"Фантастика 2024-192". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Курамшина Диана. Страница 60

Если же верить воспоминаниям Анхесенамон, юная царица вообще хотела как можно меньше времени посвящать служениям, помня печальный опыт матери. Та просто не имела времени на собственных детей. Обосновавшись в Мемфисе, моя предшественница приняла только титулы оракула Исиды и её верховной жрицы. Царь тогда по малолетству вообще почти не участвовал в богослужениях.

За десять лет царствования Тутанхамона всё потихонечку стало возвращаться к прежним временам. Храм Амона начал набирать былую славу и мощь. А также старательно хотел вернуть те богатства и земли, что отнял Эхнатон.

Супруг не скупился на подарки и постройки. И гипостильный зал не единственное, что создавалось по его указу. Львино- и овноголовые сфинксы, статуи богов и богинь, а также во множестве храмы в различных регионах страны.

– Этот шаг перетянет всё жречество на вашу сторону, всемилостивейшая, – произнёс Аапехти, на моё затянувшееся молчание.

– Но ведь у «супруги бога» множество обязанностей. Мне придётся почти всё время находиться в Уасет.

– Смотря как всё распределить… – загадочно улыбнулся жрец, – если самолично проводить только обряды на главные празднества, а для остального определить выбранных «дуат нечер» (*«почитательниц бога»), то вам нужно будет пребывать здесь не больше месяца или двух в году на Ахет [77].

– Ты думаешь Хумос согласится? – спросила неуверенно.

– Почтенный верховный жрец не может вмешиваться в дела «дома супруги бога». После того, как божественный Небхеперура (*Тутанхамон) вернул исконную веру, обязанности всё равно исполняли «почитательницы» из школы.

– Мне тоже придётся посетить это заведение? – задумчиво поинтересовалась.

– Это было бы весьма дальновидно с вашей стороны, моя Госпожа.

Я отрешённо смотрела в даль, пытаясь выудить из воспоминаний Анхесенамон всё, что та знала об обязанностях «супруги бога Амона». Но их было катастрофически мало.

– Кроме того, – прервал мои размышления Аапехти, – если я не ошибаюсь в своих предположениях, будущего наследника следует так же объявить и «сыном Амона», дабы избежать любых возможных случайностей в будущем.

– Просчитываешь на несколько ходов вперёд? – спросила усмехнувшись.

– Я лишь служу своей Госпоже, – важно произнёс жрец, уважительно склонившись.

Вот и понимай, о ком он говорит… обо мне или Бастед?

В этот момент на террасу вышел Зубери. Странно, не заметила когда он уходил.

– Божественная, – тихо обратился ко мне храмовник, – у меня есть для вас приятные новости. Но…

– Пия, Манифер… займитесь моей подготовкой ко сну! – произнесла, повысив голос.

Меня правильно поняли и женщины поклонившись, попятились на выход. Дождавшись, когда и служанки покинут террасу, оставив только молчаливых телохранителей у входа, сюда вошли несколько нубийцев, по двое внося что-то, накрытое тканями.

Зубери пафосно, как фокусник стал сдёргивать покрывала с того, что поставили перед моим креслом. Это оказались довольно неприглядные сундуки, покрытые комьями земли и глины. Два из них были обвязаны и запечатаны, а третий закрыт на бронзовый замок в виде сфинкса.

– Какой интересный экземпляр… – прошептала, склонившись над последним.

– Действительно, жаль будет его ломать, божественная, – печально произнёс храмовник.

– Ну зачем же ломать, – возразил Аапехти, – у нас в братстве есть весьма сведущий в своём деле мастер.

– Хорошо, этот пока вскрывать не будем. Посмотрим, что у нас хранится здесь.

Вытащив небольшой кинжал, Зубери несколькими резкими взмахами разрезал верёвки, что обвязывали один из сундуков. Аккуратно, дабы не поднимать пыль раздвинул их и сняв печать убрал крышку.

Ну что ж, довольно богатый улов. Тут были и собранные на кожаные шнуры кольца разных видов, и связка браслетов. Небольшие резные курильницы ладана и несколько симпатичных пекторалей. Парочка небогато декорированных усехов, состоящих только из мелких бусин. На дне горками лежали вырезанные из драгоценных камней фигурки кошек, ибисов, крокодилов и обезьян, фаянсовые ежи и амулеты скарабеев. В отдельном мешочке оказались собраны стеклянные и фаянсовые бусины. Многие даже были уже нанизаны на нитки. Эквивалентную стоимость подобного клада мне было трудно подсчитать.

Второй сундук оказался проще, но интереснее. Его доверху наполняли металлические кусочки, которые кто-то старательно сплющил. Но судя по некоторым деталям, это были части каких-то фигурок. Они никак не разделялись по типу, сваленные вперемешку. Золото разной чистоты и сплава, электрум, серебро, бронза и медь. При том, часть медных кусков была даже частично покрыта патиной различных оттенков от бирюзы до яркой зелени.

– И что это? – спросила, обратившись к Аапехти.

Мужчины переглянулись. Выражения их лиц не предвещали ничего хорошего.

– Если это то, о чём думаю, то перед нами большое святотатство, божественная, – зло произнес жрец.

– Объясни.

– Как я понимаю, это кусочки ритуальных статуэток, моя царица. Они разбиты и раздроблены.

– Ну и? – удивилась я, всё ещё не понимая. В памяти Анхесенамон не сохранилось подобной информации. Для Атона не создавалось статуй. Солнце ежедневно сияло на небосводе.

– Любое изваяние несёт в себе частичку сущности того, кому она посвящена.

– Странно. Вон прежние цари не стесняясь набивали свои имена поверх статуй других правителей. И ничего… никто их за это не проклинал.

– Есть разница, моя Госпожа, – грустно произнёс Аапехти.

– Да? И в чём же?

– Когда резчик обрабатывает камень, то не может вложить ничего в его состав. Он просто высекает лик и имя. В принципе, чьё имя остаётся для потомков последним, того и статуя… а вот метал… Чтобы создать статуэтку достойную богов или Ка, ювелир должен быть не только мастером, но и магом с большим Сехем [78]. Лучшие из них, конечно карлики, моя Госпожа, поэтому так ценятся. Пока льётся раскалённый метал, читаются молитвы и наговоры. В форму добавляют различные ингредиенты, способные пробудить дух и помочь божеству вселяться в статуэтку при богослужении. Других в храм не жертвуют.

– Получается, разбив чьи-то металлические изображения, нанесли урон Ка умершего или же повредили вместилище бога?

– Совершенно верно, моя царица, – печально заметил Зубери.

– Но… если к примеру статуэтка упала и сломалась или ещё как повредилась? Что тогда?

– Для неё проводят обряд погребения, – опять взял слово Аапехти, – заворачивают в льняные пелена и закапывают под обязательное чтение молитв. Обычно такие захоронения создают недалеко от храма. Постепенно зарывают в одну и ту же яму все повреждённые статуэтки, пока не наполнится, а потом создают новую.

– То есть… пред нами разорённый храмовый могильник для статуй?

– Думаю всё это подготовили для переплавки, моя госпожа.

– А так можно было?

– Только могущественный колдун…

– Так… я поняла… нужно подумать…

Мужчины низко поклонились. Я же, усевшись в кресло предавалась размышлениям о том, что вместо того, чтобы вернуть ценный металл в казну, его просто банально закапывали.

– Хубинеф, – позвала я юного помощника Аапехти, – дай мне чистую табличку.

Не утруждая себя «трудностями перевода», стала на русском языке записывать свои мысли попунктно, чтобы не забыть потом что-то нужное.

– А что это за знаки, моя царица? – удивлённо спросил Зубери, наблюдая из-за плеча.

– Тайный язык богов, – тут же вклинился Аапехти. – Сам Птах даровал божественной эти знания для общения.

– А Великая Госпожа может научить меня? Тогда записки от наших агентов никто не смог бы прочитать, – заинтересованно протянул храмовник, вглядываясь в размашистые строки, что оставались после тростниковой палочки.

– А это мысль… – одобрительно посмотрела на Зубери. – Сам язык богов слишком сложен и учить его очень долго, – при этих словах мужчина заметно огорчился, – но, если усвоить какая буква соответствует какому звуку… так вы сможете писать на нашем языке, просто используя эти знаки.