"Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Багнюк Ольга Юрьевна. Страница 105
– Разве?! – Глаза послушницы яростно сверкнули. – Я бы назвала доступными ваших женщин.
Тамар-опа гневно вскинула острый подбородок, но не успела поставить нахалку на место, как та продолжила:
– Именно поэтому они и прячут лицо и тело под ужасными накидками. Потому что не в состоянии сказать мужчине «нет» и дать достойный отпор. Разве не доступность заставляет их прятаться под жуткими одеяниями?
Несмотря на бурю гнева, что вызвали в ней слова чужестранки, старшая быстро взяла себя в руки, молча подошла к кровати и дернула за красивый витой шнур с изящной кисточкой, свисающий с потолка. В комнату тут же вбежали две служанки, Тамар-опа что-то быстро им сказала на местном языке и направилась к выходу.
– Господин Харут очень гостеприимный хозяин, надеюсь, ты оценишь это по достоинству, – сказала она, скрываясь за дверью.
– Благодарю. – Хельга склонила голову в почтительном поклоне, а сама подумала, что их настоятельнице ох как далеко до этой Тамар-опы и в выдержке, и в возможности добиться послушания от подопечных. Та бы уже давно накричала и отправила зверинец драить, а эта ничего, только про гостеприимство напомнила.
Когда дверь закрылась, девушки резво подскочили к Хельге и принялись расстегивать замки и крючки, стягивая с нее одежду.
– Я не нуждаюсь в служанках! – прикрикнула послушница, но ее словно не услышали и продолжили свое дело.
Очень быстро вся одежда оказалась на полу, и уставшая от дороги и духоты чужеземка с удовольствием погрузилась в приятную воду купальни, пахнущую цветами лаванды. Служанки принесли несколько баночек, намазали содержимым голову девушки, а когда смывали пенную смесь теплой водой, Хельга блаженно зажмурила глаза. Однажды ей уже помогала мыться эльфийка Хризастелия, но тогда она была настолько изранена, что сама вряд ли смогла бы справиться. Сейчас у нее не было сил и желания ругать ни в чем не повинных служанок, старающихся угодить. После того, как была вымыта голова гостьи, руки служанок заскользили по ее телу. Одна гладила шею, двигаясь к плечам и груди, другая касалась талии и живота, спускаясь все ниже. Задремавшая в первый раз за несколько суток Хельга не сразу заметила, что прикосновения стали слишком откровенными и не имеющими никакого отношения к мытью.
– Что вам от меня надо?! Прекратите немедленно! – попыталась аккуратно высвободиться из цепких объятий возмущенная послушница. Впрочем, безрезультатно.
Служанки услужливо улыбались, продолжая ласки, а на окрик девушки одна из них повернулась и наклонилась, подставляя спину для удара, а другая вложила в руку гостьи короткую плеть. Хельга заметила через намокшую прозрачную ткань одеяния полосы заживших и почти свежих шрамов, рассекающих нежную кожу. Отшвырнув орудие пытки подальше, она вновь постаралась высвободиться, не причиняя вреда несчастным рабыням. «Они же не понимают всеобщего языка», – догадалась послушница, когда и после того, как она в третий раз потребовала оставить ее в покое, девушки продолжали свое дело, а бег гостьи по окружности купальни приняли за игру и принялись со смехом ее догонять. Бассейн купальни хоть и был приличных размеров, но Хельге никак не удавалось оторваться настолько, чтобы успеть вылезти из него. Каждая попытка заканчивалась поскальзыванием на мокрых мраморных бортах и плюханьем обратно. А догонявшие к тому времени служанки вновь пытались ублажить игривую гостью. И бег по пересеченной водой местности продолжался с прежним энтузиазмом. Наконец, улучив момент, когда служанки для утех немного отстали, Хельга схватилась за бортики, подтянулась и выпрыгнула из воды, добавив в прыжок немного магии для устойчивости и легенький заговор на ступни против скольжения. Оказавшись вне досягаемости служанок, Хельга завернулась в первое, что попалось под руку, а именно в огромное бархатное покрывало с кровати, и, подойдя к двери, начала звать на помощь:
– Зухра! Зухра-а-а!
Служанки тем временем тоже выбрались из купальни и вновь направились в сторону гостьи. Их поведение напомнило послушнице реакцию голодных зомби и упырей. С той лишь разницей, что зомби и упырей интересуют кровь и плоть живых, а этих озабоченных рабынь – плоть и утехи для этой самой плоти. Когда рабыни подошли ближе, Хельга не стала стесняться в методах и попросту скрутила руки обеим, связав их шнуром для вызова слуг, который безжалостно срезала кинжалом. Вошедшая на зов Зухра застала очень интересную картину: одевающаяся со скоростью бешеного гепарда чужеземка и скрученные и связанные у ее ног рабыни, с ужасом взирающие на разложенный на ковре колюще-режущий арсенал гостьи.
– Вы звали, миледи? – склонилась Зухра в полупоклоне.
– Я не миледи! – совсем разошлась и без того разозленная послушница и швырнула в сторону Зухры один из своих укороченных мечей, который воткнулся в косяк двери в полулокте от головы наложницы.
Когда Зухра открыла глаза, Хельга уже вытаскивала меч из дерева, чтобы вложить его в заплечные ножны.
– Извини. – Она погладила девушку по голове, та вздрогнула. – Меня очень разозлили, нет, даже взбесили вот эти. – Она ткнула ногой одну из служанок. – Может, у вас это в порядке вещей, но я … – замялась послушница, пытаясь объяснить, чем же ей не угодили. – В общем, у меня возлюбленный есть… – Снова неловкая пауза. – И он мужчина!
Зухра внимательно выслушала сбивчивый монолог гостьи, затем обратилась на местном языке к рабыням. Они стали наперебой ей что-то рассказывать. Пару раз Зухра открыто хихикнула, и это рассердило Хельгу.
– Ну?! – дождавшись окончания незнакомой речи, поинтересовалась послушница.
– Вы обещаете успокоиться? – осторожно спросила Зухра.
– Я постараюсь, – обреченно пообещала Хельга, она уже поняла, что ничего хорошего не услышит.
– Тамар-опа велела им развлечь вас. Сказала, что вы любите девушек и очень изысканные развлечения. И если гостья Саабаха ибн Сулея из дальней страны будет недовольна, то им отрубят головы.
Следующие несколько минут Хельга грязно ругалась на всеобщем, вставляя словечки из эльфийского, подслушанные у Дарвингиля, милительского и тролльего, позаимствованные у Нерканна. Рабыни уже перестали скулить после объяснений Зухры и с интересом вслушивались в незнакомую цветистую брань.
– Скажи Тамар-опе, что я осталась очень довольна. Как только разбогатею, попрошу Саабаха продать мне этих девушек.
– Обязательно передам, – заверила ее Зухра.
– Ты можешь проводить меня к господину Саабаху?
– Нет, – покачала головой Зухра. – Но я могу вызвать слугу, который вас проводит.
Саабах ибн Сулей Харут, как и ожидала Хельга, оказался седовласым старцем в белой чалме, увенчанной белым же пером, в черном халате, богато вышитом серебром и украшенном алмазами. Он сидел на открытой террасе в тени раскидистой чинары на бесчисленном множестве парчовых подушек за низеньким, но широким резным столом.
– Долгих лет вам, достопочтенный Саабах ибн Сулей, – поклонилась Хельга, приветствуя главу клана Харут.
– Мудрости тебе, дитя, – ответил на приветствие старик. – Чем Харуты могут помочь принцессе? – без дальнейших расшаркиваний спросил он.
Хельга чуть рот не открыла от удивления, она-то никак не могла придумать, как убедить главу клана в том, что ее послала Шаира, а тут все оказалось намного проще.
– Принцесса не просит помощи, – твердо заявила Хельга, но, подумав, добавила помягче: – Пока не просит.
– Тогда что привело тебя в мой скромный дом? – улыбнулся Саабах.
– Принцесса желает знать, какое отношение Харуты имеют к свержению ее отца.
– Я бы не говорил о свержении с такой категоричностью, скорее, речь идет о временном отдыхе эмира.
– Значит, вы тоже заговорщики! – резюмировала девушка.
– Милое дитя, не нужно обижать пожилого человека. Вы так молоды, а я так стар, что белые крылья Харутов могут вырасти у вас быстрее, чем у меня.
– Простите, достопочтенный Саабах ибн Сулей, – склонила голову Хельга, – но я не понимаю ваших слов.