Калгари 88. Том 13 (СИ) - "Arladaar". Страница 5

— Скажите, Владислав Сергеевич, а это обязательная ступень подготовки? — с большим удивлением спросила Ирина Тен.

— Хореографией у нас занимаются все без исключения! — заявил тренер. — Занятия эти очень важные и могут прямо сказываться на оценках спортсменов. При всём при этом занятия трудные, и ничуть не уступают по сложности и трудозатратам занятиям в зале общефизической подготовки. И скажу я вам, намного более неприятные: ребята выворачивают суставы, тянут сухожилия, которые зачастую не хотят гнуться в нужном направлении, в нужное время. Всё это тренируется через упорство, мужество и боль. Причём зачастую намечается тенденция: если фигурист не дорабатывает в хореозале, ленится, бережёт себя, то на хорошие результаты рассчитывать не стоит. Технически элементы будут получаться, но зачастую на невысокие уровни сложности. Если у фигуриста не развёрнут голеностоп, он не сможет с правильных рёбер прыгать лутц и флип, да и катание становится слишком простым, одноножным.

Журналистки стояли и с удивлением смотрели на этих удивительных людей: фигуристок и фигуристов, которые, держась за поручень хореографического станка, делали энергичные махи ногой сначала вверх и вперёд, поднимая ногу до уровня головы, а потом точно такой же мах в сторону, тоже до уровня головы. По лёгкости исполнения этих упражнений казалось, что они не вызывают у фигуристов абсолютно никаких усилий, но так ли это на самом деле? Ирина Тен попробовала исполнить нечто подобное и чуть не потянула коленный сустав. Сложно и доступно не каждому…

…Ледовая тренировка показалась журналисткам ещё более интересной, чем предыдущие, смотрели они её с большим интересом, ведь за тем, как фигуристы мастерски разрезают коньками лёд, можно наблюдать бесконечно…

— Мы сегодня начнём ставить ледовый спектакль для показательных выступлений нашей секции, — предупредил Левковцев. — Поэтому весь акцент будет только на нём. Прыжки если и будем исполнять, то лишь самые простые, перекидные и хореографические: в шпагат и в оленя.

Сначала Владислав Сергеевич, как всегда, дал задание ученикам размяться в обычном стиле в течение 10 минут, в течение которых они это задание выполнили и успели даже прыгнуть пару двойных прыжков. Следом приступил непосредственно к постановке спектакля. На льду с ребятами занималась Виктория, а Левковцев давал общие указания, постоянно консультируясь с Ариной.

В ходе этого увлекательного процесса в очередной раз убедился, что у Хмельницкой есть большой дар не только тренера, но и постановщика программ. Она за очень короткое время буквально на коленке составила достаточно подробный план с таймингом выходов фигуристов на лёд. Осталось только перенести всё это в реальное движение, но в этом-то и была главная сложность!

…Как Арина и ожидала, ребята очень сильно прониклись её постановкой. Занимались с горящими глазами и с большим интересом, часто горячо спорили друг с другом, в том числе и взрослые парни. Сначала даже пробовали возражать против ролей, которые распределила Арина, но в конце концов смирились, вняв голосу разума.

Арина при распределении ролей на спектакль исходила не только из более-менее точных внешних данных, но и, например, каких-то личных качеств. Естественно, спортивная пара, Данил и Наташка были выбраны как раз из-за внешних данных, а ещё из-за того, что они могут показать парный номер с взаимодействием Алисы и Электроника.

Себе Арина взяла не слишком приятный образ Зою Кукушкину из «Электроника», которая была откровенно противным и комическим персонажем, и сейчас перед ней стояла очень сложная задача: попробовать выкатать этот образ, что было вызовом даже для более опытного артиста. В первую очередь, выбрала Кукушкину, потому что она походила внешне: черноволосая, тонкая, высокая. Можно заплести такие же косички, и будет крышесносно!

В программе подразумевались в основном, общие номера, но иногда постановка разбивалась на частично индивидуальные и парные номера, которые должны были показать личные характеры каждого. Вся прелесть предложенной Ариной концепции была в том, что особо сложного ничего катать было не нужно: достаточно использовать простую общедоступную хореографию, чтобы выразить то, что указано в либретто. И вот здесь разгорелись бурные споры: каждый спортсмен считал верной лишь свою точку зрения.

Журналистки с большим удивлением и интересом смотрели на увлечённых своим делом фигуристов. У женщин появилось стойкое ощущение того, что они совсем лишние на этом празднике высокого искусства.

— А что вы сейчас делаете? — спросила Габриэла Рубио у Левковцева, покачавшего головой и с улыбкой отъехавшего к бортику, предоставив ученикам полную свободу действия.

— Мы сейчас обсуждаем содержание спектакля! — объяснил Левковцев. — И самая главная там Люда! Люда, подойди, пожалуйста, на пару минут!

Арина отвлеклась от споров с одногруппниками, подъехала к бортику и затормозила, сыпанув о него льдом.

— Слушаю вас, Владислав Сергеевич, — настороженно сказала Арина.

— Люда, журналисты хотят знать, чем мы занимаемся, — слегка улыбнулся Левковцев. — Объясни, пожалуйста, вкратце. Ты автор идеи, я хочу, чтобы ты рассказала про то, что мы делаем.

— Сейчас у нас идёт подборка музыкального сопровождения и разбивка по номерам, — объяснила Арина. — Двух главных песен мало для показательного спектакля. Я запланировала его длительностью в полчаса, чтобы было что показать и успели выступить все наши участники.

— А что это вы тут делаете без меня? — раздался поблизости писклявый голос.

Никто не обратил внимание, как хлопнула входная дверь, ведущая на каток, а у калитки выхода на лёд меж тем стояла Анька в спортивном костюме, перчатках, шапке с кошачьими ушами и с большим интересом смотрела на всё происходящее, стреляя глазами по сторонам. Будущая маман пришла на тренировку! Похоже, у неё тут было свободное посещение!

— Мы тут показательный номер ставим! — объяснила Арина, внутренне про себя давясь от смеха, и предполагая, что сейчас начнётся бесплатный цирк. — Кстати, признаюсь честно, основная идея этого спектакля принадлежит Ане.

— Вот именно! Главная идея мне принадлежит! А вы без меня тут ставите! Ну такими быт ь! — с обидой сказала Анька и с большим укором посмотрела сначала на Арену, а потом на Левковцева. — Я тоже хочу получить роль в спектакле! А то не буду вам помогать!

— Хорошо, — вздохнув, согласилась Арина. — Ну почему ты вчера это не сказала? Сейчас все основные роли заняты, и ребята, как ты видишь, уже накатывают их.

Арина показала рукой на каток, и там действительно фигуристы, не желавшие зря терять время, раскатывались по льду в разных направлениях, что-то изображая своё.

— У меня есть роль, которой у тебя нету! — заявила Анька. — Я буду девочкой, в которую превращался космический пират Крыс, когда пришёл к бабушке Коли!

И вот здесь Арину прорвало. Тут она уже явно не могла удержаться от смеха и громко расхохоталась, согнувшись пополам и держась за живот. Да так, что фигуристы, раскатывающиеся по льду, с интересом посмотрели на них, гадая, что же тут происходит интересного.

Признаться, Анька и сама не смогла удержаться от смеха и захихикала следом, чем вызвала ответную реакцию журналисток Левковцева и Виктории, стоявших рядом. Они тоже засмеялись!

— Так, Аня, хорошо, — с улыбкой согласился Левковцев и показал на лёд. — Выходи и разминайся, как обычно.

Довольная Анька, сияющая, как медный чайник, сняла чехлы с лезвий, вышла на лёд и довольно шустро покатила вдоль ближнего длинного борта, разминаясь почти также как фигуристы. Арина с удивлением как-то неожиданно заметила, что будущая маман довольно неплохо сейчас катается на коньках! Занятия пошли на пользу! В этом, конечно же, не было ничего удивительного: Аньке было 12 лет, тело лёгкое, мышцы легко двигают его, хорошая координация тоже присутствует, падений дети в таком возрасте, как правило, не боятся, да и проходят они за счёт лёгкости тела почти безболезненно.