Кодекс (СИ) - Орлов Дмитрий Павлович. Страница 22

Открыв глаза я увидел лица медиков, которые снимали показатели моего тела. Я ещё полностью не пришёл в сознание, но из обрывочных фраз уже понял, что мои показатели вполне удовлетворительны. Система ускорителей работала исправно и разум за проведённые шестьдесят дней полностью синхронизировался с ней.

Пока это было на уровне нейронной связи, а более точные показатели можно будет получить только после практических испытаний. Те шестьдесят дней, которые я провёл в капсуле сохранения, прошли не просто во сне. Мой мозг в это время получал довольно большое количество информации, которая была необходима для выживания.

Сейчас я уже понимал, что суровые испытания, через которые я проходил будучи исполнителем, с точки зрения инженера, выглядят как детский сад. И дурацкие вопросы возникшие у меня в голове, когда я увидел Станислава в плаще поверх брони, оказались действительно дурацкими. Теперь-то я знаю, что плащ это динамическая защита состоящая из множества небольших элементов, из которых он изготовлен.

Благодаря этой системе выживаемость инженеров повысилась на тридцать процентов. Но не только я подвергся изменению, мой кодекс тоже получила новую прошивку и теперь могла синхронно работать с программой ускорителей. Ведь именно кодекс отвечает за активизацию следующей категории усилителей.

— Во избежании неприятностей я немного понизила параметры усилителей, — сообщила кодекс, после того, как меня извлекли из капсулы.

Благодаря тому, что всё это время электрические разряды пускались через мои мышцы, я не испытал никакого дискомфорта, когда встал на ноги.

— Сомневаешься в моих способностях? — спросил я.

— Сомнение, это удел твоей несовершенной формы, — с ехидством ответила она. — А мой интеллект пользуется достоверной информацией, основанной на точных измерениях состояния твоего организма.

— И что там говорит набор проводков, собранный при помощи паяльника?

— Когда заканчиваются аргументы переходят к эмоциональным высказываниям, но со мной такой фокус не пройдёт. Хотя у меня и есть огромный банк подобных эпитетов, где «кожаный мешок с костями» самый приличный из них. В любом случае тебе не стоит со мной соревноваться, ведь у тебя нет шанса на выигрыш. Но чтобы не отвлекаться на бесполезную болтовню я сразу предупреждаю, даже не начинай в себя верить. Надеюсь тебе не стоит напоминать тот случай, когда ты поверил в себя и оказался унижен какими-то гопниками.

— Сказала, что не будешь напоминать, а сама напомнила, — пробурчал я.

— Я не совершенна и не смогла себе отказать в маленькой женской слабости. Поэтому лучше немного подождать, а уже потом чувствовать себя в полном порядке и не врезаться в стены от того, что ты просто пока ещё не можешь контролировать усилители.

— Да понял я, понял.

Мой кодекс имела неприятную привычку разжёвывать всё, словно я идиот, который не понимает ни с первого ни со второго раза. В такие моменты, когда её заклинивает мне приходится её осаживать, иначе она будет ворчать часами. По большому счёту у неё достаточно сбоев, которые портят мне жизнь, но они не настолько сильные, чтобы я запускал полную проверку.

Возможно со мной что-то не так, но именно её программные ошибки делают её, как бы это сказать-то, более человечной что ли. Одним словом я к ней привык и превращать её в холодный искусственный интеллект я не собирался. По крайней мере в случае чего мне есть с кем поговорить, а не получать, хотя и точные, но односложные ответы. Правда иногда её заносит и мне приходиться пугать кодекс новой прошивкой.

Пока я натягивал на себя предоставленный мне комбинезон в медицинской лаборатории появился Станислав. Без лишних слов он кивком головы приказал мне следовать за ним. Я нагнал его, когда он подошёл к двери возле которой нас не подвергли сканированию.

— Теперь ты являешься полноценной частью тренировочного комплекса и постоянного сканирования не требуется, — ответил он, на мой не заданный вопрос. — В прошлый раз, чтобы попасть в медицинскую лабораторию, системе потребовалось подтверждение твоего статуса, поэтому сканировали нас обоих. Но это не означает, что контроля со стороны системы не будет, просто он будет не таким заметным. И ещё, теперь ты можешь отключать голограмму кодекса не только когда она переходит в боевой режим, но в абсолютно любое время.

Я последовал совету Станислава и отключил голограмму.

«А теперь ты как сумасшедший будешь разговаривать сам с собой», не удержалась от комментария кодекс, но кроме меня её уже никто не слышал.

— Да я просто не буду отвечать на твои вопросы, — пообещал я.

— Ты в курсе, что когда голограмма отключена твои разговоры смотрятся странно? — посмотрел на меня Станислав. — Привыкай общаться с кодексом мысленно, так как ты это делаешь в боевом режиме.

«Видишь, ты даже для наставника смотришься не особо одарённым», прозвучало в моей голове, но я как и обещал цинично её проигнорировал. «Ты смотри какие мы гордые, ладно, значит развод и девичья фамилия», пригрозила кодекс, прежде чем отключиться.

Двери наконец решили выпустить нас из пустого коридора и я действительно удивился открывшемуся виду. Мы находились снаружи прозрачного купола, а внизу располагалась огромная арена. Вся она была поделена на небольшие зоны, отгороженные друг от друга стальными стенами. Всё, что происходило внутри соседних стен можно было видеть только отсюда. В каждом отдельном секторе тренировался один из инженеров.

Станислав дал мне немного времени чтобы я понаблюдал за тренировкой инженеров. Ничего подобного до этого момента я не встречал. Мне сложно было поверить в то, что я видел своими глазами. Инженеры двигались с такой скоростью о которой я и подумать не мог. И несмотря на то, что мой разум отказывался верить в увиденное, глаза по прежнему настаивали на том, что это реальность.

— У них наверное система усилителей достигла как минимум третьей категории, если не выше, — предположил я.

— Если бы третьи двигались так медленно то, мегаполис давно бы перестал существовать, — ответил Станислав. — Это десятые, правда в отличии от тебя, срок их тренировок ровно неделя. Идём, покажешь на что ты сам способен и была ли права первая, беря тебя к нам.

— А что со мной не так?

— Не с тобой, а с твоим кодексом. У неё выявлены программные ошибки с которыми тебе нельзя было работать даже исполнителем, не говоря уже о статусе охотника. Скажем так, против тебя я ничего не имею, но я не буду скрывать от тебя правду. С моей точки зрения ты бракованный, и так думаю не только я, но первая почему-то на это смотрит по иному.

После слов Станислава мне стало понятно его отношение ко мне. Он считает, что из-за того, что я бракованный могут погибнуть инженеры, к которым я не смогу прийти на помощь. И если смотреть на ситуацию его глазами то я полностью с ним согласен. Вот только я никогда не считал себя каким-то странным, да, кодекс у меня болтливая, но она никогда меня не подводила. По крайней мере, если это касалось работы и я полностью ей доверял.

Пока мы спускались на лифте на первый этаж, туда, где и предстояло мне проходить тест. Я лишь надеялся, что меня не выпустят в сектор тренировок в медицинском комбинезоне. Хотя ко мне и было не скрываемое недоверие со стороны Станислава, но на его профессионализме это никак не сказывалось.

— Я запущу самую лёгкую программу и это никак не связанно с тем что ты бракованный, — произнёс Станислав, пока мы шли по коридору вдоль арены. — Первая программа создана для того чтобы ты смог подстроиться под броню и постепенно запустить усилители на допустимую для десятой категории мощность.

Пока мы шли вдоль арены, возле панорамных окон нам попадались инженеры, кивками здоровавшиеся со Станиславом. Они были пятыми, об этом говорил номер категории на левой пластине грудной брони. Так же как и Станислав они являлись наставниками и следили за своими подопечными, которые пытались пройти запущенную ими программу тренировки.

Прежде чем добраться до арсенала Станислав поздоровался с четверыми из них, а всего на арене сейчас занималось около двадцати новичков. Но пока я смотрел на них из-под купола я ни у кого не заметил огнестрельного оружия. Все они сражались с манекенами в ближнем бою. Позже я скорее всего узнаю почему инженеры не используют огнестрельное оружие, но сейчас мне не терпелось примерить на себя броню инженера с цифрой десять на груди.