Босс для Гадкого утёнка (СИ) - Амурская Алёна. Страница 7

— Ужас какой, — шепчу я, и красавица в зеркале послушно шевелит соблазнительными губами одновременно со мной. — Вот что с людьми штукатурка от профи делает!

Где-то в коридоре слышатся шаги, и я в бешеной спешке тру лицо, не жалея ни мыла, ни собственной кожи. Вода в раковине становится серо-буро-малиновой от смываемого макияжа.

— Дианка, ты чего тут потоп устроила? — удивлённо спрашивает заглянувшая в туалет Ирочка.

— Да так, перепачкалась, — отмахиваюсь я.

Тщательно вытираю лицо салфетками, потом сразу же надеваю очки и с облегчением вижу в отражении себя прежнюю — обычную девушку, каких на улицах миллионы. Только лицо все в красных пятнах из-за нещадного трения.

— Слушай, там наверху какой-то переполох, — делится Ирочка. — Наш босс модель какую-то ищет. Все в непонятках. Ну вот скажи мне — какая нормальная модель будет убегать от владельца модельного агентства? Я бы скорее поверила, что это она за ним гоняется, чем наоборот.

— Да-а… — глубокомысленно киваю я. — Она просто идиотка.

А сама внутри трясусь от страха. Что, если босс найдет меня? Я ж его ударила… по самому больному… блин…

В коридор мы с Иркой выходим вместе. Поднимаемся по лестнице… и на следующем этаже натыкаемся на мрачного, как грозовая туча, Тимура Аркадьевича.

Он медленно спускается по лестнице, окидывая нас тяжёлым внимательным взглядом.

Я аж в плечи голову вжимаю в ожидании нагоняя. Спина мокрая от холодного пота и кожа прям гусиная-гусиная. Страшно до жути.

— Здрасте, Тимур Аркадьевич! — кокетливо щебечет Ирочка.

— Привет, — хмуро бросает он и проходит мимо. Его неторопливые гулкие шаги ещё долго звучат у меня в ушах, пока босс не скрывается на каком-то из нижних этажей нашего модельного агентства.

Облегчение так велико, что колени подламываются, как отсыревший картон. Я прислоняюсь к стене, а затем и вовсе сажусь на ступеньку.

— Ты чего, Диан? — оборачивается Ирочка.

— Да так, в глазах потемнело.

— Ты посиди, я сейчас водички принесу!

Она убегает, а я длинно выдыхаю. Затем прикрываю глаза и слышу собственный глухой смешок.

Босс меня не узнал.

И я сделаю всё, чтобы так оставалось и впредь. Ведь он так и не услышал моего имени.

Какой же он всё-таки гад! Не успел разобраться с двумя своими подружками, как уже и третью себе присмотрел. И сразу руки ведь распустил! Совести у него не хватает, блин. Мои недобратья, кстати, такие же бабники. Просто не такого высокого уровня, как Лебеда, и в пассиях у них ходят не роскошные фотомодели, а студентки или какие-нибудь продавщицы с нашего района.

Ирочка возвращается со стаканом воды, и я с жадной благодарностью выпиваю его. В горле с перепугу сухо, как в пустыне Сахара.

— С секретаршей столкнулась, — полушепотом делится подруга, глядя, как я пью. — Босс ей странное распоряжение выдал. Вот прям только что. Сначала приказал, чтобы ему портфолио всех моделей-шатенок на электронку скинули. А потом добавил, чтобы завтра с утра эти шатенки всем скопом явились к нему на кастинг в кабинет. Ты не представляешь, что сейчас у наших девочек в модельной студии творится!

Я смотрю на пустой стакан. Вода закончилась, а будто и не пила. Стресс — страшная вещь.

— Ну и что там творится? — спрашиваю уныло.

— Все модели, которые узнали о словах босса, кинулись в салоны красоты! Прям наперегонки, представляешь?

— Зачем?

— Срочно перекрашиваться в шатенок!

Глава 6. Нашествие шатенок

На следующее утро у меня возникает дежавю.

Красавицы-модели толпятся и гарцуют в коридорах, шушукаются и прихорашиваются, как в мой первый день на работе. Только теперь они не отличаются особой индивидуальностью. Куда ни глянь — везде шатенки с незначительным разнообразием оттенков.

Даже Ирочка зачем-то перекрасилась, поддавшись всеобщему сумасшествию.

— Ты чего это? — ошарашенно говорю я, столкнувшись с ней в гардеробной.

Она беспечно пожимает плечами и поправляет свою прическу-каре из вчера ещё только золотистых, а ныне каштановых коротко стриженых прядей.

— А что я? Нельзя же от нового модного тренда отставать. Все побежали, и я побежал! Слыхала выражение такое?

— За модой всё равно не угонишься, Ир. Она вертится быстрее, чем флюгер на ветру.

— Уж я как-нибудь угонюсь, — отмахивается она и ехидно добавляет: — Не всем же повезло родиться такой натуральной шатенкой, как ты! Кстати… гляжу, у тебя прическа сегодня новая. Первый раз вижу тебя с бубликом на макушке. Ты чего так сильно затянула-то?

— Экспериментирую с образами, — отвечаю я уклончиво. — Надоело все время со своими лохмами распущенными ходить.

На всякий случай оглядываюсь, не подслушивает ли нас кто-нибудь. Кажется, у меня на фоне стресса скоро мания преследования разовьётся. Или глаз дёргаться начнет. Все время кажется, что сейчас из-за угла выйдет босс и мстительно прорычит: «Ага! Попалась? А ну иди сюда..!»

— Ну не знаю, — Ирочка критически разглядывает мою тщательно прилизанную голову с плотно скрученными волосами. — Как по мне, так этот причесон устарел лет эдак на… сто. Нет, даже на двести. Да ещё и очки эти кошмарные… Слушай, может, тебе линзы лучше носить? Ты сейчас на унылую ботаничку похожа. И на сову ещё.

А то мне неизвестно, каким чучелом я теперь выгляжу!

Собираясь на работу, я прикидывала и так, и эдак, но логика твердила одно: очки сейчас для меня — самая наилучшая маскировка и защита от разгневанного Тимура Аркадьевича. А волосы я убрала для надёжности. Ведь он вчера видел меня именно с распущенными локонами. Мало ли, вдруг заподозрит, а там и до разгадки недалеко…

Так что я просто отмахиваюсь:

— Посмотрим. Все равно у меня пока денег на линзы нет.

— Ой, ну это дело решаемое! Скоро аванс всем выдадут, — деловито сообщает Ирочка. — А ты пока вон с нашим новым визажистом посоветуйся насчёт своих экспериментов. Знаешь, какой он крутой спец? Говорят, босс его у наших же конкурентов переманил на бешеный оклад. О, вот и кстати… Алексей Анатольевич!

Она так неожиданно выкрикивает это имя, что я аж вздрагиваю. И сразу же испуганно вжимаю голову в плечи. Потому что за моей спиной укоризненно отзывается знакомый слащавый голос:

— Ну зачем же так официально, Ирочка… Можно просто Алекс. И давай на ты, безо всяких церемоний.

Я не спешу разворачиваться к нему лицом, просто встаю полубоком. Узнает или не узнает? Поди пойми… У большинства визажистов вообще-то глаз профессионально наметанный.

— Даже так? — приятно удивляется Ирочка и охотно начинает трещать: — Мы тут с подругой хотели посоветоваться насчёт ее кошмарного стиля…

— Ир, не надо, пожалуйста, — перебиваю я тихо. Нервы напряжены так, что только тронь — зазвенят, как гитарные струны.

Узнает или не узнает? А если узнает, побежит ли докладывать своему приятелю Тимуру Аркадьевичу?

— Ну как знаешь, — пожимает Ирочка плечами, потом жалуется задумчивому Алексу: — Я тут, понимаешь, стараюсь ей вкус привить к современным течениям в моде, а она экспериментирует с допотопными образами. Ладно, пойду кофейку, что ли глотну перед работой…

— Я с тобой! — дергаюсь я, но слащавый визажист вдруг придерживает меня за рукав.

— Минуточку… Ирочка, ты же не против, если я проконсультирую это прилизанное чудо в очках с глазу на глаз? Так сказать, тет-а-тет?

Я в ужасе замираю, больше всего на свете мечтая провалиться на этом же самом месте. Куда-нибудь этажом ниже. А ещё лучше сразу в темный подвал. Потому что взгляд этого слащавого Алекса такой насмешливо-понимающий, что становится ясно — он меня узнал.

— Ну привет, девочка-огонь! — слышу его смешок.

В горле от паники так пересохло, что голос мне не повинуется. Кое-как сглатываю и умоляюще говорю:

— Алексей Анатольевич… то есть… Алекс! Пожалуйста, не говорите ничего Тимуру Аркадьевичу! Он меня уволит. А мне так нужна эта работа…

— С чего ты решила, что тебя уволят, огонёк? — с ласковой ехидинкой осведомляется визажист.