Шаг легиона 2 (СИ) - Метельский Николай Александрович. Страница 42

— Хм-м-м… — задумалась девушка, приложив палец к губам. — Хм-м-м… Девятизвёздочный муж? Ещё и не старый урод? А знаешь, звучит интересно.

Резин прикрыл глаза. Она слишком непостоянна. Резин решил, что с этого момента, больше не будет пытаться понять, что в голове у этой девчонки.

Зайдя в дом родового особняка, стоящего в паре кварталов от королевского дворца, Стратус Вир обратился к слуге, который встречал его на пороге:

— Дор вернулся?

— Ещё нет, милорд, — ответил молодой слуга.

— Позови Сора ко мне, — бросил министр финансов.

— Я здесь, пап, — услышал он голос спереди.

Подняв голову, глава рода увидел наследника, стоящего возле лестницы, ведущей на первый этаж в прихожую. Поднявшись по ней, Стратус не останавливаясь направился в свой кабинет.

— Пойдём, — бросил он сыну. — Смотрел трансляцию?

— Да, — ответил Сор, идущий вслед за отцом. — Я правильно понял, что теперь у нас ещё больше проблем?

— Скорее те, что были, стали слабо решаемы, — ответил Стратус. — Репутация Романо сейчас на максимуме, а значит, начнут отваливаться даже те союзники, которые могли бы остаться с нами.

— Есть же те, кто подписал резолюцию, — заметил Сор. — Вряд ли Романо не станет им мстить. Сотня имён, что встанут на нашу сторону.

— Они не нарушили закон, — хмыкнул Стратус.

— Они пошли против Романо, — напомнил Сор.

— Именно для того, чтобы замять данный факт, они и помашут нам рукой, — поджал губы Стратус. — Не все, конечно, но половина точно.

— Даже половина…

— Это мелочь, сын, — прервал его Стратус. — Большинство этих имён — мелочь. Их даже использовать толком нельзя.

— Ты так говоришь, — произнёс Сор осторожно, — будто Стратусам конец.

— Я этого не допущу, — бросил Стратус. — Потери будут, но мы выстоим. Сейчас главное, чтобы Дор ошибок не наделал.

— Да что он может? — дёрнул плечом Сор. — Братишка силён, но и только. А сейчас и его сила выглядит убого.

Остановившись, глава рода повернулся к сыну.

— Он Стратус, — произнёс министр веско. — Из главной семьи. Мой сын. Если Дор совершит глупость, виноват будет весь род.

— Да какую глупость, пап? — нахмурился Сор.

— Не знаю, — вздохнул Стратус, после чего развернулся и продолжил путь по коридорам особняка. — У него слишком большое самомнение и очень много гордости. С этого пацана станется нагрубить Романо, а со стороны всё будет выглядеть так, будто это я его подговорил. Надо бы отправить его куда-нибудь…

— Согласен, — произнёс Сор и добавил: — Главное не к Невиям. Надо организовать его увольнение из легиона.

— Проще сказать, чем сделать, — хмыкнул Стратус. — Легче запихнуть его в ту часть, что сейчас у Романо.

— Там он точно ошибок наделает, — заметил Сор.

— Вот об этом с ним и надо будет поговорить, — ответил Стратус, притормаживая возле дверей своего кабинета, берясь за ручку двери. — Да и ошибки те… терпимы. Если он будет на стороне Романо, то это выведет нас из-под… Из-под очень многих ударов. Пойдём, — зашёл он в кабинет. — Обсудим наши дальнейшие планы. Что там с теми инвестициями в логистику, кстати?

— Идеально, — ответил Сор, заходя в кабинет вслед за отцом. — Думаю, моему отделу положена премия за столь хорошую работу. По нашим прогнозам, Атола получит тысяч двадцать золотых только за один квартал.

— Этот? — повернулся к нему Стратус.

— Нет, что ты, — ответил чуть смущённо Сор. — За следующий. В этом у нас всё ещё потери.

— Тц, — качнул головой Стратус, направившись шкафу с документами. — Такие вещи сразу уточнять надо, а то я уж обрадовался.

— Извини, — кивнул Сор.

— Ладно, присаживайся, — произнёс Стратус, обведя взглядом стопки папок в шкафу. — Задачу выжить физически обсудим чуть позже. Сначала поговорим о том, как нам выжить финансово. И начнём мы с доклада из Дурбавана… Вот он. Попробуем завязать наши деньги на государственные. Держи, читай. С Дурбаваном это будет сделать проще всего.

Взяв папку в руки, Сор посмотрел на отца.

— Ты же сам говорил о том, что такие деньги сложно использовать, — произнёс он удивлённо.

— Говорил, — вздохнул Стратус. — Но сейчас лучше так, чем потерять вообще всё. А нам ведь ещё о вассалах надо думать.

В храм всех богов я хотел отправиться сразу после турнира. Были такие планы. Не получилось. После того как я на весь мир продемонстрировал свой ранг, желающих поговорить было слишком много. И если разговор с атолийцами я мог на другой день перенести, то вот иностранцы, в том числе послы, это не тот контингент, которой стоит игнорировать. Можно, однако, если выбирать между игнором людей, от которых зависит межгосударственная политика, и посещением храма чуть позже, я выбрал политику. Храм и Акария никуда не убегут, а вот возможности могут. Так что остаток дня и первую половину следующего, я общался со смертными, часть которых меня до этого игнорировала. Например, посол Дурбавана. Или посол Исеора. Ну, или посол Изуры, с которым я вообще никогда не виделся, даже до побега из Атолы.

А ведь были ещё иностранные гости турнира. Да своих атолийцев забывать не стоит, раз уж в храм не пошёл. Правда, уже вечером того дня я сидел в своих покоях и думал о том, что в храм я таки сходить мог. Не так уж это и долго… Пришлось признать, что я просто откладывал этот момент. Самое вкусное напоследок, как говорится. И этот момент настал на следующий день после турнира. Плотно пообедав, потопал на выход из дворца, где, раздобыв карету, поехал в Храм всех богов.

Можно было и пешком дойти, но после храма хотел в расположение легиона съездить, а туда топать слишком уж долго.

Путь до храма, а там до зала Акарии, прошёл без приключений. Да и в самом зале с неожиданностями не столкнулся. Всё тот же мрамор, тишина и статуя богини.

— Как тебе? — спросил я, остановившись в трёх метрах от статуи. — Удовлетворена?

— Это было неплохо, — услышал я за спиной, а когда обернулся, увидел ту самую статую.

Резко обернувшись назад, обнаружил пустой трон. На мгновение растерялся, есть такое. Вроде пустяк, с богиней же разговариваю, но такое неожиданное перемещение статуи немного сбило с толку.

— М-м-м… — собрал я мысли в кучку. — Значит, принимаешь дар?

— Куда ж я денусь? — усмехнулась Акария, обойдя меня и остановившись напротив трона. — От таких даров не отказываются.

— То есть, сделка в силе? — спросил я. — Тогда говори. Что там с ведьмами?

— Какой же ты грубый, — поморщилась Акария. А как же поговорить? Станцевать? Выпить вина? Покувыркаться в постели?

— С тобой? — взлетели мои брови.

— Со мной ты сдохнешь, — хмыкнула она. — Но мало ли кандидатур?

По идее, если общаешься с богами, их надо внимательно слушать, запоминать каждое слово, и пытаться искать все смыслы, которые они в эти слова вкладывают. Но я, честно говоря, был на грани того, чтобы плюнуть и начать пропускать слова Акарии сквозь уши. Как с матерью, когда-то. Как с Изтрел частенько. Как с простой человеческой женщиной. Во-первых, сложно понять, что она хочет, а во-вторых — сложно понять, хочет ли она хоть что-то. Может, Акария просто развлекается без всяких задних мыслей. И вообще… Что-то напрягает меня в этом разговоре. Что-то не так.

— Мысль интересная, обдумаю, как время появится, — произнёс я. — А сейчас давай поговорим о том, как мне ведьм в легион привлечь.

— Дела, дела. Дала, не дала, — вздохнула Акария. — Знаешь, в чём твоя главная проблема?

— Я скучный? — попробовал угадать.

— Был бы скучный, я бы с тобой не общалась, — отмахнулась она каменной ладошкой. — Даю ещё попытку.

— Не знаю. Сдаюсь. Так что там с ведьмами?

— Вот ты… — изобразила она обиду. — Ты слишком серьёзный! Хоть бы раз пришёл ко мне просто так. Жахнуть пивка, поговорить о прошлом, сыграть в картишки. Не знаю… Да хотя бы шлюх позвать! Повеселились бы от души… А ты всё о делах.

Шлюх? Сюда? А было бы забавно.