Одно (не) счастье на двоих (СИ) - Владимирова-Бойко Марина. Страница 31

— Ничего себе! — послышался голос Тимофея. Мила тут же открыла глаза и увидела, как в гостиную ее номера зашел Тима. Он слегка присвистнул, когда увидел самую настоящую выставку из роз, так как один букет был краше другого.

— И кто сегодня скупил весь цветочный магазин? — говорил он нервно и на повышенных тонах.

— От Матвея. — Тихо сказал она, и собралась уходить, как Тима перегородил ей путь.

— Значит, вот с кем ты была этой ночью. И даже телефон не взяла. А я то думал, переживал… У тебя было что-то с ним? — Тимофей резко схватил Милу за запястье. — Отвечай!

— Отпусти меня! Ничего не было. Я просто пыталась с ним договориться. — Мила пыталась вырвать руку. Все же Тимофей ослабил хватку и отпустил ее.

— Не ожидал я такого поворота. Он же твой враг, он забрал у тебя все, а ты принимаешь от него цветы, так словно он твой любовник.

— Замолчи! — Мила перешла на крик. — Телефон я забыла.

Тима ей ничего не ответил, а резко вышел из номера, громко хлопнув за собой дверью.

С Тимофеем Мила не виделась до самого утра. А утром ей просто пришлось. Нужно было возвращаться обратно в Санкт-Петербург. Самолет для частных перелетов был подан и Тима летел вместе с ней. Всего несколько часов и Мила будет в родном городе. Москва ей понравилась. И она никогда ее не забудет. Скорей всего будет возвращаться сюда снова и снова.

Почти всю дорогу они молчали. Он даже не смотрел в ее сторону. Все его внимание было прикреплено к иллюминатору. Он не сводил глаз с белых облаков, которые проплывали за круглым окном. Она пыталась хоть как-то с ним заговорить, но он совершенно не хотел идти с ней на контакт.

— Обижаешься? — спокойно спросила Мила, когда самолет шел на посадку.

— Ты так не выбрала дом….

— Я выбрала. Мне понравился дом в Сестрорецке с большой мансардой.

Наконец-то Тима улыбнулся и процедил сквозь зубы:

— Хороший выбор. Я тогда позвоню риелтору.

Как только самолет приземлился, Мила взяла такси сразу и направилась к Валентине Гавриловне.

Как только она открыла дверь, Мила с порога принялась ее обнимать. Она крепко обняла старушку и тут же зарыдала.

— Что случилось? — удивленно спросила Валентина Гавриловна.

— Мне кажется, я влюбилась.

— Так это же хорошо! Любовь это всегда прекрасно.

— Я влюбилась в человека, который отнял у меня ребенка.

Соседка Милы нахмурилась, но не растерявшись, строго произнесла:

— Пойдем, присядем. Ты все мне расскажешь за чашкой чая.

В квартире Валентины Гавриловны так ничего не изменилось, после отъезда Милы. Все тот же стол в центре зала, застеленный белой узорчатой скатертью. На столе стояла вазочка с печеньем и конфетами.

— Я ничего не могу с собой поделать. Я думаю о нем и днем и ночью, он мне снится…, - сказала Мила, вытирая слезы. Она присела за стол и снова обратилась к соседке:

— Я хочу его видеть каждый день. Я хочу говорить с ним… Он отнял у меня самое дорогое, разрушил мою жизнь, а я не могу без него!

— Хм… Ты еще такая юная. Чем он тебя купил? Наверное, отпустил пару комплиментиков, цветочки подарил?

— Да! Еще и на яхте покатал. — Мила прикрыла лицо руками и снова зарыдала.

— Ну, все успокойся. Тут слезами горю не поможешь. Понимаешь, он мог специально это сделать.

— Что сделать? — Мила убрала руки от красных и заплаканных глаз и удивленно посмотрела на соседку.

— Подкупить тебя. Отвлечь твое внимание. Ведь он знает, зачем ты пришла и что ты хочешь забрать свое. Тем более у него в любом случае есть женщина. Скорей всего красивая, как Афродита. Богатые любят красивых…

Мила не дослушала Валентину Гавриловну и, встав из-за стола, направилась в прихожую. Достав из своей сумки телефон, она тут же подключилась к интернету и ввела в поисковик: «Жена Матвея Барских…». Сразу появилась фотография красивой темноволосой женщины. Валентина Гавриловна была права. Она была так привлекательна, что ее внешность можно свободно сравнить с внешностью Афродиты. Она пролистывала одну фотку за другой и понимала, что она где-то ее видела, но не как не могла припомнить, где именно.

Откинув телефон в сторону, Мила вернулась в зал. Валентина Гавриловна разлила чай по фарфоровым кружкам и мягко произнесла:

— Садись, а то чай остынет.

— Я где-то ее видела. Никак не могу вспомнить где. Лицо у нее очень запоминающееся. Такую женщину сложно не заметить. Слишком эффектная. Так что вы правы. Против нее у меня шансов нет, — Мила села за стол, подвинула к себе чашку с чаем.

— Забудь его, как страшный сон. Не нужен он тебе.

— Заберу у него своего ребенка, и мы уедем. Не нужно мне все это. Тем более, мне кажется, я знаю, как мне это сделать. — Мила вытерла остатки слез. Она говорила это уверенно и даже слегка грозно.

— И как же? — Валентина Гавриловна увидела, что Мила окрепла духом и скорей всего сегодня же забудет о своем новом увлечении.

— Я узнала ее! Узнала. Я вспомнила, где я ее видела. Теперь у меня появилась зацепка…

Часть 28

Глава 28

Степнов Борис приехал в указанное место. Он вышел из своего кроссовера «Рено дастер» и огляделся. Вокруг пустырь, стройка в самом разгаре. Именно здесь он прикупил землю, чтобы построить свой крупнейший торговый центр. Почти все здания снесены, осталась одна районная поликлиника, но ее снос, тоже был вопросом времени. Уже весь мед персонал давно рассчитался, больница практически пустовала и по большей степени была его штабом-убежищем. Здесь он пытал предателей, реанимировал своих ребят.

Не прошло и минуты, как к нему подъехал мощный джип марки «Мерседес». Из машины вышел сухощавый мужчина в строгом черном костюме и тут же быстро подошел к Степнову и пожал ему руку.

Борис ответил ему взаимностью и крепко сжал его ладонь.

— Как обстоят дела? — тут же спросил Степнов.

— Никсон слился по ходу дела.

— Что значит, слился? — двое мужчин отошли от своих мужчин и медленно шли вдоль нового строящего здания.

— По ходу дела он по полной втюрился в жену своего босса. В эту восточную красавицу. Причем так втюрился, что никогда ее не сдаст. По ходу дела они в ближайшее время хотят сделать ноги.

— Она тоже с ним заодно?

— Единогласно!

— Хм… И чем же этот ни чем не приметный Никсон, привлек внимание такой женщины? Ладно, Матвей, у него бабла…Эх сколько же у него денег, а он все никак не угомониться, — Борис заложил руки за спину и показал свои слегка выпуклые зубы.

— Понятия не имею. Но смог. Информация стопроцентная. Что его тогда убрать?

— Нет, не нужно. Его же свои и уберут. Ты только поспособствуй, чтобы об этом узнал Матвей.

— Будет сделано.

— Вот и отлично. Тогда переходим к плану «Б». Кстати, как он тебя чувствует? — двое мужчин зашагали быстрее в направлении старой двухэтажной поликлинике.

— Нормально. Уже пришел в себя.

— Это очень хорошо.

Мужчины вошли в больницу. Толстые стены, выкрашенные в светло-бежевую краску, сразу бросились в глаза. Здание было вполне нормальное и жилое, но Борису хотелось, как можно скорее снести его, но спешить было нельзя. Собственно, как и в остальных его делах.

Они поднялись на второй этаж, где в одной из палат, под капельницей лежал ОН. Разбитое в кровь лицо, обожженные ноги. Синяки и ссадины покрывали его худые руки. На парня нельзя было смотреть без слез. По всей видимости, ему хорошо досталось.

— Как ты себя чувствуешь? — громко сказал Борис.

Но в ответ он лишь моргнул.

— Ничего! Жить будешь, скоро заживет, как на собаке. И тогда мы вместе накажем твоего обидчика. Того самого, кто хотел тебя убить! Кто забрал твоего ребенка… Поправляйся Денис. Ты мне нужен живым.

Часть 29

Глава 29

Уже ближе к вечеру Мила и Тимофей приехали в Сестрорецкое, смотреть ее новый дом. Это был добротный особняк, вблизи озера. Озеро расположено к дому так близко, что было видно, как по нему плавают белые лебеди. Территория особняка, была огорожена высоким решетчатым забором, а также облагорожена массивными зелеными кустарниками и деревьями. За домом находился небольшой сад, где росли гортензия, шафран и орхидеи.