К тебе на полной скорости - Шибитова Анна. Страница 11

– Ничего, – отмахнулась она, отдышавшись. – Просто лёгкие решили напомнить, что они у меня есть.

Я присела на стул рядом.

– Ты сегодня совсем бледная.

– Я здесь как королева в изгнании. Кормят плохо, спать мешают, покоя не дают.

Я фыркнула и взяла её за руку, чувствуя холодные пальцы.

– То есть стабильно.

– Именно. Как у тебя дела? Как в ресторане?

Я немного замялась, решив не говорить ей о смене работы в ресторане на дом Нолана.

– Немного увеличились смены, но в целом без изменений.

Мама склонила голову.

– Ника, ты себя совсем не бережёшь.

– Я уже привыкла, – отмахнулась, надеясь перевести тему. – Вечером встречаемся с друзьями, вот там и развеюсь.

Мама снова кашлянула, приложив ладонь к груди. Я подождала, пока приступ пройдёт, и налила ей воды из стакана. Она сделала глоток и посмотрела на меня подозрительно.

– С какими именно друзьями? – уточнила она.

– Мам...

– Ника...

Я вздохнула и улыбнулась.

– Просто погуляем по центру.

– На мотоциклах? – прищурилась она.

Я развела руками.

– Почему ты сразу думаешь самое худшее? Мы просто увидимся. Никто не собирается устраивать гонки.

– Обещай. – Она ткнула в меня пальцем.

– Обещаю. Без гонок.

Мама немного расслабилась и кивнула, явно не поверив до конца.

Я просидела в палате с ней почти до самого вечера. Обсудили больничные сплетни и ресторанные новости. После я засобиралась в гараж, и поцеловав её в щёку, вышла из больницы.

Стоя на ступенях, я взглянула на небо. Ни единой тучи, дороги окончательно подсохли после недавнего дождя. Воздух стоял сухой, и в нём витало обещание свободных проспектов, от чего внутри поднялось предвкушение.

***

Добравшись до гаража, я вышла из машины и открыла роллетные ворота. Внутри находился только мой мотоцикл. Сменила джинсы на защитные брюки, свитшот на водолазку, поверх надела чёрную кожаную куртку, застегнула молнию и затянула ремни на байкерских сапогах. Подошла к маленькому зеркалу и взглянула на себя.

– Сегодня кататься будет не Ведьма, – улыбнулась сама себе, – а просто Ника.

Я выкатила R1 и, закрыв ворота, перекинула ногу через седло. Завела двигатель и надела шлем. Выехала из гаражного кооператива, направляясь на точку сбора.

Центр Москвы всегда выглядел ярким, красивым и шумным, особенно по вечерам. Возле кафе находилась плотная толпа: байкеры, спорткары и смех. Доносились песни уличных музыкантов, по тротуарам прогуливались туристы, вокруг звучала русская речь, смешанная с иностранной.

Я припарковалась возле байка Севы и, сняв шлем, разглядела Марину. Она сидела за уличным столиком, в светлой расстёгнутой куртке, не скрывая округлившийся живот. Светлые волосы собраны в низкий хвост, несколько прядей выбились, а голубые глаза блестели в свете витрин.

Когда-то Марина гоняла так, что даже Севу обошла на одной из ночных трасс. После этого он ходил три дня оскорблённый, потом нашёл её и потребовал реванш. Затем случались просто заезды по городу вдвоём, и вскоре они начали встречаться, после быстро поженились.

Подруга заметила меня и расплылась в улыбке.

– Ну наконец-то!

– Как ты? – Я обняла её осторожно.

– Тяжёлая, голодная и красивая.

Я хмыкнула и оглядела Марину.

– Не тошнит?

– Уже меньше.

– Спина?

– Ноет.

– Спишь?

– Ника, я беременна, а не умираю, – рассмеялась Марина. – Всё нормально.

К нам подошёл Сева с пакетом из кафе и двумя большими стаканами.

– Как предвидел, что ты вот-вот подкатишь, – он обратился ко мне. – Взял вам бургеры и газировку.

Он вручил Марине пакет с таким видом, будто выдавал государственную награду, а мне протянул стаканчики. Я устроилась рядом с подругой. Вокруг гудели моторы, пара ребят курили в стороне, сидя на спорткарах, мимо проходили люди, снимали их на телефоны.

Марина откусила кусок бургера и невольно повернула голову на звук ревущего двигателя. По проспекту быстро прокатил ярко-красный мотоцикл, и я заметила, как её взгляд изменился, став внимательнее.

– Скучаешь? – спросила я.

Она робко усмехнулась, не отрывая глаз от дороги.

– Немного, но это пройдёт.

– Нет, не пройдёт, – вмешался Сева. – Просто пока откладывается.

Марина пихнула его локтем в бок.

– Не подслушивай.

– Я твой муж. Это буквально моя работа.

Рядом засуетились парни. Застёгивали шлемы, усаживались на байки.

– Решили прокатиться по кольцу, – пояснил Сева. – Дальше в сторону набережной. Ника, ты с нами?

Я посмотрела на Марину. Оставлять подругу одной не хотелось.

– Подожду вас здесь, – отмахнулась она, будто прочитав мои мысли. – У меня есть еда, газировка и армия знакомых. Ник, поезжай.

Я кивнула и, выйдя из-за столика, подошла к своему мотоциклу. Надела шлем и устроилась в седле.

Через несколько минут колонна ожила. Низкие, блестящие и громкие спорткары выворачивали с парковки один за другим. Мы выехали на широкий проспект, и Москва открылась впереди длинной светящейся лентой.

Ночной воздух бил в шлем, город отражался в визоре огнями. Один из парней впереди поднял байк на заднее колесо, сорвав одобрительный рев у остальных. Машины вокруг расступались, сигналили, снимали нас на мобильные через открытые окна.

Я держала свою полосу ровно, не лезла в кашу перестроений, наслаждаясь дорогой. Мотор отзывался без задержки, байк послушно держался. Сева катился позади меня.

Внезапно тёмный внедорожник начал смещаться в мою сторону, без поворотника, и поняла, что водитель меня не видит.

– Твою ж… – выругалась я, моментально уводя мотоцикл правее.

Фары автомобиля оказались слишком близко, но неожиданно между нами влетел Сева. Вскинул руку и злобно жестикулировал водителю. Тот мигом выровнял машину на соседнюю полосу.

Я посмотрела на Севу и коротко кивнула. Он ответил тем же и показал на дорогу. Мы снова набрали ход. Москва неслась мимо огнями витрин, подсвеченными фасадами. Потом заехали в туннель. Звук двигателей ударил в бетонные стены, став глубоким и плотным.

Я не сдержалась, душа просила скорости, и прибавила газу. R1 послушно рванула, мотор запел выше, ровнее. Поймала нужный момент, подтянула руль и подняла байк на заднее колесо. Мир вытянулся в одну яркую линию. Затем мягко опустила переднее колесо и полетела дальше.

Сегодня мне нужно было именно это: свобода от мыслей о завтрашнем дне. Сейчас впереди маячила только дорога, а не дом Нолана Буше. Можно не оглядываться и не беспокоиться, что он может узнать о том, что я с мотоциклом давно на «ты».

Глава 8

Нолан

В ангаре «МотоЭра» стоял привычный запах горячего металла, масла и резины. Я остановился перед мотоциклом, закреплённым на подкатах. Чёрный и низкий, как хищник. На обтекателях – ни пылинки, ни царапины, только глянцевый блеск и серебряный логотип компании.

– Ну? – Раздался за спиной голос Марека. – Что скажешь?

Я не обернулся. Медленно обошёл байк кругом, скользя взглядом по каждой детали: по передней вилке и тормозным суппортам, по швам на сликах и по чистой цепи.

– Скажу, что их инженеры любят производить впечатление, – ответил ему.

Марек усмехнулся. Он, как всегда, выглядел деловито, будто приехал не в технический ангар, а на встречу с инвесторами.

– Не «их», Нолан. А почти «наши».

Я присел у переднего колеса и провёл пальцами по карбоновому крылу. С виду невесомый, но на ощупь жёсткий и прочный. За сборкой мотоцикла всегда скрывались деньги, часы расчётов, чужие нервы. А если что-то пойдёт не так – мои кости.

– Ты смотришь на него так, будто хочешь либо поцеловать, либо придушить, – отметил Марек.

– Я ещё не решил.

Он хмыкнул.

Поднявшись, я перекинул ногу через седло, чтобы проверить посадку. Руль оказался чуть уже, а бак – плотнее под коленями. Подножки посажены выше, настроенные под позднее торможение и резкий выход из поворота. Я немного качнул мотоцикл под собой, прислушиваясь к раме.