Вик Разрушитель 12 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович. Страница 10

— Я вынужден заявить господину Зюзину о вашем решении, — Матвеев проглотил комок, вставший в горле. — Это безрассудство, авантюра и просто мальчишество, извините за прямоту, Андрей Георгиевич.

— Вы имеете полное право высказать своё мнение, Кондрат Васильевич, — кивнул я. — И нисколько не возражаю, если донесёте мою позицию Ивану Никитичу.

— Я так и сделаю, — поднялся на ноги куратор. — Вы, конечно, можете рисковать своей головой, но подумайте о тех, кто вдруг захочет присоединиться к вам. Те же молодые люди из вашей свиты…

— Они вернутся в Россию вместе со всеми. Обещаю с ними поговорить, если вдруг у кого-то возникнет непреодолимое желание поддаться искушению нарушить приказ императора.

Матвеев ничего не сказал, молча кивнул на прощание и вышел из апартаментов так стремительно, что Влад едва успел распахнуть перед ним дверь. Куан закрыл альбом и погладил глянцевую обложку.

— Неожиданное решение, господин, — сказал он. — Вы уверены, что поступаете правильно?

— При вероятном нападении на поезд пострадают пассажиры, — пояснил я свою позицию. — И пострадают из-за нас. Русская делегация — лакомый кусочек для сепаратистов и диверсантов. Удар будет нанесён именно по нам. Так почему я должен трусливо убегать на военном корабле?

— Защиту обеспечивает клан Булгаковых, — заметил Куан. — Это обязанность их боевого крыла. Ваша стремление к справедливости похвально, но смертельно опасно. Боюсь, ни император, ни ваш отец не поймут такого порыва. Аргумент в пользу путешествия на «Скандинавском экспрессе» довольно слаб.

— Согласен с этим, — не споря с Хитрым Лисом, я покинул кресло и стал расхаживать по гостиной. — Дурацкая идея, безрассудство и глупость. Как и положено вести себя молодому человеку. Однако же давайте рассуждать. У меня в арсенале — антимагия и ментальные техники, которыми я научился пользоваться в той мере, которая позволит мне защититься от не только от вражеских чародеев, но и от огнестрельного оружия. Есть бронекостюм. Хочется проверить его в настоящем бою, да только он в разобранном состоянии. Значит, остаётся Дар. В своих силах я уверен.

— Аргумент получше, — улыбнулся Куан. — Но этого недостаточно.

— А вдруг нам удастся помочь Харальду в уничтожении диверсионной группы? — я вытянул руку с ополовиненной чашкой чая, обращаясь к наставнику. — Возможен ли такой вариант, что целью может стать Великая княжна или даже я? Не просто же так король Скандии обеспечил плотную охрану экспресса. Значит, имел какую-то информацию.

Я благоразумно не стал упоминать об обнаружении «жучков» во дворце. Такие вещи телохранителям знать не положено.

— Я поддерживаю решение Андрея Георгиевича, — решительно сказал Игорь.

— Ты-то куда лезешь? — усмехнулся Влад. — Сейчас такая волна на высшем уровне поднимется, что нашего хозяина насильно заставят на базу перекочевать.

— Посмотрим, — я взглянул из окна на королевский дворец и поморщился. Опять защиту поставили, всё перед глазами плывёт. Точно, важный приём идёт. С кем, интересно, Харальд сегодня встречается? Не с теми ли, чьи представители находились в королевской ложе на стадионе? Недаром военных атташе приглашали.

Я допил чай и поставил чашку на столик.

— Пойду, посплю пару часиков, — объявил я своё решение Куану.

Наставник поглядел на меня с хитрым прищуром, как будто сомневался, что мне удастся даже вздремнуть. И ведь оказался прав! Я даже не успел погрузиться в сладкую дрёму, когда любые мысли полностью вытесняются желанием отключиться от действительности, когда раздался деликатный стук в дверь моей спальни.

— Ну что ещё? — сердито буркнул я.

— Андрей Георгиевич, господин Матвеев убедительно просит срочно встретиться с вами, — доложил Влад.

— Прямо-таки срочно?

— Да. Он здесь, ожидает…

— Ладно, сейчас выйду, — догадываясь, о чём пойдёт речь, я спустил ноги на прикроватный коврик, сунул их в тапочки и пошлёпал в гостиную.

— Андрей Георгиевич, я озвучил ваше мнение Ивану Никитичу, — куратор, будто заведённый, расхаживал мимо камина, делая несколько шагов в одну сторону, а потом возвращаясь обратно. — Он связался напрямую с Его Величеством. Собирайтесь, нам нужно в посольство. Вас ожидает разговор с государем. Я не хочу быть ответственным за ваше безрассудное желание.

— Нет проблем, — я пожал плечами. — Дайте мне двадцать минут. Куан, предложи Кондрату Васильевичу что-нибудь выпить, пока я переодеваюсь.

К подобному варианту я был готов, поэтому спокойно воспринял излишне нервную речь Матвеева. С куратором всё понятно: он отвечает за делегацию головой во время поездки, поэтому и побежал сразу докладывать Зюзину о моём демарше. Посол тоже сообразил, чем грозит всему дипкорпусу выходка одного княжича. Правда, я думал, что меня будет убеждать цесаревич… Ладно, и с императором поговорю.

Надев выходной костюм, постоял возле зеркала. Оценил свой вид, лёгким движением поправил лацканы пиджака. В отражении блеснули перстни на пальцах. Подмигнув самому себе, я вышел в гостиную.

— Андрей Георгиевич, машина ждёт нас возле входа, — Матвеев поставил на столик пустую чашку, и мы вместе вышли в коридор. На мягком диванчике под развесистым зелёным кустом, названия которого я не знал, сидели Вероника и Мишка Кочубей. Они о чём-то оживлённо разговаривали, но заметив меня при полном параде, насторожились.

— Господа, меня вызывают в посольство, — я остановился перед ребятами. — Ничего страшного, просто возникли какие-то вопросы. Требуется личное присутствие. Вероника Владимировна, передайте Арине Васильевне, когда она вернётся, чтобы не волновалась.

— Обязательно, — уголки губ княжны Елецкой дёрнулись в улыбке.

Мишка поднёс к уху руку с узнаваемым жестом «позвони, как только освободишься».

— Андрей Георгиевич, время, — поторопил меня Матвеев.

На улице нас ждал посольский «Сааб» с водителем. Охраны не было, но как только машина неторопливо покатилась по дороге, нас обогнал чёрный внедорожник, помигал габаритными огнями.

— Хирдманы, — пояснил водитель. — Меня предупредили, что будет сопровождение.

А имперский флажок-то с машины снят! Сразу видно: не дипломаты едут!

Домчались быстро, по набережной, никуда не сворачивая. Старый город с Королевским дворцом остался по левую сторону. А мы вскоре подъезжали к комплексу зданий, состоявших из основного пятиэтажного, и с «консульской» секцией, возле которой расположилась парковка для автомобилей. На крышах зданий торчали вышки связи. Красно-белые, с «обычной» аппаратурой, предназначались для мобильной связи, не задействующей магические компоненты. Жёлто-зелёные — для телефонов с магической платой.

Симпатичный парк с теннисным кортом, дорожками для прогулки и беседками находился за зданием консульства, но сейчас был практически пуст за исключением пары-тройки человек, сидящих на скамеечках под весенним солнцем.

Внедорожник свернул на парковку, а мы подъехали прямо к зданию. Нас встретил импозантный мужчина в строгом чёрном костюме. Убедившись, что приехали именно те люди, которых здесь ждут, он повёл нас через огромный вестибюль первого этажа к лифту. По нему мы поднялись ещё выше, на четвёртый этаж.

Снующие по коридору работники посольства не обращали на нас внимания, и мы спокойно добрались кабинета с табличкой «Костромской А. В». Сопровождающий коротко бросил нам «ждите» и скрылся за дверью.

— Кто такой? — полюбопытствовал я.

— Один из советников посольства Российский Империи в Скандии, — отчеканил Матвеев, заметно подобравшись. — Руководит группой, занимающейся изучением внешней политики страны пребывания.

— Вы с ним знакомы?

— Пару раз встречались в Зарядье на пресс-конференциях. Вряд ли он меня запомнил…

В это время дверь открылась, сопровождающий вышел в коридор.

— Аркадий Викторович ждёт, — сказал он и посторонился, пропуская нас в кабинет.

— Странно, почему именно здесь, а не в комнате спецсвязи, — пробормотал я себе под нос.