Водный барон. Том 2 (СИ) - Лобачев Александр. Страница 4

Он взял письмо, которое Серапион написал на бересте, запечатал воском с печатью Обители, сунул за пояс.

— Поезжай быстро, — сказал я. — Времени мало.

Фёдор кивнул, вскочил на коня, помчался к воротам. Я смотрел, как он исчезает за поворотом дороги.

Первая часть плана в действии. Гонец отправлен. Если Фёдор найдёт стрельцов и убедит начальника, они будут здесь к ночи.

Но оставалась вторая часть.

Если Авиновы вывезут товар раньше, до прибытия стрельцов, доказательств не будет.

Я повернулся к Серапиону, который стоял у ворот.

— Отец, мне нужно следить за причалом Авиновых. Мне нужно знать, когда они начнут грузить товар.

Серапион кивнул.

— Будь осторожен, Мирон. Если Касьян увидит тебя…

— Он не увидит, — ответил я. — Я буду в тени.

Я побежал к реке.

День тянулся мучительно медленно. Я нашёл укрытие на холме, с которого виднелся причал Авиновых — большой, с несколькими амбарами, складами, где стояли телеги, бродили люди.

Я лежал в траве, наблюдая.

Солнце катилось к горизонту. Тени удлинялись. Я ждал.

Стрельцы должны прибыть к полуночи. Если Фёдор нашёл их. Если они поверили. Если они едут сюда.

Слишком много «если».

Сумерки сгустились. На причале зажгли факелы. Я увидел, как появился Касьян — высокий, массивный, он отдавал команды людям, указывал на амбары.

Началось.

Люди открыли нижний амбар — тот самый, о котором говорил Гракч. Начали выносить тюки — большие, тяжёлые, завёрнутые в холст.

Пушнина. Краденая. С княжескими клеймами.

Телеги подъехали к амбару. Люди начали грузить тюки на телеги, аккуратно, быстро.

Я сжал кулаки.

Где Егорка? Он должен был вернуться с Гракчом.

Шорох сзади. Я обернулся, увидел Егорку, который полз ко мне через траву.

— Мирон, — прошептал он. — Гракч у Серапиона, под охраной Агапита.

Я кивнул.

— Хорошо. Смотри.

Я показал на причал, где люди продолжали грузить телеги.

— Они вывозят товар. Сейчас. Раньше полуночи.

Егорка побледнел.

— Но стрельцы… они не приедут раньше полуночи, ты же сам сказал…

Я сжал зубы.

Да. Я ошибся. Авиновы начали грузить раньше. Может, Касьян почувствовал опасность. Может, покупатель потребовал раньше. Неважно.

Важно, что если они уедут сейчас, стрельцы приедут на пустое место. Доказательств не будет.

Я посмотрел на телеги — три телеги, уже почти полностью загруженные. Люди закрывали амбар, готовили лошадей.

Минут десять, и они уедут.

Егорка посмотрел на меня.

— Мирон, что делать?

Я смотрел на телеги, на людей, на Касьяна, который стоял у первой телеги, проверяя груз.

Что делать?

Память Глеба подсказывала — диверсия, саботаж, способы задержать отправку груза.

Если колесо сломается, телега не уедет.

Если лошади испугаются, телеги не сдвинутся с места.

Если поднять шум, привлечь внимание, Авиновы могут отложить отправку.

Я посмотрел на Егорку.

— Они не должны уехать. Пока стрельцы в пути… мы сами устроим им задержку.

Егорка уставился на меня.

— Как?

Я огляделся. Причал был у реки. Телеги стояли на помосте. Лошади привязаны к столбам.

Если поджечь сено у конюшни, лошади испугаются, начнётся паника.

Если перерезать упряжь, телеги не смогут двинуться.

Если…

Идея пришла внезапно, безумная, отчаянная.

Если столкнуть телегу в воду, груз намокнет, испортится. Авиновы не смогут его продать. Придётся разгружать, сушить. Это задержит их на часы.

Я посмотрел на помост — он был длинным, тянулся вдоль воды. Телеги стояли на самом краю. Достаточно толкнуть сильно, и они покатятся в реку.

Но до помоста метров пятьдесят открытого пространства. Охрана. Люди.

Мы не доберёмся незамеченными.

Но если создать отвлечение…

Я посмотрел на Егорку.

— Слушай внимательно. Ты пойдёшь к дальнему краю причала, там, где сложены бочки. Подожжёшь их. Создашь шум, огонь. Все побегут туда тушить.

Егорка кивнул.

— А ты?

— А я, — сказал я, — пока все будут отвлечены, подберусь к телегам и столкну их в воду.

Егорка побледнел.

— Мирон, это безумие! Если тебя поймают…

— Не поймают, — сказал я твёрдо. — У меня будет минута, не больше. Этого достаточно.

Я посмотрел на причал, где люди заканчивали погрузку.

Сейчас или никогда.

Я повернулся к Егорке.

— Готов?

Егорка вздохнул, затем кивнул.

— Готов.

Мы поползли вниз с холма, в темноту.

Ночь укрыла нас. Мы подобрались к причалу с разных сторон — я с ближней, Егорка с дальней, где были сложены бочки и ящики.

Я лежал за телегой, наблюдая. Касьян отдавал последние команды, люди готовили упряжь. Ещё пара минут, и они тронутся.

Где Егорка? Почему он не поджигает?

И вдруг — вспышка. Огонь взметнулся в дальнем конце причала, лизнул бочки, запрыгал по сухому дереву.

Крики.

— Пожар! Пожар!

Люди бросились к огню. Касьян развернулся, побежал туда же, крича команды.

Сейчас.

Я выскочил из-за телеги, подбежал к первой, схватился за край, толкнул изо всех сил.

Телега стояла тяжело, груз давил. Я упёрся ногами в землю, толкнул снова, сильнее.

Телега качнулась, сдвинулась к краю помоста.

Я толкнул ещё раз.

Телега покатилась, набирая скорость, и с глухим всплеском рухнула в воду.

Тюки разлетелись, холст разорвался, вода залила груз.

Я побежал ко второй телеге.

— Эй! — крик сзади. — Кто-то у телег!

Я не оглядывался. Толкнул вторую телегу, она поехала, упала в воду.

Третья.

Шаги за спиной. Грубый голос:

— Стой!

Я толкнул третью телегу изо всех сил.

Она покатилась к краю.

Руки схватили меня за плечи, потащили назад.

Телега упала в воду.

Все три телеги. Весь груз. В реке.

Я вырвался, побежал к краю причала, прыгнул в воду.

Холод обжёг тело. Я нырнул, поплыл под водой, выплыл далеко от причала, за поваленным деревом.

Слышал крики, проклятья, топот ног.

Я выбрался на берег, скрылся в тростнике.

Сделано.

Груз в воде. Телеги разбиты. Авиновы не уедут сегодня.

Стрельцы придут. Найдут их здесь. С доказательствами.

Я лежал в тростнике, тяжело дыша, слушая, как на причале кипит хаос.

Луна вышла из-за облаков, осветила реку.

Я усмехнулся.

Последний шанс. Я его не упустил.

Глава 2

Я лежал в тростнике, прислушиваясь к хаосу на причале. Крики, ругань, топот ног — Касьян орал команды, люди бегали, тушили остатки огня, который поджёг Егорка.

Три телеги в воде. Груз намок. Авиновы не смогут вывезти товар быстро.

Но я знал, что это временная задержка. У них были другие телеги, другие лошади. Они могли достать товар из воды, перепаковать, загрузить заново.

Сколько времени это займёт? Час? Два?

Стрельцы придут к полуночи. Сейчас… сколько сейчас времени?

Я посмотрел на небо. Луна стояла высоко, но не в зените. Одиннадцатый час, может быть.

Час до прибытия стрельцов. Если они вообще едут.

Шорох рядом. Егорка выполз из кустов, мокрый, грязный, его лицо было бледным.

— Мирон, — прошептал он. — Ты жив?

Я кивнул.

— Жив. А ты?

— Тоже, — Егорка сел рядом со мной, тяжело дыша. — Я поджёг бочки и убежал, никто не догнал.

Я кивнул, глядя на причал сквозь тростник.

Касьян стоял у края помоста, глядя на телеги в воде. Его лицо было искажено яростью. Он кричал на людей, указывая на амбар.

Я видел, как люди бежали к амбару, выносили ещё тюки, несли к другим телегам — тем, что стояли дальше от воды.

Они перегружают. У них есть запасные телеги.

— Мирон, — прошептал Егорка. — Они грузят новые телеги. Они всё равно уедут.

Я сжал кулаки.

Да. Я задержал их на полчаса, может быть сорок минут. Но этого недостаточно.

Нужно задержать их ещё.

Я огляделся. Причал Авиновых был большим — склады, амбары, конюшни, ворота, которые вели на дорогу.