскинул на девочку честный взор и двумя перстами очертил лоб, — во мне вы тоже можете не сомневаться, дорогая.
Джоня немного помялась, но, в конце концов, сунула свое сокровище в руки Торусу. Мидесу она, похоже, не доверяла совершенно.
Мужчины удалились, а Хельга, пользуясь моментом, стащила чулки и туфли и, последовав примеру сестренки, уселась на бортик бассейна и окунула ноги в теплую воду. Подставила лицо солнцу и блаженно замерла.
Джоанна сосредоточенно пыхтела рядом, возила ногами, плескала в сестру маленькими волнами и та, в конце концов, пробурчала:
— Хватит беспокоиться. Ничего с твоими мараками не случится.
— Только диктовать я сама стану, — непримиримо буркнула девочка.
— Чего диктовать? — Старшая сестра недовольно приоткрыла один глаз.
— Надписи. Которые нужно переводить.
— И давно ты знаешь элвилинский? — насмешливо спросила Хельга, а после нахмурилась: — Так, ты чего удумала? Я же сказала, что ночами мотаться по городу не позволю.
— Ага, — проныла Джоня, — как пергамент брать, так я нужна, а как… — а потом глаза ее радостно блеснули, — а я тогда маме расскажу.
— Шантажистка, — фыркнула Хельга, — думаешь, мне не найдется, о чем наябедничать? Думаешь, я не видела, какие книжки вы с этой твоей белобрысой подружкой читали?
— Не трогай Инге! — возмущенно завопила девочка и сжала кулачки. — Если ее дядя узнает, ей такое будет!
— Не трону, — надменно кивнула Хельга и закинула волосы за спину, — если ты останешься дома и не станешь путаться под ногами у старших.
Сестры замолчали и еще некоторое время сидели, угрюмо созерцая водную гладь с покачивающимися на ней золотыми листьями. Непримиримые и очень сейчас друг на друга похожие.
— Он тебе нравится, да? — спустя несколько тягучих, напоенных солнцем и шорохом листвы минут, мрачно спросила Джоня и пнула воду.
— Сдурела? — Хельга почувствовала, как жарко стало щекам — не иначе прав был Салзар, солнце светило свершено по-летнему. — Он нахальный задавака-короед, я таких вообще терпеть не могу!
— Ага! — звонким злым голосом завопила девочка. — Я не сказала, про кого спрашиваю, а ты… ты! Дылда противная!
И, повинуясь неизвестно откуда накатившей волне ревности, с силой толкнула сестру в спину. Хельга, не ожидавшая от Джоанны подобной выходки, растерянно вскрикнула и полетела в воду. Взметнулся фонтан сверкающих брызг, и девушка, больно ударившись плечом о мраморный бортик, почувствовала, как внезапно слабеет тело, а глаза застилает темнота. Глухо, словно из-за стены, донесся испуганный крик Джоньки, потом чьи-то сильные руки дернули Хельгу на поверхность, и незнамо как она снова очутилась на площадке. Прямо в объятиях растерянно моргающего Салзара.
— Ну, красавица, ты даешь…
Хельга обернулась, убирая от лица мокрые волосы: Торус стоял по пояс в воде и прожигал суровым взглядом скорчившуюся на бортике Джоньку.
— Я… я не знаю… оно само — бледная, как полотно, девочка хлюпала носом, а подбородок ее мелко дрожал, — я не хотела. Судия, боженька, я правда не хотела…
Элвилин легко выскочил из воды и, не говоря ни слова, плеснул на дно кружки мед; сунул рыдающей Джоне:
— Всё, маленькая, пей.
И столько заботы и мягкости было в его голосе, что Хельга совершенно очнулась, уткнулась в плечо Мидесу и тоже разревелась.
— Что, — Салзар испуганно гладил мокрую спину девушки, — испугалась?
Ударилась? Где болит?
— Плечо, — всхлипнула Хельга и подумала, что вовсе сейчас и не врет — плечо вправду болело, а из-за чего она льет слезы, Мидес и не спрашивал.
— Я сейчас, — Салзар на минутку отпустил девушку, выдернул из-под остатков трапезы цветастую скатерку и накинул на голову Хельге. Ярко раскрашенная миска, покатившись по мраморной площадке, стукнулась о колонну и разбилась.
— Наверное, нужен доктор, — озабоченно пробормотал некромант, вытирая подруге волосы и осторожно промокая руки.