Если нам судьба… - Лукина Лилия. Страница 37

Чтобы скоротать время, я, закрыв Ваську в ванной — он панически боится пылесоса — занялась уборкой, которая плавно перетекла в стирку. Потом приняла душ и плотно позавтракала, а звонка все не было и не было. Время уже подходило к десяти, и я начала нервничать, что же там могло произойти. Власов говорил, что врачи запретили ему волноваться, не дай Бог, с ним инфаркт приключился или еще что-нибудь в этом духе. Я же себе никогда этого не прощу.

Когда я уже сама собиралась набрать его номер, раздался долгожданный звонок.

— Лена, это Власов…

— Слава Богу, Александр Павлович, я здесь уже чего только не передумала. С вами все в порядке?

— Да, не беспокойтесь, со мной (он словно подчеркнул эти два слова жирной чертой) все в порядке. Но вот Катя… Она прорыдала всю ночь, собирала вещи, чтобы уйти, я еле-еле ее удержал. — Добрынина действовала по хорошо отработанной схеме: один раз она уже плакала и собирала вещи и добилась в результате того, чего хотела. — Одним словом, вас обманули, все было совсем не так. Я хочу знать, кто ее оболгал, и когда мы с ней приедем в Баратов, очень вас прошу, устройте мне с ним встречу. Я просто собираюсь посмотреть этому человеку в глаза и, поверьте мне на слово, заставлю его извиниться перед ней. Публично, так же, как он ее оклеветал. А Катя хочет встретиться и поговорить с девочками. Тогда они были маленькими, и их легко можно было обмануть, но теперь-то они выросли и смогут разобраться, кто в этой истории был прав, а кто виноват.

Все ясно. Вариант «ночная кукушка дневную…», ну и далее по тексту. Какой же вы, господин Власов, все-таки недалекий!

— Лена, моя просьба остается в силе, — продолжал Власов. — Я больше, чем когда-либо, хочу встретиться со своими сыновьями, их женами и детьми. Получается, что мы в двойном родстве. — Ах, даже так! Он, что же, решил жениться на Добрыниной? Не ношу я шляпу, а то сняла бы перед Матвеем, вот уж кто людей насквозь видит. — А теперь нам тем более необходимо объясниться, чтобы не оставалось никаких неясностей.

— Александр Павлович, при таком раскладе вам нет необходимости приезжать в Баратов. Ни ваша встреча с сыновьями Лидии Сергеевны, ни встреча Екатерины Петровны с Наташей и Татьяной состояться не смогут, поэтому не стоит тратить нервы, время и деньги. Глава их семьи этого не допустит. Вас поставили перед выбором, и вы его сделали.

— Да какое он имеет право вмешиваться в их жизнь?

Ох, и не привык, видать, Власов, чтобы ему перечили. Да и рука, или не рука, а что-то другое Екатерины Петровны чувствовалась. Накрутила она его по полной программе. Неужели она действительно думает, что ее на порог дома пустят, или, наоборот, совершенно уверенная в обратном, может обещать все что угодно и специально провоцирует Власова на такие высказывания, чтобы ему раз и навсегда дали от ворот поворот. Умна, ничего не скажешь, умна Добрынина, недаром, по словам Ольги Константиновны, она научилась прекрасно играть в преферанс.

— Он имеет на это полное право, Александр Павлович. Более того, это право никто в семье, начиная с Лидии Сергеевны, не подвергает сомнению, — твердо сказала я, чтобы остудить его праведный гнев. — Я предлагаю другой вариант. Он накупил полную машину игрушек, как я поняла, для детей ваших сыновей. Видимо, они скоро должны приехать к нему в гости. Я постараюсь их сфотографировать и пошлю вам снимки. Думаю, это все, что можно сделать в данной ситуации.

— Хорошо, Лена, давайте пока остановимся на этом. Но я все равно не успокоюсь, пока не встречусь с мальчиками.

Как хорошо, что я не сообщила Власову никаких подробностей о жизни Матвея, даже имя его не упоминала, подумала я, положив трубку. Встреча их все равно не состоится, так что Власову не сможет ни помочь, ни помешать то, чего он не знает. А если они все-таки встретятся, то Добрынину ждет очень неприятный сюрприз.

Теперь мне предстояло решать чисто практические вопросы: как узнать, когда приезжают Александр с Алексеем, и как организовать их съемку.

Скорее всего, они прилетят, потому что ехать с малышами поездом — не самое большое удовольствие, хотя этот вариант тоже окончательно отбрасывать не стоит.

Самое главное — когда? Не могу же я караулить одновременно и на вокзале, и в аэропорту несколько дней подряд, тем более что находятся они в разных концах города. Проще всего устроиться где-нибудь рядом с домом Матвея, но я там буду все время на виду — не белку же мне изображать, сидя на каком-нибудь дереве.

Тут я вспомнила о строящемся доме как раз напротив поворота к бывшей турбазе и снующих там рабочих… Артист… Вот кто мне сможет помочь. Если получится его на это дело уговорить, то я организую ему сотовый, чтобы он мог мне в любой момент позвонить. А что, очень неплохая идея. Главное, чтобы он согласился.

Чарова я нашла в компании таких же, как он, тружеников метлы и лопаты, мирно попивающим пиво на развалинах детской площадки, которую предприимчивые жители окрестных домов превратили в нечто среднее между автомобильной стоянкой и свалкой всякого старья, в основном мебели. Вот пивопийцы и устроились там со всем возможным комфортом, восседая кто на развалившихся креслах, а кто на поставленной ка кирпичи панцирной сетке от кровати.

— Владимир Сергеевич, мне, право же, совестно мешать вам отдыхать, но дело срочное, и без вашей помощи мне никак не справиться, — я постаралась поднять авторитет Артиста среди местных обитателей. — Не уделите ли вы мне несколько минут?

— Охотно, Елена Васильевна. Разве я смогу вам в чем-то отказать? — со всей возможной галантностью ответил мне Чаров.

Когда мы отошли подальше, тон нашего разговора, естественно, изменился.

— Володя, для тебя есть работа, очень непыльная, на лоне природы, сможешь хорошо заработать. Что скажешь? — спросила я его.

— Елена Васильевна, эта работа опять с Матвеевым связана? — ответил мне Артист вопросом на вопрос.

— А что тебя смущает? — удивилась я.

— Да я тут слышал кое-что о нем, так, краем уха, — поймав мой неодобрительный взгляд, Чаров поторопился объяснить: — Да нет, сам я о нем ничего не говорил, не маленький же, понимаю, что можно, а что нельзя. А говорили о нем люди очень непростые, что вставать ему поперек дороги себе дороже обходится. Может, и вам не стоит с ним связываться? А, Елена Васильевна?

— Володя, я могу тебе точно пообещать, что ничего плохого с тобой не случится. То, что я хочу тебе поручить, просто ерунда по сравнению с тем, что ты для меня раньше делал. Никакого риска нет, поверь.

— Да я не о себе, я о вас беспокоюсь. Ведь, можно сказать, по лезвию ходите. Бросьте вы это дело, право слово. — От удивления я даже не нашлась сразу, что сказать. Артист обо мне волнуется, надо же! — Вас в этой истории уже не деньги и результаты интересуют, для вас это уже дело принципа, вот вы и упираетесь.

Наверное, творческие люди действительно воспринимают мир иначе, более обостренно и тонко. Я видела, что Чарову самому неудобно говорить мне такие вещи, и поспешила его успокоить.

— Владимир Сергеевич, успокойся, не бери лишнего в голову. Закончу я скоро это дело, осталось-то всего ничего. Уж если это меня не волнует, то тебе тем более беспокоиться не стоит. Веришь? — Еще один нравоучитель на мою голову, словно мне одного Егорова мало.

Чаров с сомнением покачал головой:

— Ладно, не бросать же вас в трудную минуту. Говорите, что делать надо. Уж я постараюсь, чтобы вы поскорее с этой историей развязались.

Я стала объяснять мой план, весьма незамысловатый.

— Володя, ты поворот на бывшую турбазу «Рассвет» знаешь? — Чаров кивнул. — Ее Матвеев купил и теперь там живет, и Лидия Сергеевна с ним. Так вот, как раз напротив него кто-то строит новый дом, и там полно рабочих. Придумай, как тебе к ним подъехать, чтобы они тебя там оставили, ну, на подсобных каких-нибудь работах. Будешь там жить, дышать свежим воздухом и наблюдать. К Матвееву скоро должны в гости близнецы, о которых ты уже знаешь, с семьями приехать, по самым скромным подсчетам шесть человек получается, да еще багаж прибавляется. Матвеев, естественно, их поедет встречать и, конечно же, с Лидией Сергеевной. Сам он обычно ездит на «Линкольне», а охрана на джипе, это две машины, поэтому, когда ты увидишь, что с поворота больше двух выезжает, тут же, в эту же секунду позвонишь мне. Я тебе сотовый телефон дам и звонок у него отключу, потому что сама звонить тебе не буду, но ты сможешь набрать меня в любую минуту. Вот и вся твоя работа. Договорились?