Восхождение Примарха 2 (СИ) - Дубов Дмитрий. Страница 29

— Наверное, — согласилась Карина. — Я тоже за последние недели сильно изменилась. Раньше я эту попугаиху там бы и оставила, а тут — одна-единственная молния, и та даже до мозга не достала.

— Кондратий по секрету мне сказал, что там можно ломом череп проломить, а до мозга всё равно не достать, — передал я слова врача, вспоминая, как тот пытался сдерживаться, но всё равно засмеялся в кулак.

— Аха-ха! Серьёзно? Кондратий? — сестра откинулась в кресле. — Никогда бы на него не подумала. А теперь я от него просто в восторге! Смотри, эта фон Биде никому не нравится… кроме отца, — добавила она со вздохом. — Кстати, он с бабушкой связался? А то как-то неудобно, мы её и не видели никогда. И знать про неё не знали.

— Да, связался, — ответил я.

И вспомнил лицо отца, когда он об этом говорил. Его аж всего перекосило.

— Эта сумасбродная старуха, — с пренебрежением проговорил Александр Игоревич, — сначала заявила, что сплавлять бабке внуков через столько-то лет — натуральное свинство, но затем сказала, что примет и даже встретит в аэропорту.

Я поинтересовался, не сложно ли ей будет, но отец от меня отмахнулся, показывая, что не хочет разговаривать на эту тему.

— Уж не знаю, что за кошка там между ними пробежала, но они друг друга терпеть не могут, — сказал я сестре.

Она-то последние сутки просидела взаперти на своём этаже и не знала деталей.

— Если мне там понравится, — мечтательно произнесла Карина, — попрошусь остаться у бабушки.

— И отдашь отца этой захватчице? — я поднял бровь.

— Что? Стрибог стремительный! Нет конечно! Вот умеешь ты все мечты псу под хвост пустить!

Я ухмыльнулся.

Выйдя из самолёта, мы искали глазами какую-нибудь старушку. Возможно, в кресле-каталке. Возможно, в сопровождении санитаров и машины с мигалкой. Но ничего подобного не увидели. В ВИП-терминале стояла лишь темноволосая женщина в солнцезащитных очках.

Увидев нас, она направилась навстречу.

— Державины? — уточнила она.

— Да, — ответил я. — А где бабуля?

— Я за неё, — весело усмехнулась женщина и сняла очки. — Изабелла Марковна Донатова, к вашим услугам.

— Что? — у меня открылся рот и никак не закрывался.

У Карины вообще дар речи пропал.

— То есть… — попытался я выразить мысль, глядя на встречающую нас особу.

А посмотреть было на что. Это была женщина, наполненная красотой, элегантностью и чувственностью. В каждом её движении сквозил неповторимый шарм. Тёмные, проникновенные глаза, казалось, прожигают тебя насквозь. Притом, черты её были мягкие и женственные. Стройная, длинноногая, в подчёркивающем изгибы тела платье, — вот такой нас встретила бабуля. Добавьте к этому бокал с шампанским в одной руке и небольшой мундштук в другой.

— То есть, да, — сказала Изабелла Марковна и, подойдя, аккуратно закрыла мой рот, приподняв нижнюю челюсть. — Я — ваша бабушка.

«Вот это женщина! — высказался давно уже не подававший голоса Архос. — Чёрт, кажется, я влюбился!»

«Она же двуногая!» — удивился я.

«Да что бы ты понимал, — буркнул мой ментальный наставник. — Опять судишь по внешности».

«Так, — подумал я, — кажется, у меня появилась ещё одна проблема».

— Просто отец вас так описывал, что я никак не ожидал встретить столь ослепительную женщину, — признался я.

— Ваш отец — тот ещё кобелина. Поэтому у нас с ним возникли диференце инкончильябили, — она говорила с лёгким акцентом, в котором слышалось что-то южное и очень эмоциональное.

— Инкончи — что? — переспросил я, услышав незнакомую фразу.

— Непримиримые разногласия, — улыбнулась Изабелла, дав понять, что оценила шутку.

Бабуля наша была явно не из тех, кто лезет за словом в карман. Поэтому я решил не усугублять и тему с отцом пока не трогать.

— Ладно, поедем, — сказала она. — У меня, конечно, не небоскрёб, но место приличное. И ещё: так уж вышло, что предупредили меня только вчера, так что дела я перенести не успела. Надеюсь, до вечера как-нибудь доживёте без присмотра?

— Не переживайте, — ответила Карина, наконец, обретшая дар речи. — Мы вполне сможем дождаться вечера целыми и невредимыми.

— Я вам верю, — сказала Изабелла Марковна и тут же хохотнула, — но если вы в нашу породу… — дальше она скромно промолчала.

Ещё одной приятной неожиданностью оказалось, что нашей бабушке принадлежало поместье Ореанда. Проезжая мимо Ливадийского дворца, я подумал, что надо бы запомнить дорогу, чтобы потом навестить принцессу, когда та прилетит. Но мы практически сразу свернули с дороги, бабушка пользовалась ретро-автомобилем, который ездил по асфальту, и подъехали к входной группе усадьбы.

— Отлично, — высказал я свои мысли вслух. — Тут можно будет пешком гулять.

— Куда уже намылился? — поинтересовалась Изабелла Марковна, затянувшись.

— А, да у меня тут… собственно… — замялся я, а затем решил, что нет особого смысла что-то скрывать. — Скоро должна принцесса прилететь, я обещал ей прогуляться вместе.

— Вот даже как, — женщина подмигнула мне. — Наш пострел везде поспел. Хорошо, ждите меня к ужину.

Мы попрощались с бабушкой, которая тут же поехала дальше, а сами пошли к берегу моря. Нас обдувал свежий солёный ветерок, вселявший оптимизм и надежду на то, что всё будет хорошо.

* * *

Впервые похмелье у Вали было настолько жестоким. Никогда прежде у неё не болела голова настолько сильно. Да и выпила-то она немного. Так, пару коктейлей, что предложил ей незнакомец, и всё.

Подмешал что-то? Но она с ним не спала. Не спала же? Вроде нет.

Она помнила, как её рвало на задворках того самого бара. Побледневший парень, явно аристократ, пытался ей помочь, но не мог.

Вот же, организм, зараза, сработал не должным образом.

Вообще в планах у Вали не было пить с аристократами. Ей нужно было поговорить кое с кем из рабочих, чтобы направить поток специалистов Никите на завод. И она это успешно сделала.

А вот потом подсел к ней хорошо одетый молодой человек, представился… Как? Этого она не помнила, но точно представился. Потом они выпили, а затем… Затем непрекращающийся бунт желудка и… И дом. Всё.

Вот только…

Она задрала рукав и увидела синяк на сгибе локтя, а в его центре — прокол.

«Ещё чего не хватало, — подумала девушка. — Наркотой меня накачал?»

Валя прислушалась к внутренним ощущениям. Кроме общей слабости, ничего постороннего.

— Будем надеяться, на этот раз обойдётся, — решила девушка.

И приняла для себя решение никогда больше не пить с незнакомцами. Даже если они — аристократы. «Тем более, — поправила она себя, — если они аристократы».

* * *

— Давайте повторим с вами всё с самого начала, чтобы двинуться в нашем обучении дальше, — сказал Ван Ли, глядя в даль. — Никита, вы помните свои уроки?

Я с лёгкостью поднял несколько камней с пляжа перед нами и подвесил их в воздухе, а затем во мне сыграла задорная нотка, и я запустил эти камешки по поверхности воды. Прыгали они долго-долго, пока не исчезли из вида.

— Недурно, недурно, — сказал учитель. — Главное, чтобы на их пути не попался какой-нибудь несчастный рыбак.

Мне тут же стало стыдно за собственную шалость. А ещё я вспомнил, что где-то недалеко отсюда ходит флот отца Катерины, Арсения Громова. В памяти вновь всплыл инцидент с завихрениями воздуха, которые вдруг превратились в водяные смерчи. А затем всё пропало и стало тихо. Подозрительно тихо. Я почему-то решил, что кто-то просто усыпляет моё внимание, чтобы потом…

— Никита Александрович, — обратился ко мне Ван Ли. — Я смотрю, предыдущие уроки вы усвоили отлично. Попробуйте сегодня взять и небольшой поток воздуха развернуть против основного движения.

Я поднял бровь. Задача казалась интересной. Посмотрим, как получится её выполнить.

С Кариной же мастер занялся специальной медитацией.

— Видите ли, — сказал он моей сестре. — Вы и в самом деле отлично стали владеть своей силой. Но теперь нам нужно с вами научится ещё и сдерживаться. К примеру, возьмём дорогую всем нам кандидатку в мачехи, — Карина напряглась. — Скажите, какую основную ошибку вы допустили при атаке на эту не отягощённую размышлениями особу?