Песнь Крови - Андерссон Дин. Страница 65

— Давай я ее понесу, — предложил Торфинн, стараясь не отставать от подруги.

Вельгерт только слегка дернула головой. Ее зубы были крепко сжаты, глаза наполовину закрыты, все ее усилия были направлены на то, чтобы как можно быстрее двигаться и не упасть под тяжестью ноши.

Ялна бежала впереди, они уже добрались до следующего пролета лестницы, когда Торфинн неожиданно застыл как вкопанный.» Боги! — подумал он. — Я не могу вот так просто оставить всех этих людей умирать под обломками замка «, — посмотрел вперед, туда, где в темноте пыльного коридора крутые каменные ступени уходили вверх.

Вельгерт, испытывая напряжение во всем теле, была уже почти у конца лестницы, но поглощенная ношей даже не заметила, как муж отстал. И все же, может, у него еще найдется пара минут, чтобы спасти нескольких человек, пусть и не всех, но хоть кого-нибудь…

Торфинн бросился обратно по коридору и стал быстро орудовать мечом, ломая один замок за другим. Двери распахивались под напором десятков рук. Вот он открыл одну клетку, потом еще одну, третью. Неожиданно посыпалась пыль с потолка и встала густой завесой. Она совсем запорошила его глаза. И почти сразу же из-под земли раздался глухой стонущий звук, медленно перераставший в рокот. Пол под ним накренился, уходя в сторону. Торфинн потерял равновесие, стал падать и успел лишь заметить, как под ним разверзается бесконечная тьма.

Песнь Крови добралась до последнего дверного проема, располагающегося в конце длинной лестницы, ведущей к свободе. Она ловила ртом воздух, ноги от напряжения и усталости дрожали, от пыли жгло легкие. Вот наконец она добралась до наземного уровня.

Воительница обернулась и увидела Ялну с Вельгерт, несшую на плече бесчувственное тело Хальд. Обе женщины, задыхаясь, бежали по лестнице, перепрыгивая ступеньки. Однако Торфинна нигде не было видно.

Песнь Крови не стала их ждать и задавать лишние вопросы. Все еще прижимая к груди дочь, она бросилась обратно в коридор, пытаясь понять, что же произошло.

Навстречу ей вдруг ринулся целый поток людей. Хаос криков и воплей слился с гулким рокотом, шедшим из-под земли теперь уже беспрерывно. Проклятья и ругань неслись из толпы. Здесь были солдаты, придворные в богатых одеждах, рабы, пленники, чьей-то рукой выпущенные из клеток на свободу. И все они толкались и кричали, стремясь пробиться поскорее наружу и спасти собственные жизни. Они с неистовством обреченных рвались вон из рушащегося замка.

Огромный каменный блок сорвался с потолка и обрушился на толпу, придавив нескольких человек прямо перед Песнью Крови. Она застыла на месте, не решаясь двинуться дальше. Только несколько минут назад обретя свободу и жизнь, ей совсем не хотелось рисковать собственной дочерью даже ради Торфинна.

Толпа рванулась через плиту, и, чтобы не оказаться задавленной, воительнице пришлось невольно прижаться к стене коридора. Кашляя и чихая от пыли, забивавшей нос, она бросилась вперед, пробиваясь сквозь толпу и чувствуя, как Вельгерт и Ялна следуют за ней по пятам.

Песнь Крови свернула в узкий коридор, ведущий в конюшни, и только теперь остановилась, чтобы дать отдохнуть измученному телу. Вельгерт и Ялна с трудом протолкались к ней через толпу.

— Где Торфинн? — спросила она Вельгерт.

— Да кто ж его знает, будь он проклят! Я-то думала, что он все это время бежал рядом со мной! — выругалась Вельгерт, озадаченно оглядываясь по сторонам. Кажется, она и в самом деле только теперь заметила, что Торфинна рядом нет.

— А что с Хальд?

— Наткнулась на мой кулак, — пояснила Вельгерт. — Она хотела остаться там и искать Норду Серый Плащ.

Они прошли через узкую деревянную дверь конюшни и оказались в проходе между стойлами.

Лошади бесновались, храпели, ржали и рвались из стойл, стремясь вырваться во двор замка. Конюхи, толкаясь и крича, бежали прочь.

И вдруг подземный гул стал медленно затихать, пока совсем не замолк. Сотрясение каменных сводов прекратилось, пол под ногами перестал ходить ходуном. Наступила тишина. И эта тишина показалась куда более зловещей и страшной по сравнению с хаосом, только секунду назад царившим в замке. Неожиданно солдаты, прислуга и разряженные придворные — все, кроме рабов, Песни Крови, Вельгерт и Ялны, — попадали на пол точно подкошенные.

Лошади перестали биться и метаться. Теперь они стояли совершенно спокойно, только в полутьме поблескивали испуганные влажные глаза.

Песнь Крови вопросительно глянула на Вельгерт.

— На то воля Скади, — шепотом пробормотала женщина, точно боялась громким голосом снова поднять панику среди замерших на полу людей.

— Давайте выбираться отсюда, пока это снова не началось, — предложила Песнь Крови тоже шепотом.

Хальд слабо застонала на плече Вельгерт и слегка дернулась. Она открыла глаза и застонала сильнее

— Что… — начала она. — Вельгерт опустила ее на пол.

— Что случилось? — простонала Хальд, морща нос и пытаясь вспомнить произошедшее.

— Я ударила тебя, — откровенно призналась Beльгерт, — ты все рвалась остаться внизу и найти свою Норду.

— Дура! — выкрикнула Хальд. Лицо Вельгерт помрачнело.

— Если бы я только смогла отыскать и освободить Норду и всех остальных колдунов, заточенных Нидхеггом в темницы, — поспешно стала объяснять Хальд, — они бы наверняка нашли заклинание, которое бы не дало разрушаться замку так быстро! Мы успели бы спасти всех, кто еще остался в подземельях и на других уровнях. А теперь… — Ее голос замер. Она так и не договорила, оборвав себя на полуслове. Ведьма вдруг увидела солдат и придворных, валявшихся на полу, точно кули. Создавалось впечатление, будто они все мертвы. — Что это с ними случилось? — озадаченно спросила Хальд, ничего не понимая.

— Представления не имеем. Да это и не важно, — откликнулась Песнь Крови. — Нам надо выбраться отсюда раньше, чем остатки стен рухнут и раздавят нас.

Переступая через лежащих на полу, Песнь Крови двинулась к внешней двери конюшни, ведущей во двор замка. Рабы так и стояли посреди прохода, безмолвные и напуганные. Ей пришлось расталкивать их, чтобы пробраться к двери. У нее даже возникла мысль взять одну из лошадей, но времени не было.

Когда вся компания наконец добралась до двери конюшни, Хальд мягко рассмеялась.

Вельгерт оглянулась на нее, в ее глазах вспыхнул гнев.

— Тихо, — приказала она. — Мы еще не знаем, что нас ждет снаружи.

— Могу поспорить, — сказала Хальд, — то же самое, что и здесь. Мне кажется, я знаю, что произошло.

— Расскажешь нам позже, — перебила ее Вельгерт.

— Я же говорю, я знаю, что произошло, — настаивала Хальд, а потом снова тихо рассмеялась. — Мы можем больше ни о чем не беспокоиться и ничего не бояться, по крайней мере, на ближайшее время.

Песнь Крови и Вельгерт, держа наготове мечи, осторожно приоткрыли двери конюшни и выглянули во двор, чтобы разведать обстановку.

— Кости Модгуд! — изумилась воительница, невольно опуская меч. Она распахнула дверь и вышла на залитый солнечным светом двор замка. Все остальные последовали за ней.

Все пространство двора было заполнено солдатами, точно трупы, валявшимися прямо на земле. Однако они не были мертвы. Видно было, как их груди под доспехами мерно поднимаются и опускаются. Они дышали, дышали глубоко и ровно, как может дышать только спящий человек. Среди солдат тут и там виднелись придворные в богатых одеждах, вокруг них были разбросаны драгоценности — золото, серебро, бриллианты, изумруды — все, что те пытались спасти из рушащегося замка и унести с собой, ограбив сокровищницу Нидхегга. Драгоценности сверкали и переливались в лучах полуденного солнца. Только рабы, охваченные ужасом, все еще могли двигаться. Одни из них были совершенно наги, другие одеты в лохмотья и рубища, на некоторых виднелись ошейники и цепи, кое у кого ноги были закованы. Все они двигались по направлению к открытым воротам замка.

— Именно это я и собиралась вам объяснить, — сказала Хальд с тяжелым вздохом.

— Вот теперь мы тебя слушаем, — спокойно отозвалась Ялна, поворачиваясь к ведьме. Она глубоко вздохнула, набрав полные легкие свежего, прохладного воздуха, и поплотней запахнула на себе тяжелый плащ, служивший ей единственной защитой от мороза.