Кодекс Императора X (СИ) - Сапфир Олег. Страница 32

Но не вышло…

Вся суть конфликта заключалась в том, что во время очередной смены Белова в супермаркет вырвалась молодежь. Устроили полный дебош, и Афанасий Панфилович никак не мог им помешать чинить разрушения. Всё-таки их было много, а Белов никогда не мог похвастаться крепким телосложением или особой физической подготовкой.

Молодые люди что-то требовали от Афанасия Панфиловича, но в тот момент он даже не мог понять, что именно. Настолько неразборчиво они говорили. Словно находились под действием алкоголя или каких-то зелий.

Когда Афанасий Панфилович переспросил, что нужно этим людям, его сразу начали бить. Удар за ударом. До тех пор, пока он не потерял сознание.

Проснулся Афанасий Панфилович уже в реанимации местной городской больницы. Потом еще две недели он восстанавливался, чтобы просто выйти на улицу.

И вот сейчас началось полноценное разбирательство, которое Афанасий Панфилович никак не смог предотвратить. А ведь этим он подставляет свою семью, что самое обидное.

Представитель Воденеева уже подходил к Белову до заседания и пытался объяснить ему, какую серьёзную ошибку он допускает. Тогда Афанасий Панфилович сам попытался объяснить, что хотел забрать заявление много раз, но ему не дали. Поскольку момент нарушения уже был зафиксирован специальными имперскими службами.

Заявление теперь невозможно забрать, хотя Афанасию Панфиловичу говорили, что нужно умолять, прикладывать все усилия, чуть ли не на коленях стоять. Что нужно настаивать изо всех сил. Хоть самоубиться! Но только чтобы это дело не получило ход. Ведь зачем отвлекать важных господ такими мелочами?

Афанасий Панфилович посмотрел в сторону. Там сидел глава рода — серьёзный мужчина с каменным лицом. Рядом с сыном, который принимал участие в драке. Точнее, в избиении продавца. А также были еще трое детей из аристократических семей. Всем восемнадцать-двадцать лет, не больше. Их рода тоже присутствовали, хотя и были более мелкими.

Хотя Афанасий Панфилович себя мелочью не считал. Достоинство у него было, однако он готов пойти на уступки. Ради своей семьи. Хотя и этого сделать ему не дали.

Продавец не увидел никакого напряжения на их лицах. Эти люди были абсолютно уверены в своей победе. Они сидели, улыбались и общались между собой. Кажется, им было даже весело.

А вот Афанасию Панфиловичу было сейчас совсем не до веселья. Мало того, что работодатель Воденеев не поддержал своего сотрудника, так еще и эти аристократы ополчились против него.

Сложная ситуация.

Тем более, что Афанасий Панфилович живет в небольшом городке в самой глубинке Российской империи. Здесь не как в столице, деньги и связи у аристократов решают многое. Обычному человеку с такими сложно тягаться. Особенно когда их много…

Афанасий Панфилович продолжал смотреть в сторону дворян, которые уже открыто над ним насмехались. Какие же они надменные!

Судья зачитывает обвинения, рассмотрение начинается, а им хоть бы что.

— Я всё правильно зачитал? — обратился к Белову судья.

Афанасий Панфилович понял, что вот его шанс… Сейчас можно отказаться от всех претензий и спокойно уйти домой вместе со своей семьей. Навряд ли Белову удастся сохранить работу, но сейчас его это особо не волновало. Главное — защитить родных от гнева власть имущих.

— Однако напомню, — строго напомнил судья. — Любое судебное заседание находится под протекторатом нашего императора — Дмитрия Романова. И здесь приветствуется только истина. Обмануть меня — значит обмануть самого императора.

Внезапно Афанасий Панфилович вспомнил, сколько всего император сделал для своей страны. И даже для Белова. Учитывая, что благодаря правителю дети получили грант на обучение. Расходы значительно уменьшились, и теперь жизнь семьи стала проще.

Да и минимальную оплату труда он поднял, и зарплата самого Белова увеличилась. За все это продавец был благодарен своему императору.

Поэтому он не мог себе позволить врать. Только не ему.

Афанасий Панфилович поднялся и ответил судье:

— Всё верно, но я уже не держу зла на молодых людей. Они были… — Белов сжал челюсть, следующие слова дались ему с превеликим трудом. — Они были в своем праве.

— То есть вы считаете, что избив вас, они были в своем праве? — вскинул брови судья.

— Верно, — кивнул Афанасий Панфилович. — Я просто не сразу понял их пожелания…

Белов опустил взгляд к полу. Ему было стыдно за сказанное. И пусть он не врал, но в этот момент страдала его гордость.

— Понятно, — сказал судья.

В этот момент со скамьи вскочила восемнадцатилетняя дочь Белова — Анастасия. Девушка сжала руки в кулаки и прокричала:

— Да какое право⁈ Они просто избили моего отца! Это же просто пьяное быдло! Конечно, у нас есть претензии! Такие люди в принципе не должны существовать, не среди аристократии! Они обычный мусор!

У Афанасия Панфиловича сердце ушло в пятки. Он понимал, только что его положение стало ещё плачевнее. Теперь вариантов избежать последствий от аристократов нет.

Но дочь и остальных членов семьи было жалко. Не должны они страдать…

Афанасий Панфилович спешно прокручивал в голове варианты, что можно предпринять. Как спасти ситуацию. Но толковых способов не нашлось.

Только если и правда упасть перед судьёй на колени и умолять закрыть дело. Но навряд ли после сказанного дочерью он его послушает. Плохи дела…

— Ты хоть знаешь, тварь, на кого пасть разеваешь⁈ — вскочил с места один из парней, который принимал участие в избиении Белова.

— А вот за эти слова ты пожалеешь, — процедил Афанасий Панфилович и сжал кулаки. — И вся твоя семья.

Аристократы могли сколько угодно обижать и унижать его. Но семья — другое дело. Афанасий Панфилович не позволит, чтобы им была уготована та же участь. И он собирался постоять за дочь, ведь она хотела лучшего для отца. Просто не понимала всех ужасных последствий.

Один из аристократов подозвал кого-то из помощников. Они начали перешептываться, но Афанасий Панфилович не слышал о чем. В один момент аристократ указал на семью Белова. Затем жестами показал, что с ними нужно будет сделать.

Судья сидел и просто наблюдал за происходящим. Не вмешивался. А когда в зале воцарилась тишина, он взял слово:

— А вы, часом, не забыли, в каком месте находитесь? — спросил судья у аристократов.

— В суде. Мы всё прекрасно понимаем, — ответил глава рода самой влиятельные семьи. — Наши дети не виноваты в произошедшем, мы свою вину отрицаем. Поскольку продавец, будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения, сам напал на наших отпрысков. Также у нас есть свидетели и доказательства произошедшего.

Афанасий Панфилович не сомневался, что все доказательства поддельные, а свидетели — это липовые люди. Белов сам хотел предоставить запись с камеры видеонаблюдения супермаркета, но владелец магазина не позволил. Стер ее, а потом и вовсе сказал, что камера в этот день не работала.

В углу сидели те самые свидетели — около двадцати человек. Хотя по факту, когда на магазин произошло нападение, покупателей там не было.

Судья вызвал одну из свидетельниц.

— Вы утверждаете, что сказанное бароном Палевским правда?

— Да, — уверенно кивнула девушка. — Мы всё видели своими глазами. Продавец находился в крайне неадекватном состоянии и напал на обычных посетителей, коими являются обвиняемые. Это была самооборона.

Судья опросил всех и кивнул. Стукнул молотком. Затем заявил:

— Понятно. Что ж, теперь послушаем, что скажет нам независимое расследование.

После этих слов к трибуне подошел мужчина в деловом черном костюме. Это был представитель от спецслужб, куда Афанасий Панфилович и написал по дурости заявление на аристократов.

— Мы провели тридцать два часа расследования. Искали свидетелей и смотрели записи с камер видеонаблюдения. В магазине и в соседних домах. В самом супермаркете видеозаписи оказались стерты, но нам удалось их восстановить. А потому словом своим заявляю, что Афанасий Панфилович Белов говорит правду. Обвиняемые сделали всё ровно так, как и было в его изначальных показаниях. В первом заявлении.