Пластмассовый мир (СИ) - Подземельев Константин. Страница 7

К повозке подошли двое других стражников. Их взгляды пересеклись — тревожные, настороженные. Потом они оба уставились на Артёма.

— На лагерь напали орки. Мой отец и брат вступили с ними в бой. Я поймала человека, — она кивнула в его сторону. — Его — в цепи. И в мои покои. И чтобы волос с головы не… у… пал…

Последние слова она произнесла медленно, с нажимом, как будто вбивала их в головы стражников. Те замерли. Один из них выглядел так, будто готов был провалиться под землю.

— Б-будет исполнено! — офицер дал отмашку.

Цепи лязгнули. Артёма сняли с повозки, затянули стальные кандалы на запястьях, надели ошейник, от которого шла короткая цепь вниз, к поясу. Верёвка, натиравшая кожу, осталась позади, зато теперь металл впивался в кожу холодом и тяжестью. Он ощущал себя как минимум пленным военачальником, как максимум — особо опасным маньяком. Хотя по факту мухи не обидел.

Он вздохнул.

— Насколько же сильно нагрешили тут люди… — пробормотал Артём.

И в этот момент — осознание: его ведут в покои принцессы. Ну ладно, повелительницы. Но женские покои. В цепях, конечно. Как заложника. Но… всё равно.

Когда тебя в последний раз приглашали в личные покои знойной девушки? — мысленно переспросил он себя. Ответ был прост: никогда.

Но, может, сегодня удастся отдохнуть не на сырой земле, а в настоящей постели? А может… его даже... накормят?

От автора.

Спасибо, что дочитал до конца.

Твой лайк = неформальное спасибо за мою историю

Комментарий = возможность сделать историю лучше и глубже

Буду признателен и за то, и за другое

Глава 5. Покои

***

Жужжание растворяет тишину леса.

Рассветные лучи робко пробиваются сквозь кроны деревьев, играя на остатках росы. Ворон, с важным видом, скачет по обугленной земле. Его клюв ритмично вонзается в плоть, и с каждым движением слышен мягкий, отвратительно-влажный хруст.

Жужжание пробивает тишину леса.

Лагерь, некогда полный людей, теперь безмолвный, словно вымерший. Повсюду валяются изуродованные тела орков и людей — некоторые в последних, застывших позах борьбы, другие раскинуты, как брошенные куклы.

Жужжание эхом разносится по лесу.

Кровь напитала землю, окрасила стволы деревьев, как зловещие знаки прошедшей бойни. Обугленные палатки тихонько тлеют. Где-то в траве слышится странный звук — тихое, тревожное жужжание. Оно притягивает внимание ворона. Он вскидывает голову, оглядывается, словно пытается уловить источник. От лагеря в сторону леса уходит неровный, мятый след. Что-то или кого-то волокли. Около следа лежит смартфон Артёма. Он дрожит от вибрации. Входящий вызов. Номер не определён...

***

Дверь в комнату с грохотом распахнулась, и двое эльфийских стражников втащили Артёма внутрь. Помещение оказалось довольно просторным, но не дотягивало до роскоши — недостаточно величественное, чтобы называться покоями. Артём даже немного разочаровался. В его голове рисовались хоромы, если не королевские, то хотя бы с пафосом: балдахины, мрамор, колонны. А тут — типичная однокомнатная хрущёвка, только в фэнтезийной стилистике и без перегородок.

В центре стояла большая деревянная кровать, тяжёлая и мрачная, словно вырезанная из цельного ствола. Сбоку — стол с зеркалом. Стены были увешаны клинками самых разных форм и размеров, трофеями с охоты. В углу томилась белокаменная печь, на полу раскинулся ковёр из шкуры странного животного, словно сошедшего со страниц вымершего бестиария. Прямо напротив кровати — вмонтированные в стену железные кольца. Для приковывания.

Именно к ним сейчас и приковали Артёма, а если быть точным его цепи.

— Не так я себе это представлял… — пробурчал он, разглядывая свои новые аксессуары.

Стражники вышли, оставив его одного. Он сразу проверил прочность цепей. Никакой слабинки. Из небольшого окна лился дневной свет, которого хватало, чтобы рассмотреть стены. Древесина вокруг колец был вся в царапинах, следах от ударов, вкраплениях темнеющей запекшейся крови. Судя по всему, кровь пытались отмыть — отчаянно, не раз. Безуспешно.

— Таак… бесчувственная, высокомерная эльфийка-садистка, — подвёл итог Артём, тяжело вздохнув. — Н-да, не самый радужный сценарий.

Он окинул взглядом помещение, ощущая, как напрягается каждая клетка тела. Ничего, абсолютно ничего доверия не внушало. Она говорила, что он ей нужен... Но для чего? Может быть она обманывала его, чтобы не сопротивлялся? Стены были как будто напитаны чужими криками, страданием и болью, или так только казалось.

Попытался дотянуться до одного из клинков на стене — тщетно. Половицы — крепкие, не вырвать.

Снова рванул цепи, упёрся ногами в стену, изо всех сил напрягся.

— Нуууу жее! — простонал он, стиснув зубы от усилия.

Бес толку.

Артём рухнул вниз, усевшись на пол, как позволяли цепи, и прислонился спиной к холодной стене. В этом положении руки оставались подняты натянутыми цепями — неудобно, больно, но хоть как-то можно было отдышаться.

— И даже не покормили… — пробурчал он себе под нос.

Краем глаза Артём заметил что-то знакомое. Присмотревшись, он понял, что видит нечто анахроничное. На столе эльфийки было не просто зеркальце. На специальной подставке было классическое ручное зеркальце, которое обычно показывали в старых советских мультиках, вот только вместо зеркала, в центр было инкрустировано что-то очень сильно напоминающее современный смартфон. Размеры, скруглённые края, тот же цвет. Однозначно это был смартфон.

— Вот это технологии… — хмыкнул Артём. И в шутку крикнул: — Алиса! Включи музыку!

На экране пронеслась цветная рябь. Роботизированный женский голос, одновременно и знакомый и в то же время какой-то чуждый, ответил:

— Хорошо. Воспроизвожу композицию «Катюша».

Из динамиков полилась старая, надрывно-живая мелодия. Звук — как с плёнки или винила. Первые аккорды ударили Артёму в душу — словно кто-то распахнул дверь воспоминаний. Детский утренник. Девочки в садике, поющие вразнобой. Старый фильм по телевизору. И вечерняя школа, кабинет директора, свет в окне — и тихое, щемящее «расцветали яблони и груши…», словно в горле сопят сотни воспоминаний.

— Воу… какова вероятность… — пробормотал Артём, но не успел завершить мысль: за дверью послышались шаги. Грузные, торопливые.

— Алиса, выключись! — резко крикнул он.

Дверь распахнулась в комнату ворвался стражник, эльф угрюмо осмотрел комнату и грозно глядя на Артёма спросил.

— С кем ты говорил? Что это была за музыка?! — Он дышал тяжело, почти рычал. Больше похоже на страх, чем на злость.

— Какая музыка? — Артём с невинным видом оглядел комнату. Смартфон молчал, экран погас. — Я ничего не слышал.

— А ну, встал! — рявкнул стражник.

Артём неуклюже встал. Цепи звякнули.

— Я знаю эти ваши людские штучки, — буркнул эльф, развернув Артёма лицом к стене и начав обыск. Его короткое копьё с глухим стуком встало у стены. Артём бросил на него взгляд. Дотянуться можно… Но дальше? Руки в цепях. Смысла нет. А вот схлопотать древком под дых — вполне реально. Ещё свежо воспоминание о том, как княжна приложилась в живот.

Не найдя ничего, стражник недовольно фыркнул.

— Только попробуй тут фокусы мутить — я тебя… — он замахнулся.

Артём инстинктивно сжал плечи, опустил голову.

— Что сказала ваша царица? — спросил он, осторожно.

— Кто? — стражник замешкался.

— Ну… княжна. Или кто она у вас теперь.

— Она… дочь князя! — слабо возразил тот.

— Князя вашего, между прочим, орки убили. А сынок его куда-то сгинул. Так что, выходит, она теперь… на троне.

Молчание.

— Так что она сказала? — надавил Артём.

— … чтобы ни волоска не упало, — недовольно пробормотал стражник, и, схватив копьё, направился к двери. На пороге задержался, смерил Артёма тяжелым взглядом. Парень приподнял брови в немом вопросе. Тот скривился, словно что-то проглотил, и хлопнул дверью.