Там, где обитает чудовище… (СИ) - Максименко Анастасия. Страница 20

— Расель… — шепчут недоверчиво его губы, гладят шелк собранных в свободную косу волос; она прижимается крепче, утыкается носом в плечо, и льются в трепетном счастье хрустальные слезинки. С наслаждением поцеловав девушку в волосы, он погладил нежную щеку, приподнял голову за подбородок, жадно вглядываясь в фиалковые глаза. — Моя Расель… Ты жива…

Девушка грустно улыбается и кивает. Маг оглядывается, с интересом косясь на не менее любопытно поглядывающих за ними зрителей.

— Расель, что это за место? Как то возможно, что мы живы?

— Мы в мире Грёз, Аид, там, где обитает счастье и нет места чудовищу, — шепчет она, прикасаясь ладошкой к его щеке. — Там, где царствует только покой и свобода. Мы в лучшем из миров.

Аид озадаченно хмурится, и Расель — она же Ясень-Ра смеется звонким колокольчиком.

— Ты все поймешь, мой Аид. Ты все поймешь.

Генес уверенно кивает и опускает взгляд на живот невесты, смотрит недоверчиво, но нежно, и девушка с улыбкой выдыхает:

— Он твой. Не сомневайся.

— И я не думал. Но как?.. Как здесь течет время?

В зрачках принцессы вновь вспыхивает грусть.

— Очень долго. Там пять минут, здесь пять месяцев…

— Ты очень долго ждала…

— Но теперь ты здесь, любимый. Ожидание закончено.

Он осторожно прикасается к упругому животу и широко улыбается, как и Расель, и вдруг она дергает его за рукав.

— Смотри.

Аид вскидывает голову и каменеет: впереди пока не знакомых людей с понимающими улыбками стоит его некогда погибшая семья. На лице матери — отпечаток безмерного счастья, отец смотрит гордо, а взрослый братишка ехидно подмигивает и машет.

— Идем, Аид, они тоже тебя долго ждали.

Они приближаются к городку за руки, Аид целует руки матери, кланяется отцу и подмигивает брату, а затем купается в ласковых и крепких объятиях родных, каких ему так не хватало. Теперь он обрел настоящее счастье и покой.

Спустя несколько лет

На небольшой полянке Генесы устроили семейный пикник. Расель плела с матерью Аида цветочные венки, отец и брат играли в мяч, а Аид подбрасывал в руках весело хохочущую дочурку, свою маленькую принцессу, какую они с Расель назвали в честь ее имени — Ясень. Подхватив весело смеющуюся дочь, мужчина зацеловал пухлые щечки, шепча девочке, цепляющейся за отца, всякие нежности, когда до слуха Аида донесся тонкий колокольный перезвон. Мужчина замер, безошибочно обернувшись к яблоневому саду, крепко прижимая к груди посерьезневшую малышку.

Тонкий колокольный перезвон знаменовал новоприбывшего, и если его услыхал Аид, значит, новоприбывший из его родных или близких. Бывший маг озадачился, ведь все его близкие здесь, в Грёзах.

С ним поравнялась Расель, смотря вдаль на сад, значит, прибывший и ее знакомый. Передав девочку на руки своей матери, пара молчаливо направилась к древу Вечности. Остановились возле черты города, поглядывая на вышагнувшего к ним дряхлого растерянного старика. На глазах старик молодел, обретая весьма знакомые супругам черты, чистая, но заметно поношенная одежда трансформировалась в латы стражника Туманной Заводи. Яркий осмысленный взор прибывшего с изумлением уставился на пару.

— Алво-Керр?