Повелительница барсов. Попаданка и строптивый (СИ) - Светлая Дарья. Страница 12

В следующий миг меня толкнули на землю, и я отползла подальше от места поединка. Барс был великолепен!

Я невольно залюбовалась им, зачарованная его быстрыми, точными движениями, поистине кошачьей гибкостью и грацией. Его клинки в лунном свете сверкали быстро и ярко, будто молнии, а волосы сияли, как серебристый шелк.

Он был похож на ураган! Неукротимый и свирепый, оборотень кружил в своем быстром смертоносном танце, отражая атаки сразу трех противников.

Вскоре двое упали на землю с перерезанным горлом, а третий, чувствуя, что сила на стороне барса, в панике бросился бежать, но эрд Солер метнул два кинжала. Через миг те уже торчали из ног беглеца, который рухнул на дорожку как подкошенный.

Барс не торопясь утер кровь с клинков рубахой одного из поверженных противников, подошел к своей добыче и связал по рукам и ногам.

Осознав, что я лежу на траве связанная, рядом с тем, кто уже не первый раз пытается залезть мне под тунику, я честно попыталась уползти, изображая гигантскую гусеницу, но у меня это выходило их рук вон плохо.

– Далеко ли ты собралась, ихи Реджина? – раздался надо мной бархатистый голос эрда Солера. Я знала эту интонацию, и для меня она означала красный уровень опасности! Припомнив, что сопротивление кошака только заводит, я перестала трепыхаться, признавая поражение, и обреченно зажмурилась.

И что мне в постели не лежалось? Подумаешь, сон эротический приснился! Вот сейчас будет тебе, Виктория-Реджина, наказание за глупость: кошак ни за что не упустит свой шанс и непременно воспользуется твоей беспомощностью!

ГЛАВА 4

На глаза навернулись слезы, и я зажмурилась еще сильнее. Пусть сегодня на улице барса перевернулся грузовик с пряниками, но рыданий он от меня не дождется!

Я промычала сквозь кляп ругательство, надеясь, что по интонации двуликий поймет, чего, с кем и в каких позах я ему желаю.

– Тише, маленькая ведьма с севера, – усмехнувшись, мурлыкнул кошак и склонился надо мной. Я очень удивилась, когда поняла, что мне развязали руки и ноги, а затем аккуратно избавили от кляпа.

Я открыла глаза и изумленно воззрилась на барса, но тот не спешил объяснять свои действия, впрочем, как и подниматься на ноги. Только сейчас я заметила, что на правом боку по светло-серой рубашке моего спасителя стремительно расползается темное пятно.

– Ты ранен?! – воскликнула я.

– Как видишь, да, – произнес барс так спокойно, будто обсуждал погоду. – Надеюсь, ты мне поможешь? Не бросишь здесь умирать? – хрипло добавил эрд Солер, бледнея, и медленно завалился на бок, падая на траву.

Барс лежал у моих ног. Я растерянно огляделась. Я не знала, что делать, мне не верилось, что тот, кто только что легко уложил троих противников, теперь лежит у моих ног на траве и не может подняться.

Так, кровь не бьет фонтаном, значит, артерии не задеты, однако рану нужно перевязать, и поскорее.

Я кое-как стащила с барса рубашку, порвала ее на полосы и принялась перевязывать чудовищную рану. Возиться с ним было нелегко: кошак оказался весьма тяжелым.

В иных обстоятельствах я бы еще подумала, помогать эрду Солеру или оставить умирать под этой дивной луной. Уж очень зла была за все, что довелось вынести по его вине. Но сегодня наглый кошак спас мне жизнь. Он получил эти раны, защищая меня, и я не могла его бросить, потому что чувствовала себя виноватой.

Вслух я ворчала, что лучше бы он сразу издох, что он слишком тяжелый, чтобы приподнимать его каждый раз, когда нужно пропустить под спиной повязку, что мне совершенно не нужна вся эта возня с кровавыми тряпками, но на самом деле в тот момент я злилась не на него, а на себя, потому что мне было чертовски приятно ощущать под пальцами совершенное тело блондина.

Мне казалось, ладони покалывает от крошечных электрических разрядов всякий раз, когда я касалась обнаженной, необыкновенно горячей кожи барса. Крайне неуместная темная волна желания поднялась у меня внутри. Мне хотелось ласкать его, скользя ладонями по бугрящимся мышцам, поцеловать напряженный живот, прорисовывая языком мышцы, прихватить зубами… Стоп! Об этом мы думать не будем!

Я прикусила губу, пока не почувствовала во рту металлический привкус крови, и это немного отрезвило меня.

Бред. Наваждение какое-то! Нет, это точно какая-то магия, очередной хитрый приворот! Блохастый все-таки меня достал! Уверена, он подкупил кого-то, чтобы подмешивать мне в еду зелье или подливать в питье! Что со мной случилось? Ведь еще недавно я испытывала к нему только отвращение! Боже, я скоро превращусь в настоящего параноика с манией преследования и буду бояться есть и пить, что бы мне ни предлагали.

Я вся горела, когда, низко склонившись над раненым оборотнем, уже трижды обмотала импровизированным бинтом скульптурный торс, и тут… его ладонь вдруг легла на мою спину и медленно проехалась ниже, чтобы в конце своего путешествия слегка сжать правую ягодицу.

– Прогнись еще немного, не стесняйся! – прохрипел этот охальник, а я, взглянув в его лицо, увидела, что с барсом абсолютно все в порядке: глаза ясные, бледности как не бывало, а от улыбки так вообще ослепнуть недолго! Причиной веселья послужил мой вырез. Я забыла, что он достаточно глубок, и, наклонившись, невольно предоставила барсу великолепную возможность попялиться мою грудь.

Минутку, у него такое серьезное ранение – и он веселится? Как такое возможно? Хотя, думаю, такой бабник, как он, и умирая будет фантазировать о чужих прелестях. И все же…

Сбросив барсову лапу со своего зада, я сдвинула в сторону ткань, чтобы увидеть рану, но ее не было! Испачканная кровью кожа и почти исчезнувший рубец – вот и все, что я обнаружила. Я почувствовала себя круглой дурой, осознав, что начисто забыла о том, что у блохастых великолепная регенерация!

– Так ты притворялся! Все это время ты был цел! – взвыла я, собираясь отвесить наглецу хорошую пощечину.

– Всего лишь немного задержал регенерацию, – ответил довольный кошак, состроив невинные глаза. Он перехватил мою руку в волоске от своей щеки, поцеловал ладонь, а потом дернул меня так, что я оказалась сидящей на нем верхом.

– Ах ты… – Я собиралась расцарапать ему лицо второй рукой, но и её перехватили.

– Ты не рада, что я в порядке?

– Нет! – порычала я, силясь освободить руки и встать с барса, ясно ощущая под собой твердое свидетельство кошачьей страсти.

– О, вижу, умирающим я нравился тебе больше. Хочешь, поиграем? Я могу притвориться еще раз.

Чувствуя, как мужчина подо мной напрягся, я поняла, что разговор был лишь отвлекающим маневром и сейчас барс перевернется и подомнет меня под себя.

Опередив его, вращательным приемом я вырвала одну руку, одновременно укусом освободила вторую и вскочила на ноги.

– Не смей тянуть ко мне свои лапы, блохастый! – выругалась я, прежде чем начать забег в сторону дворца под довольный смех двуликого.

– Куда же ты, ихи Реджина? – прокричал мне вслед эрд Солер.

Я не обернулась, лишь ускорила бег, ведь если с назойливым кошаком все в порядке, он догонит меня в два прыжка и снова начнет приставать!

– За спасенную жизнь ты должна мне как минимум поцелуй! Нет, три поцелуя, за каждого из этих головорезов! – донеслось мне в спину, и я с облегчением поняла, что, судя по удаленности звука, барс пока не думал меня догонять.

– Ага, мечтай, блохастый! – крикнула я в ответ и, испытывая небывалое облегчение, нырнула в коридоры дворца,

На следующий день я ожидала, что меня вызовут для разбирательств, но ни старшая служанка, ни император, казалось, не испытывали интереса к тому, что на территории дворца кого-то пытались убить и убивали ранее.

Однако мои предположения не подтвердились. Подстригая кусты в саду, я увидела, как в дальнюю его часть прошли несколько человек с лопатами. Немного позже с той стороны вывезли на трех тачках нечто укрытое старыми мешками.

Я делала вид, что сосредоточена на своей работе, но, вовремя скосив глаза, приметила иссохшие пальцы мертвой руки, которые высовывались из-под грубой ткани. Значит, трупы предыдущих жертв мстительной Дафны были найдены. Интересно, где же она сама? Томится в темнице или уже казнена?