Сорок третий 5 (СИ) - Земляной Андрей Борисович. Страница 13

Под свадебный пир отвели пять больших залов, и десяток помельче.

В первом новобрачные принимали поздравления, во втором играли музыканты и уже готовились к танцам, в третьем стояли длинные столы с блюдами из разных земель — дивная океанская рыба весом по полсотни килограмм в пряных листьях, жареная птица с южными плодами, тонкие пироги, холодное мясо, сладкие вина, солго, фруктовые воды, блюда из Кунара, Таргор и даже несколько шардальских деликатесов, явно добавленных ради особых гостей, и так далее и без счёту. Герцог отдавал единственную дочь, и не экономил.

А гости не просто особые. Все герцоги, два десятка маркизов и маркиз, и без счёта высшего офицерства и чиновников. А ближе к вечеру во дворце вдруг стало тише, хотя музыканты вроде бы продолжали играть но тишина прокатилась волной, заставляя замирать разговоры, весёлый смех и злобный шёпот. Люди поворачивали головы к главному входу, слуги выпрямлялись, офицеры на службе незаметно перестраивали охранный порядок, а приглашённые выпрямлялись во фрунт, успевая поправить даже самые незначительные огрехи на форме.

Прибыл король Логрис Девятый.

Король Шардала вошёл без пышной свиты, почти по-домашнему, но так, что отсутствие лишних людей, само по себе стало демонстрацией. С ним вошли несколько приближённых, телохранители, глава министерства Безопасности и совсем молодая девушка, которую Ардор раньше видел только на портретах и в донесениях.

Дочь Логриса — принцесса Эльга.

Она оказалась не той фарфоровой красавицей, каких любят рисовать придворные художники, старательно убирая характер из лица. Эльга была высокой, светловолосой девицей с красивым живым лицом, прямой осанкой и глазами отца — внимательными, холодными, мгновенно оценивающими людей. В её платье не было ничего кричащего, но ткань, камни в украшениях и серебряный пояс — амулет стоили точно не меньше, большого особняка в столице.

Логрис поздравил молодых лично.

Слова звучали выверено и веско. Уважение к дому Зальтов, признание заслуг Ардора, радость по поводу союза, пожелание крепкого дома и будущих детей. Он говорил, как властитель, умеющий каждую фразу превращать в чеканную форму, но, пожимая руку Ардору, задержал пальцы чуть дольше и тихо сказал только для него:

— Бог Войны не ставит знак без явного благоволения.

— Я ценю это, Ваше Величество.

— И не расслабляйтесь.

— Не умею.

Логрис чуть усмехнулся.

— Поэтому вы мне и нравитесь.

После этого король отошёл к главе рода вон Зальту, и зал снова задышал, хотя уже иначе. Присутствие монарха на свадьбе делало праздник не просто семейным. Каждый разговор теперь приобрёл новый слой, каждый поклон — политический оттенок и каждая улыбка могла завтра стать предметом обсуждения в трёх канцеляриях, и бессчётном количестве салонов и гостиных.

Ардор успел выдержать два десятка поздравлений, один танец с Альдой, один с Лиарой, несколько тостов, разговор с представителями Корпуса, короткую но напряжённую беседу с послом Балларии и почти болезненно вежливое столкновение с дамой, которая пыталась выяснить, как именно следует обращаться к Лиаре после полного оформления титулов.

— Голубушка, а как же вас теперь именовать? По мужу вы маркиза но по указу короля простая дворянка?

Лиара даже улыбнулась.

— Ну если вас не пугает измена третьей степени за нарушение рескрипта Ангольда второго «О поименовании дворян и дворянок», то можете, как угодно.

К уху Лиары едва заметно склонилась Гарла, шепнув так, как умела только она — направленным звуком только для уха того, к кому обращалась и почти не шевеля губами.

— Баронесса Тальви, урождённая Асталь. Её дед получил титул за поставки продовольствия в военное время.

— Вашему деду, баронесса, было бы неприятно такое услышать. Он-то в отличие от многих понимал цену честному имени.

Полыхая ненавистью дама ушла не заметив, и не поняв, что уже внесена в список врагов и не маркизы Лиары Таргор-Увир, а всего молодого дома Таргор-Увир.

Но Альда это заметила и одобрила одним взглядом.

К ночи, когда первая волна торжественной суеты начала сменяться более свободным движением гостей, принцесса Эльга подошла к ним сама.

Она выбрала момент, когда молодые отошли на боковую террасу, где шум музыки становился едва слышен, а влажный Марсанский воздух пах ночными цветами и водой. Ардор стоял у каменной балюстрады между Альдой и Лиарой, впервые за несколько часов имея возможность не улыбаться каждому проходящему. Именно тогда Эльга появилась у входа на террасу, отослала сопровождающую фрейлину лёгким движением пальцев и подошла одна, а сопровождавшая её охрана молча встала рядом с охранниками Дома Зальт.

Это само по себе уже стало заявлением, потому как принцессы не подходят в тишине и в одиночестве по пустяковым поводам.

— Господин маркиз, маркизы, — произнесла она, чуть подняв подбородок.

Голос у неё оказался ниже, чем ожидалось. Спокойный, без девичьей мягкости.

Альда ответила первой, безупречно ровно.

— Ваше Высочество, и склонила голову в поклоне. Лиара поклонилась на мгновение позже, но правильно. Уроки госпожи Тарины не пропали зря.

Эльга посмотрела на неё особенно внимательно. Не свысока. Скорее с любопытством человека, которому давно рассказали одну версию, а он пришёл проверить, насколько она лжива.

— Поздравляю вас. Таинство было редкой красоты.

— Надеюсь, в хорошем смысле, — сказал Ардор.

— В самом сильном.

Она повернулась к нему. Где-то в зале вспыхивали огни, смеялись гости, звучали струнные. Но вокруг их маленького круга будто возникло отдельное пространство, где слова сразу становились весомее.

Эльга не стала тянуть, сразу перейдя к делу.

— Я хочу просить вас об одной услуге. Точнее о месте.

Ардор молчал, жёны тоже, и только Лиара чуть насторожилась, но не отвела взгляда.

Принцесса Шардала произнесла спокойно, почти официально:

— Оставьте место третьей жены для меня.

На террасе стало так тихо что слышно, как внизу, под дворцом, вода шумит о каменные стены канала.

Ардор ответил не сразу и не потому, что растерялся. Скорее потому, что слишком много вариантов ответа пришлось отбросить как непригодные для разговора с дочерью короля Логриса на свадебном празднике во дворце Зальтов.

Альда осталась неподвижной. Только пальцы её на веере чуть сжались.

Лиара побледнела совсем немного. После всего пережитого она уже умела не показывать удар слишком явно, но Ардор всё равно увидел. Она только сегодня стала женой перед богами. И вот уже в тот же вечер другая женщина — принцесса, кровь правящего дома, политическая фигура огромной силы — просила оставить место рядом.

Эльга заметила всё.

И, к её чести, не стала делать вид, что не понимает, какую боль может причинить сама просьба.

— Я не прошу ответа сегодня, — сказала она. — Но мой отец не будет жить вечно. Шардал меняется. Союзы, сегодня казавшиеся невозможными, через год могут стать единственным способом избежать войны или выиграть её. Я предпочитаю сказать это сама, а не ждать, пока мужчины в кабинетах начнут переставлять меня как фигурку на игровой доске в трак.

Ардор посмотрел на Альду. Затем на Лиару.

Он не собирался отвечать за них. Не после сегодняшнего таинства. Не после клятв, где их воля была названа рядом с его. И Эльга, похоже, именно этого ждала: не согласия Ардора, а демонстрации того, как в их доме принимаются решения.

Альда заговорила первой.

— Ваше Высочество, вы понимаете, что просите не место в договоре, а место в семье?

— Да, знаю.

— Тогда почему сейчас?

Эльга впервые отвела взгляд к тёмной воде за балюстрадой.

Когда она снова посмотрела на них, в её лице стало меньше принцессы и больше женщины, слишком рано узнавшей, что рождение у трона не делает человека счастливым.

— Потому что сегодня я увидела не только союз родов. Я увидела дом, где вторая жена стоит не ниже первой. Где женщина без древней крови входит в храм не украшением, а равной. Где мужчина получает благословение Войны и при этом смотрит на жён не как на добычу или тыл, а как на тех, перед кем он сам обязан держать ответ. В моём мире такое ещё не встречалось.