Кодекс Охотника. Книга III (СИ) - Винокуров Юрий. Страница 12

И усилил нажим. Хруст доспеха услышали даже зрители. В последние несколько мгновений вокруг царила просто мёртвая тишина.

Японец побледнел, глаза его забегали, кажется он собирался плакать… К слову сказать, что скорее всего от бессилия, чем от испуга. И я его понимаю. Сегодня явно не его день. С ненавистью глядя на меня, он открыл рот:

– Пощады!

– Бой закончен! – тут же подскочил судья, бесцеремонно оттягивая меня в сторону.

Да я, собственно, уже и не напирал, а встал и улыбнулся, глядя, как японец поднимается, баюкая сломанную руку.

– Уже можно? – бесхитростно поинтересовался я, указывая на лежащее оружие Минамото.

Тот побагровел, сорвал с пояса ножны, и швырнул в песок. Я пожал плечами.

– Ну, мы люди не гордые.

Поднял катану, убрал её в ножны и пошёл к Марии, весело насвистывая.

Приблизившись к ней, я мимоходом подумал, что она сейчас могла бы быть натурщицей, с которой рисуют тех девочек с огромными глазами в японских комиксах.

– Как ты это сделал? – изумленно прошептала Мария.

Я широко улыбнулся.

– Поцелуев и обнимашек не будет?

Девушка осеклась и покраснела. Ну, по крайней мере, я вернул ей обычное расположение духа.

– А, чуть не забыл.

Я пошел к графине Новодворской, которая сидела, прижимая к груди оба меча – свой и Марии. Кажется, она сейчас расплачется.

– Можно? – протянул я руку.

Она на автомате протянула мне их. Я взял и коротко кивнул.

– Ничего личного, графиня. Вы достойно сражались.

И пошёл обратно к Долгоруковой.

В голове у меня раздался голос Карамельки:

«Ну что, мне уже можно сожрать этого японца?».

– Нет, нельзя, – улыбнулся я. – Пойдём, лучше рыбы тебе купим. Мне кажется, княжна Долгорукова сегодня проставляется.

Однако, мне не дали уйти. Преподаватель догнал меня, протягивая руку.

– С вами хотят поговорить.

– Кто? – удивлённо приподнял я бровь.

– Представитель клана Минамото.

Я взял трубку.

– Слушаю.

– Барон Александр Галактионов? – мужской голос говорил по-английски.

– Верно, – перешёл я тоже на этот язык.

– Меня зовут Харуки Минамото. Я Мастер по Оружию Рода Минамото. И дядя Хироси. К сожалению, глава Рода в данный момент отсутствует в Токио. И я уполномочен провести с вами переговоры по поводу возвращения родового оружия обратно в клан.

Я, хмыкнув, невольно посмотрел на трофейный меч, что всё ещё держал в руке. Собственно, только для этого они и годились. Как трофеи, за которые можно получить хороший выкуп. Это правило существовало всегда и везде. Нет, победитель мог отказаться, тем самым нанеся ещё больший ущерб репутации проигравшего. Некоторые так и делали. Я лично знал пару заядлых дуэлянтов в Прусском княжестве, у которых были целые коллекции из родовых клинков побеждённых. Ну, я-то к ним точно не отношусь. Поэтому я ответил:

– Слушаю ваше предложение.

– Мы готовы предложить вам в качестве выкупа голубую желейку.

Я аж остановился. Ни хрена себе! Я попытался судорожно вспомнить её стоимость. Я не говорю о радужных желейках, о существовании которых знали, но мало кто видел вживую. Но даже максимально «обычные» черные и голубые были безумно редким трофеем из очень сильных монстров.

Я прикрыл динамик рукой, и повернулся к Долгоруковой.

– Сколько стоит голубая желейка?

– Чего-о-о? – вылупилась на меня Мария.

– Сколько голубая желейка стоит? Говори быстрее!

Мария нахмурилась.

– Боюсь ошибиться, но в что-то в районе ста тысяч, плюс-минус.

Тут уже офигел я. Меч японца явно столько не стоил. Хотя, думаю, что для японцев родовое оружие имело гораздо большую ценность, чем для европейцев. Я зажал в себе хомяка, который требовал поторговаться, и просто ответил:

– Я согласен.

– Где вас можно найти? – раздалось в трубке.

Я огляделся.

– Ну, сейчас мы выходим из Академии, и планируем где-нибудь перекусить.

– Если вы не против, я отправлю за вами машину, которая отвезет вас в лучший ресторан в Токио. И да, угощение тоже будет за мой счёт.

– Не возражаю, – сказал я. – Мы будем ждать машину возле проходной.

– Как вас узнает водитель?

– С нами будет красная кошка-переросток, – хмыкнул я, заслужив негодующий взгляд.

– Принято. Машина уже выехала за вами.

Я положил трубку, и повернулся к Марии.

– Мне кажется, ты сегодня нехило сэкономишь.

Увидев недоумевающий взгляд девушки, я добавил:

– Нам сегодня поляну накрывают.

– Поляну? – изумилась воспитанная в аристократической среде девушка.

– Ну, в ресторан приглашают, – поправился я.

– Кто? – удивилась девушка.

– Семейство Минамото.

– То есть, ты унизил их наследника, отобрал у них меч, а они тебя приглашают в ресторан? – офигевала Мария.

– Да, мне тоже нравится эта нация, – хмыкнул я.

И тут я вспомнил, что до сих пор держу в руке телефон. Повернулся к стоящему тихо, как мышка, преподавателю, и протянул вперед, коротко поклонившись.

– Спасибо.

Японец взял телефон, и на секунду замялся.

– Разрешите вопрос, господин Галактионов.

Я кивнул.

– Кто вас обучал ведению боя?

Я открыл рот, невольно вспомнив старину Мака, который, кажется, становился уже популярным в этом мире, а затем потом просто махнул рукой.

– Их давно уже нет в живых, – просто сказал я, и на секунду подумал, что хорошо бы, чтобы это было не так.

Я без понятия, где находится мой прошлый мир. Переместило ли меня в пространстве, или ещё и во времени. Когда я умер, старина Мак ещё коптил небо. Было бы здорово найти свой прошлый мир. Вот удивятся мои старые собратья!

Японец снова замялся. Видимо, любопытство пересилило воспитание.

– Вы не хотели бы поступить в нашу Академию? – снова задал неожиданный вопрос.

Рядом присвистнула Мария.

– Не-а, – улыбнулся я. – Я слишком стар для студента.

– Не для студента, – изумил меня японец. – Я думаю, что руководство с удовольствием примет вас на ставку преподавателем.

Рядом кто-то хрюкнул. Я думал, что это Карамелька, но нет. Такой звук издала изумленная Мария.

– Спасибо огромное. Но тоже нет, – сказал я. – У меня дела на родине. Очень много дел.

Забравший нас бронированный лимузин поплутал по улочкам Токио, и подвёз на ближайший холм. Лучший в Токио ресторан представлял собой архитектурный ансамбль на склоне за первой линией оборонительного периметра, с видом на море.

Тут же нас встретила пара худощавых ребят с неплохим потенциалом, и они нас провели вовнутрь.

Внутри ресторан был разбит на отдельные комнаты. Нас провели в самую большую угловую, с открытым панорамным окном. За столом, судя по огромному количеству еды, накрытым минимум на дюжину человек, сидел пожилой крепкий японец, задумчиво глядя в окно. При нашем появлении он поднялся и кивнул.

– Господин Галактионов, госпожа Долгорукова.

– Здравствуйте, господин Минамото, – кивнул я. – А вот и мы.

Без разговоров я протянул ему меч.

– Это ваше.

Японец секунду помедлил, глядя на него, потом взял и положил в сторону, а затем пододвинул ко мне стоящую на столе шкатулку.

– А это ваше.

Собственно, я был далёк от мысли, что меня хотят кинуть, но я ни разу в жизни ещё не видел голубую желейку, поэтому приоткрыл шкатулку. Казалось, на бархатной поверхности лежало маленькое голубое солнце, такой яркий исходил от неё свет. Размером она была побольше белых и красных желеек, которые были размером с крупную монету. «Голубое солнышко» было примерно с теннисный мяч. А энергия, исходящая от неё, просто потрясала.

«Ну, здравствуй, моя будущая печать доспеха!» – мысленно поздоровался я и захлопнул шкатулку.

– Ешьте, пейте. Всё оплачено, – указал японец рукой на накрытый стол.

– А вы не составите нам компанию? – удивился я.

Японец на секунду замялся.

– Я приношу глубочайшее извинение, господин Галактионов, но мне нужно время, чтобы пережить этот позор. Я не имел чести присутствовать лично, но, по словам мастера Новодзимо, чьему мнению я полностью доверяю, вы потрясающий боец. У клана Минамото нет к вам претензий. И мы благодарны за то, что вы согласились на обмен. Сейчас, с вашего позволения, я удалюсь.