Уберите этого рогатого! (СИ) - Платунова Анна. Страница 19

Я слушала и не могла заставить себя оторваться от портрета. Сомнений быть не могло, на меня смотрел Дейм. Деннис… Мой фамильяр, демон, человек… Мой друг или тот, кого я привыкла считать другом!

— К счастью, до убийства он не докатился. Замерз, возвращаясь в имение после очередной гулянки. Друзья останавливали, ведь в такую погоду — в мороз, в метель — только сумасшедший выйдет на улицу. Но Деннис не привык никого слушать. Его нашли слуги следующим утром в сугробе. Деннису Эверарду Корвину едва исполнился двадцать один год.

Я облизнула пересохшие губы и подняла глаза за Дейма. На его лице застыло совершенно нечитаемое выражение. Руки он засунул в карманы и не смотрел ни на кого вокруг — ни на меня, ни на Беку.

— Когда? — выдохнула я. — Когда он жил?

— Больше трех столетий назад.

«Сама понимаешь, триста лет назад, когда я бывал здесь в последний раз, кофе не продавали на каждом шагу», — всплыл в памяти голос Дейма.

Он помнил снег… Белое, холодное… Это было последнее воспоминание Денниса — человека.

— Не стоит жалеть это создание тьмы, — смягчился папаня Тиррел. — Он получил по заслугам.

— Он мог измениться, — прошептала я. — У него было время подумать над своей жизнью, там, в темноте и в пекле. Разве каждый не заслуживает еще одного шанса?

Бека и ее папаня одновременно рассмеялись.

— Вот ведь ты птичка-наивняк, — бросила Бека. — Стоит снять с него путы заклятия, и он сожрет тебя с потрохами! Давайте уже приступим к перепривязке!

И Бека прошествовала в центр пентаграммы. По-хозяйски подмигнула Дейму.

— Ты ведь будешь хорошим котиком? Моим котиком!

Глава 23

Бека вытащила булавку и занесла ее над указательным пальцем. Я не знаю, что приключилось со мной в эту секунду. Иви-неудачница осталась бы стоять на месте, всхлипывая и кляня несправедливую судьбу, но новая Иви, поверившая в себя Иви, зарычала и бросилась к Беке, которая была выше на голову, и повисла на руке мерзавки.

— Ты что творишь, ненормальная? — взвизгнула Бека, отпихивая меня. — Выйди из пентаграммы!

— Он не твоя игрушка! — орала я. — Он тебе не котик и не слуга! Он человек!

Мы боролись за серебряную булавку не на жизнь, а на смерть, ведь та, чья кровь первой попадет в круг и зажжет линии пентаграммы, и произнесет заклятие. Не знаю, что помогло в итоге — счастливый случай или моя уверенность в собственной правоте, но Бека неудачно — для себя — дернула рукой, выкручиваясь из захвата, и острие впилось мне в палец.

— Ага! — радостно закричала я.

Крошечная алая капля упала на пол и тут же сделалась незаметной на черном мраморе, но это было уже неважно. Из моих ладоней следом за ней ударил поток силы, и сияние побежало по линиям, зажигая руны одну за другой.

— Прочь из пентаграммы, Бека! — приказал папаша Тиррел.

Хотя бы у советника хватило ума, чтобы понять: оставаться внутри активированной пентаграммы постороннему участнику смертельно опасно, но упрямая Бека топнула ногой, из глаз брызнули злые слезы.

— Ну па-а-ап! — заныла она. — Это мой Дейм. Мой! Я хочу оставить его себе!

— Студентка Тиррел, выходи немедленно, — отчеканил ректор. — Или ты поджаришься!

Эти слова не были пустой угрозой. Я испугалась за непрошибаемую в своей тупоголовости Беку и со всей силы толкнула ее в спину, за пределы пентаграммы, прямиком в объятия старшего Тиррела.

— Мы тебе другого демона вызовем, — засюсюкал советник с Бекой, как с маленькой. — Самого сильного! Самого лучшего!

Непробиваемая семейка!

— Студентка Ивейн, повторяйте за мной заклинание отвязки, — обратился ко мне мейстер Тиерс.

Заклинание отвязки… Вот и все? Сейчас мы с Деймом расстанемся навсегда?

Я стояла в сердце пентаграммы, линии и руны горели ярким светом, разгоняющим тьму. Магии я вложила немало, похоже, снова выплеснула всю до самого донышка. Ее точно хватит, чтобы разорвать связь с демоном и отправить его в Бездну.

— Именем твоим назову тебя, — продекламировал ректор, четко проговаривая каждое слово. — Цепь разомкну, отпуская. Иди… здесь произнеси имя… туда, откуда пришел. Бездна зовет — возвращайся.

Я сжала кулаки и сквозь полумрак посмотрела на Дейма. На его лице все еще сохранялось то самое нечитаемое, отчужденное выражение. О чем он думает сейчас? Что чувствует?

— Ну же, студентка Ивейн, времени немного, скоро пентаграмма начнет затухать!

В сказке, где влюбленная девушка поручилась за демона, не было заклинаний. Неизвестно, что именно она сказала, какие подобрала слова. К тому же я понятия не имела, достаточно ли я чиста душой, чтобы к моей просьбе прислушались. Да и финал истории не давал мне покоя. Коварный демон обманул бедняжку, но ведь Дейм не такой?

У меня оставалась пара секунд, чтобы принять решение. В голове сами собой возникли слова песни местной фолк-группы, и, за неимением лучшего варианта, я остановилась на них.

Я сама до конца не понимала, что творю и не пожалею ли впоследствии, но я не могла, просто не могла хотя бы не попытаться его спасти!

— Огненным жаром я в сердце войду твое… — прошептала я.

— Студентка Ивейн, что вы творите? — прогрохотал голос ректора. — Немедленно замолчите!

Но звуки песни только окрепли, как и моя смелость.

— Смерть не сумеет моей помешать любви. Кровью на пламени, льдом на ладони сплету заклинанье свое: светом и тьмой заклинаю тебя живи! Песней забытой скользну по твоим губам, сила моя растворится в твоей крови. Руны сплетутся в узор, и сквозь ночь прогремят над землею слова[1]…

Я сделала короткий вздох, набирая воздуха, как перед прыжком с обрыва. Сейчас или никогда!

— Светом и тьмой заклинаю тебя, Деннис Эверард Корвин, живи!

Линии и руны вспыхнули ярко, как костры в беспроглядной ночи. Волна алого жара покатилась по полу, не причиняя вреда людям, но я отчего-то не сомневалась, что она без остатка поглотит создание Бездны, едва дотянется до ног Дейма.

— Пожалуйста, — прошептала я. — Пожалуйста! Умоляю! Дайте ему еще один шанс!

Катящееся по полу пламя поползло медленней, а потом постепенно начало отступать, так и не дотронувшись до Дейма. Оно втянулось в линии пентаграммы, исчезая без следа, пентаграмма еще несколько мгновений слабо светилась, а потом погасла.

— Дейм?.. — позвала я.

Теперь, когда темноту разгоняло лишь неяркое сияние магических светильников на стенах, я видела только силуэт. Прямой и напряженный, Дейм так и не произнес ни слова. Два вихра по бокам его макушки расправились.

Он отступил на шаг. Еще на шаг. Будто прислушивался к ощущениям. А потом Дейм развернулся и стремительно вышел, не обратив внимания на мои протянутые вслед ему руки.

— Дейм… О нет…

— Какая ты балбесина, Иви, — процедила Бека. — Это надо было — выпустить на волю демона! Он же сейчас полгорода разнесет!

— Ну полгорода он не разнесет, — пробормотал старший Тиррел, утирая пот со лба. — У него теперь сил как у обычного мага, но…

— Возвращайтесь на занятия, — бросил ректор. — Я не дам ему далеко уйти. Я разберусь.

_________________________________

[1] В качестве заклинания использованы слова песни «Заклинаю» группы «Аркаим».

Глава 24

Лекции и семинары я провела как в тумане, слушала и не запоминала, писала в тетради конспект, но не понимала, что пишу. Однокурсники спрашивали, где Дейм — они привыкли, что мы неразлучны, я честно отвечала, что не знаю. Без Дейма я чувствовала себя так, будто лишилась важной части тела. Или души…

— Эй, Веснушка!

Я дернулась, оглянулась и увидела улыбающегося Пирса. С легкой руки Дейма я для всех стала Веснушкой, зато мое прежнее прозвище Иви-неудачница осталось в прошлом.

Пирс приблизился и дружески потрепал меня по плечу.

— Ты что как в воду опущенная! Парням надо давать свободу, вернется твой Дейм, куда он денется. Он же не твоя комнатная собачонка, чтобы всюду ходить за тобой.