Один в поле (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич. Страница 17

Форма одежды у всех нас стандартная армейская полевая без знаков различия, и были мы все просто «бойцами», невзирая на прошлые звания и заслуги. Единственными исключениями стали командиры роты, взводов и отделений. Они носили звезды на погонах и сержантские шевроны на рукаве. Подозреваю, что наши сержанты еще совсем недавно носили офицерские погоны. За что с ними поступили столь жестоко, нам не доложили, а мы и не спрашивали — у каждого имеется нехилый шкафчик со своими скелетами и до чужих нам дела нет. Ношение правительственных наград также категорически запрещено. Любителей позвенеть медальками и сверкнуть орденами отцы-командиры быстро от этого отучили, используя традиционную армейскую методику: «Не доходит через голову — дойдет через ноги. Мне похвастаться было нечем, поскольку все мои боевые награды вместе с прочими вещами были изъяты во время ареста.

После обязательного утреннего построения и осмотра нас вели в столовую на завтрак, строем и с песней. Исполняли «Парень с планеты Земля», «Ждите нас девчонки» и еще несколько популярных хитов. Пели дружно, громко и с душой, а те, кто отлынивали, незамедлительно получали наряды на покраску травы, махание метлой, а еще копку с последующей засыпкой очень нужной траншеи «отсюда и до отбоя». Ротный старшина Еременко, в чье ведение поступали все проштрафившиеся бойцы, оказался еще тем выдумщиком.

После утреннего приема пищи, также строем и с песняком следовали в пункт загрузки учебных баз, затем нас на несколько часов укладывали в медицинские капсулы, где «под разгоном» проходило усвоение нового материала.

Разгон — специальная медицинская процедура, позволяющая усваивать информацию с бешеной скоростью. Я не специалист в данной области, мне известно лишь то, что по команде медицинского Искина нейросеть нейтрализует наниты в организме человека. После чего в кровь вводится специальный состав, стимулирующий работу мозга, увеличивая его производительность примерно на порядок. Время обучения пролетает очень быстро, однако потом примерно час меня мучают ужасные мигрени, и нейросеть не в состоянии каким-либо образом снять головную боль. У прочих моих сослуживцев примерно та же картина, судя по кислым физиономиям и жалобам на здоровье.

Не знаю, чему учат моих боевых товарищей, мне загружают кучу самых различных знаний. Некоторые базы, на мой взгляд, абсолютно лишние. Например, «Холодное оружие, углубленный курс» или «Основы ксенологии», «Естественные науки, расширенный курс», «Мировая экономика», «Стратегия и Тактика в земных войнах», «Технологии Земли, исторический экскурс» и много-много всякого разного. Спрашивается, для чего мне нужно знать систему управления фалангой Александра Македонского, ТТХ, общее устройство и взаимодействие основных узлов танка Т-34, вдобавок политико-экономическую ситуацию в Древнем Риме времен Пунических войн? Согласен, владение ножом, саблей, шпагой, мечом, шестом, копьем, вместе с приемами самообороны могут оказаться полезными, при встрече с какими-нибудь уличными хулиганами. А вот на хрена мне, спрашивается, «вариативные линии поведения при встрече с разумным инопланетным крокозяброй», коих никто из ученых в глаза не видел и вряд ли когда увидит? Ага, постараться наладить контакт без рукоприкладства и использования оружия. Так этому и безо всякого курса ксенологии вбивают в головы новобранцев еще при прохождении КМБ (курса молодого бойца). Вбивают, но до сих пор ни одного разумного инопланетянина, слава богу, землянами встречено не было.

Изрядно огорошила база «Полевая кулинария», а именно как из инопланетных тараканов, одуванчиков, грибов и слоновьего дерьма приготовить вкусную здоровую еду. Насчет дерьма даже не шучу, как оказалось, экскременты некоторых животных могут служить неплохим источником питательных элементов для человека. Ну а если в куче говна завелись всякие червячки и личинки, тогда вообще это кулинарная находка. Ага, вам смешно, а каково было мне в виртуальной реальности употреблять подобную дрянь и еще много всякой разной «вкусной и здоровой» пищи. Бу-а! сейчас вырвет… от удовольствия!

Зато теперь я знаю, как устроены древнегреческие баллиста и катапульта, иже с ними композитный лук, а также, как отлить бронзовый пушечный ствол, ну или чугунный. Как изготовить едва ли не из говна и палок трактор с дизельным движком, аэроплан, газонокосилку, вот только для чего мне это знание — суть великая тайна есть. Прям средневековый энциклопедист какой-то, типа Леонардо да Винчи или Ломоносова Михайло Васильевича. Вот только те гиганты человеческой мысли на подозревали о корпускулярно-волновом дуализме, теориях Ферми и Планка, теореме Пуанкаре, доказанной Григорием Перельманом и многих других «крайне полезных» для простого снайпера вещах, от которых у этого самого простого снайпера в настоящий момент голова пухнет, а в мыслях разброд и шатание.

После усвоения под «разгоном» разнообразного учебного материала рота опять же строем и с громкой песней проследовала на обед. Несмотря на минимальную физическую нагрузку, расход ресурсов организма колоссальный, поэтому недостатком аппетита никто не страдал. Ограничений по количеству съедаемой бойцами пищи не было. Некоторые обжоры умудрялись слопать аж по три полноценных обеда.

Далее нам отводилось полтора часа на занятия личными делами. Проштрафившихся ждали метла, лопаты, кисти с краской и прочий шанцевый инструмент.

Затем рота расходилась по различным специализированным стрельбищам. Я отрабатывал на практике уже известные и вновь приобретенные методики маскировки, скрытого проникновения и точной стрельбы. По большому счету, ничего особо нового для меня там не было. Многие «новые» приемы были давно освоены мной во время реальных боевых действий на интуитивном уровне.

Три раза в неделю производилось боевое слаживание различных подразделений роты. Поначалу это происходило исключительно днем, затем в ночное время. Сначала все было довольно тоскливо. Не один раз вместо вражеских целей, созданных посредством инструментов дополненной реальности, мы накрывали друг друга «дружественным огнем». Постепенно все нормализовалось, было четко отлажено взаимодействие индивидуальных нейросетей и доведение до каждого бойца диспозиции роты и планов начальства. Тренировались, как я уже упоминал, к отражению самых различных атак. Стада «диких бизонов» численностью в несколько тысяч голов, футуристическая рыцарская конница, закованная в сталь и прикрытая защитными пси-полями, современный батальон при поддержке авиации и танков, инопланетные пришельцы из разных компьютерных игр. — все это и еще много всякого было сгенерировано чокнутыми креативными дизайнерами посредством голопроекторов, методами дополненной реальности, генераторами свето-шумовых иллюзий и еще какими-то неведомыми нам средствами.

Часто, лежа на занимаемой позиции, я ощущал себя в самой настоящей боевой мясорубке, тому способствовали нехилые болевые ощущения, посылаемые в мозг нейросетью, при получении условных ранений. Иногда попадание из вражеского оружия заканчивалось моей «смертью», в этом случае приходилось валяться на земле до самого конца схватки, изображая мертвого героя. Короче, все как в реальности, только без фатальных последствий и членовредительства.

И все-таки мы так и не смогли понять, с каким врагом в конечном итоге нам придется столкнуться. На этот счет часто устраивались бурные дебаты, чаще всего в курилке. Поскольку я не курю и на дух не переношу табачный дым, то и в обсуждении природы потенциального противника участия не принимал.

Обычно после команды «Вольно, разойдись! Можно покурить и оправиться» я не летел сломя голову, занимать место в курилке, а отправлялся в укромный уголок, скрытый от посторонних взглядов стволами деревьев и густым кустарником, падал на мягкую травку и тупо любовался пробегающими по небу облаками. В один из таких медитативных трансов мне удалось подслушать разговор двух офицеров, не подозревавших о моем присутствии неподалеку.

Случилось это примерно через месяц после начала тренировок. Как уже было сказано, я предавался послеобеденной медитации в своем укромном уголке. Неожиданно из состояния вдумчивой оценки формы одного летящего по небу облака. Меня вывел мужской голос: