Клан Разящего Когтя (СИ) - Голубина Елена. Страница 39

Вульфгред наслаждался обстоятельно, продолжительно. Так, что мы уже начали переглядываться, предполагая, что лесничий дороги не знает. Однако, старый оборотень, наконец, подал признаки жизни, пояснив:

— Айда за мной! Старику всего каких-то десять минут понадобилось, чтобы наполниться радостью момента, а его уже злыми взглядами просверлили со всех сторон!

Вульфгред размашистыми шагами направился туда, куда лес ему подсказывал. А мы следом пошли. Истинного запаха Кашесси никто из присутствующих оборотней не знал. Та, которую мы видели, оказалась Шакалом. Под ногами приятно хрустел снег, легкие снежинки падали с неба, как им и полагалось. От белоснежных видов леса настроение сразу подпрыгнуло высоко вверх, и это несмотря на все трудности передвижения. А они были — снега навалило немерено.

— И как лес подсказывает тебе дорогу? — Дарк поравнялся с Вульфгредом.

Я навострила уши — интересно же было.

— Не веришь мне? — хмыкнул лесничий. — Твой отец прожил тут долгое время. Северные леса — сами по себе единый живой организм, и присутствие темной магии им не нравится.

— Ты не ответил на вопрос…

— Ты — городской оборотень, потерявший связь с лесом. Как тебе понять? — Вульфгред шел сквозь толщу снега легко, словно его и не было, а ветви будто сами перед ним раздвигались в разные стороны, боясь задеть хозяина. — Я чувствую его дыхание, печаль, радость, как если бы он был как ты или я. Лес освободился от оков колдуна и готов подсказать, где его искать.

— И что же он тебе нашептал? — иронично спросил Дарк, не веруя в сказанное.

— Что мой сын неотесанный оборотень, позабывший свои корни, — проворчал Вульфгред, — он не шепчет. Я чувствую его желание нутром — поймать того, кто чуть было не выцедил всю жизненную силу из Северного леса своими темными ритуалами. Я иду на зов его рьяного желания покарать злодея.

— Понятно… — процедил сквозь зубы Дарк и отцепился от лесничего.

— Орхиус! — внезапно вспомнил черноволосый. — Он мог бы облететь лес и поискать Шакала…

— Мог бы, — материализовался рядом бывший глава клана вампиров, — точнее не так — я уже это сделал. И вот, что я тебе скажу — колдуна я не нашел, как и волчицы. По мне так-их нет здесь.

— Не сходится, — присоединился к беседе Бенедикт, — колдун не станет нарушать собственные правила игры. Он помешан на своих принципах. Поэтому Кашесси мы ищем тут.

— Лес знает, где он, — спокойно произнес лесничий.

— Но ведь нельзя просто идти на зов леса, который, скорее всего, померещился моему отцу! — продолжал стенать Дарк. — Я тут один пытаюсь здраво мыслить?

— Сам же говорил, что нормальным в нашей компании не место, — добавил Макс, игриво улыбаясь, — а теперь пытаешься призвать нас к рассудку.

— Амалия, — теперь Дарк присоединился ко мне, подхватив под руку, — что говорит тонкий мир?

Слова Дарка повеселили меня, ироничную улыбку скрыть не удалось. В зов леса он не верил, зато тонкому миру полностью доверял. Судя по насмешкам остальных, думали они тоже самое. Только Вульфгред как-то печально вздохнул. Дарк, поняв, что сморозил что-то не то, продолжил путь молча, задумчиво рассматривая спину отца. Чем дальше мы заходили, тем выше становились снега. Ветер был сильный, и сугробы он строил на свое усмотрение. Поэтому где-то снег едва до щиколотки доставал — в основном по краям, где мы большую часть времени и находились, дезактивируя иллюзию, а в некоторых местах реально было утонуть по пояс — ближе к самой гуще деревьев, именно туда ветер согнал основную часть снега.

— Мы близко, — сообщил благую весть Вульфгред, взгляд его, при этом, весьма сомневающимся выглядел.

— Ну да, еще немного, и мы сами превратимся в снежных человечков, — тихо проговорил Дарк.

Сейчас я была с ним согласна, просто снег облепил нас полностью — одежда, волосы, ресницы.

— Снежных человечков тут от роду не водилось, — пробухтел Вульфгред, старательно делая шаги вперед.

— Теперь будут, — кивнул Дарк, — и все благодаря упертому лесничему, которому почудился зов леса.

Вульфгред укоризненно сверкнул глазами на сына и продолжил шествие. Легче всего было нашим призрачным вампирам, они-то пролетали сквозь сугробы. Только вот Бенедикт выглядел хмурым, зато Орхиус весело улыбался. Ситуация его забавляла.

Остановиться нас заставила широкая стена из снега. Длинная такая, и в несколько человеческих ростов высотой. Обходить ее — терять драгоценное время, а напролом никак не пробраться.

— Дайте-ка угадаю, — иронизировал Дарк, скрестив руки на груди, — лес ошибся с траекторией, так?

— Не ошибается лес, — прогнусавил Вульфгред, сверля взглядом огромнейший сугроб.

— Так он не растает, батя, — подколол черноволосый.

Лесничий шумно выдохнул, прикрыл глаза, словно обращаясь к кому-то, растерянно проводил глазами снежную стену, уходящую далеко в разные стороны, хотел было что-то произнести, но тут начали происходить необъяснимые странности. Сугроб в нескольких местах покрылся трещинами, словно его кто-то хорошенько шарахнул. Неожиданно поднялась вьюга, закручиваясь вихрем и поднимая вверх снежную пургу. Предвидя лавину, мы отскочили на несколько метров назад. Снежный вихрь ворвался в стену, проделав в ней немаленькое отверстие, и устремился вперед, оставляя за собой змейку-коридор. Некоторое время спустя все утихло, и ни единой ветринки не осталось. Мы ошалело рассматривали образованный снежный коридор, прилично длинный. То есть, сугроб очень большой оказался, прямо-таки непроходимый, если бы не свершившееся чудо.

— Что это было? — первым спросил Дарк, хотя вопрос такой у всех на лицах читался, даже у лесничего.

Состроив злорадствующую физиономию, Вульфгред вознес руку вперед, патетично сообщив:

— Лес услышал нас, друзья. — Обвел нас насмешливым взглядом, дополнив. — Кто-то еще сомневается в моих способностях хозяина Северных лесов?

Все промолчали — теперь никто не сомневался, даже Дарквуд.

Сквозь пробуренный ветром снежный коридор мы шли очень аккуратно, постоянно озираясь по сторонам. Просто верхние снежные пласты были достаточно неплотными, рассыпчатыми. А значит, в любое время нас могло накрыть сверху. Создавалось ощущение, что мы попали в снежное царство, проходя мимо белоснежных холмов, а впереди ждал ледяной замок. Однако, нам предстояло встретиться с совершенно иным. Немного погодя мне стало казаться, что воздух теплел. Снежинки с волос и ресниц растаяли, оставив вместо себя мелкие капли. Еще через некоторое время мне почудился тонкий серый дымок, тянущийся вверх. Вошла в мир тонкий мир, чтобы проверить странное явление на момент наличия иллюзии. Чисто. Если мне не показалось, там, в отдалении, кто-то жег костер.

— Орхиус? — стоило только произнести Бенедикту, почуявшему неладное, призрак вампира за несколько мгновений пролетел снежный коридор и разведывав обстановку вернулся обратно.

— Брошенный костер, недавно развели, — разъяснил Орхиус, — рядом никого, но темная магия остро ощущается.

— Шакал где-то поблизости, — щурясь вдаль сообщил Вульфгред, — чую я, костерок там не с проста дымит…

— Нужно быть готовыми ко всему, — хмуро кивнул Бенедикт, — советую подготовиться…

Надо ли говорить, что коллеги по несчастью тут же вооружились. Лично я не понимала, как действовать пока. Мир Имитация исчез, иллюзонов нет. По сути, мои знания касательно рун сейчас бесполезны были. Дарк спрятал меня за свою широкую спину, пока не перевоплощаясь. Бенедикт шел впереди, зорко осматривая виднеющееся пространство. Вот только я сама видела — нет никаких иллюзий. Но не спроста же Вульфгреду лес подсказал направление?

Уже подойдя вплотную к выходу из снежного лабиринта, мы могли наблюдать вытоптанную площадку и огонь, поглощающий сухие ветви. И больше никого. Только скребущее внутри понимание неправильности ситуации. Бенедикт подошел к костру, хмуро осмотрев его со всех ракурсов. Следом приблизился Вульфгред. А вот с появлением лесничего что-то стало меняться, словно он задел какую-то невидимую ловушку. В тонких материях данный факт только подтвердился. Очень быстро перед нами плелась иллюзия, расползаясь золотистыми нитями в разные стороны, скручиваясь и пропуская сквозь себя темную магию. Местами зажглись руны, соединившись с иллюзией. В реальности картинка тоже менялась. Впереди, появились привязанные к соснам Кашеси. Две, совершенно одинаковые на вид оборотницы, примотанные широким канатом, обездвиженные, уставшие, с синими кругами под глазами. Рот им заклеили липкой лентой. В глазах оборотниц застыл испуг и явное облегчение, мельком скользнувшее по лицам и мгновенно пропавшее и сменившееся священным ужасом. Костер резво вспыхнул, разрастаясь в человеческий рост, огненные искры феерично разлетелись, являя нам ухмыляющуюся мужскую фигуру. Один его щелчок пальцами, и костер погас, зато черноволосый мужчина остался на месте. Присмотрелась. Волосы его зачёсаны назад, глаза прищурены, в них еще словно танцевало пламя. Глубокий шрам на узком лице пересекал одной кривой линией бровь и щеку.