Красный зайчик (ЛП) - Риверс Девин. Страница 21

— Расслабься, — пробормотал он.

Его хватка усилилась, и он начал двигать моими бедрами, медленно скользя своим членом внутрь меня и обратно. Его большие пальцы задели ту самую точку на бедренной кости, которую нашел Грэм, и я дернулась навстречу Крэйвену, когда дрожь пробежала по моему позвоночнику.

Он замер, а затем сделал это снова.

Он проводил легкими, как перышко, касаниями по обеим сторонам, пока не нашел именно ту самую точку, и я сжалась вокруг него, издав звук удовольствия и прижавшись к нему, снова дрожа. Мои руки метнулись к его рукам, и я вцепилась в его запястья, пытаясь остановить жар, пронзающий мое тело от его прикосновений. Эта чертова точка буквально била током, и я была бессильна перед этим. Видимо, не имело значения, кто прикасался ко мне там. Я делала глубокие вдохи, пытаясь бороться с возбуждением, но это лишь заставляло меня чувствовать себя окутанной его опьяняющим запахом. Он встретился со мной взглядом, и снова его глаза выглядели абсолютно смертоносными.

— Ты уверена, что хочешь это сделать? — медленно произнес он. — Я могу легко сделать так, чтобы этой точке стало больно. — Его голос был ледяным, а серые стальные глаза были готовы разрезать меня на куски.

Его большие пальцы сильнее впились мне в бедра, угроза была очевидной, и я отпустила его запястья, скользнув руками вверх к его предплечьям. Он позволил это, и его хватка ослабла, прежде чем он снова начал выписывать круги, внимательно наблюдая за мной. С каждым движением его большого пальца я сжималась вокруг него и содрогалась, пока не почувствовала, что больше не могу этого выносить: каждая клеточка моего тела гудела, как оголенный провод.

И опять же, почему он, черт возьми, должен так хорошо пахнуть?

— Прикоснись к себе, — сказал он.

Его глаза были полуприкрыты, и я чувствовала, насколько он возбужден, наблюдая за тем, как я извиваюсь от удовольствия на его коленях. Моя рука скользнула к клитору, и я тут же почувствовала, как на меня обрушивается стыд, когда я обнаружила, насколько я мокрая. Мои пальцы дрожали, когда я сделала пару круговых движений, но мозг твердил мне, что я не должна — я не давала на это согласия — это неправильно. Мое лицо вспыхнуло, и я почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Я остановилась. Он подался вперед и медленно слизал слезу с моей щеки.

— Помни, что я говорил о послушании, — прошептал он. Он отстранился и посмотрел на меня, затем его рука схватила мою и поднесла к его губам. Он сунул мои пальцы себе в рот, слизал с них мое возбуждение и довольно заурчал.

Блядь, ладно, это было горячо.

Он вернул мою руку на клитор и направил меня, чтобы я снова начала ласкать себя медленными круговыми движениями. Как только я втянулась, он убрал руку и снова начал двигать моими бедрами, скользя в меня и из меня. Жар пронзил меня, и я поняла, что уже нахожусь на самом краю, балансируя, пытаясь не сорваться, но экстаз разрядки манил меня, дразня. Я жалобно заскулила от этой пытки: мой разум сопротивлялся, но тело оживало от ощущений.

Он почувствовал мои колебания — этот чертов мужчина замечал всё — и его голова опустилась; он взял мой сосок в рот, пососал его, а затем нежно прикусил, перекатывая между зубами. Я ахнула, и это стало последней каплей — я сорвалась и закричала; мой разум отключился, и я погналась за кайфом своего оргазма; мои движения стали безудержными, и я брала от него всё, что мне было нужно. Я сжалась вокруг него и двигала бедрами, чтобы максимизировать свое удовольствие.

Я спустилась с небес на землю, задыхаясь, когда остаточная дрожь бросила меня ему на грудь. Его руки все еще лежали на моих бедрах, но он не мешал мне брать то, что мне было нужно. Я тут же отстранилась и попыталась слезть с него, но он смотрел на меня с удовлетворением и таким голодным взглядом, словно никак не мог насытиться.

— Встань на колени, дорогая, — тихо приказал он.

Я встала и попыталась одарить его презрительным взглядом, но не уверена, что у меня это получилось сквозь туман оргазма. Тем не менее, я не колебалась и медленно опустилась между его ног. Его глаза ни на секунду не отрывались от моих, но губы растянулись в смертоносной ухмылке, словно он хотел, чтобы я бросила ему вызов, и находил это невероятно сексуальным, когда я это делала. Его руки зарылись в мои волосы, а затем сжались и притянули мой рот к его члену. Он дернул мой подбородок вверх, заставляя посмотреть на него, и его взгляд впился в мой.

— Только подумай сделать что-нибудь скверное, и я выбью тебе все эти красивые зубки, — злобно прорычал он. — Поняла?

Я нахмурилась, и его глаза опасно сузились, но я дернула головой, кивнув настолько, насколько могла в его хватке. Я ни на секунду не сомневалась, что он выполнит свое обещание. Он снова опустил мою голову, и мои губы прижались к его члену. Он был покрыт моей спермой, и, взяв его в рот, я почувствовала на нем свой собственный вкус. Он дал мне привыкнуть, а затем медленно протолкнул себя внутрь, пока не уперся в заднюю стенку моего горла. Он продолжал давить, пока не прошел дальше, и застонал, когда обнаружил, что у меня нет рвотного рефлекса.

— Блядь, — выдохнул он. Он удерживал меня так минуту, пока мое тело не свело судорогой от нехватки воздуха. Я дернулась, пытаясь отстраниться, но его рука крепко держала меня за волосы.

Он застонал: — Вот так, малышка, блядь, как же хорошо, когда ты пытаешься глотать.

Перед глазами поплыли звезды, и я подумала, что сейчас потеряю сознание, но он наконец наполовину вытащил свой член, и я судорожно втянула воздух через нос, прежде чем он снова надавил, протолкнув его в самую глубину моего горла. Он проделал это еще несколько раз, прежде чем ускорить темп. Его дыхание стало хриплым, и вскоре он тяжело дышал, задавая жесткий ритм: он трахал мой рот, толкая мою голову вверх-вниз, пока у меня не заслезились глаза и я не начала пускать слюни. Он входил так глубоко, что доставал до того места, где у меня все же был рвотный рефлекс, и я давилась. Он заставил меня поперхнуться несколько раз, но затем немного сбавил напор, и вскоре уже стонал от удовольствия. Он с силой надавил на мою голову и удерживал ее там, пока кончал.

Его сперма наполнила мой рот и потекла по горлу. Я позволила ему закончить и проглотила все, потому что это было лучше, чем задохнуться. Он отпустил мою голову и откинулся на спинку стула, чтобы отдышаться. Я села на пятки и вытерла рот рукой. Подняв взгляд, я увидела, что он наблюдает за мной сквозь полуприкрытые глаза с видом сытого хищника.

— Не ожидал, что ты проглотишь, — наконец сказал он.

Он поднял руку, я вздрогнула, но он лишь провел большим пальцем по моей нижней губе. — Приятный сюрприз.

Он снова расслабленно откинулся назад, наслаждаясь приятным послевкусием.

— За тобой скоро придут. Если хочешь принять душ, иди.

Я моргнула.

Горячий душ.

Одна.

С настоящим мылом.

Я поспешно вскочила на ноги и услышала, как он тихо рассмеялся над моим нетерпением. Я включила душ, выкрутила горячую воду на максимум и шагнула под струи. Я наполовину ожидала, что он зайдет и будет смотреть, но он этого не сделал. Я не торопясь отмылась от него, затем вымыла волосы, наслаждаясь настоящим горячим душем. Это было невероятно, и я начала тихо плакать. Я была так благодарна за это. Когда я поняла, что больше не могу там оставаться, я завернулась в полотенце и вернулась в спальню.

Крэйвен развалился на кровати, закинув одну руку за голову. Его взгляд окинул меня с ног до головы, он встал и подошел ко мне. Я замерла, но он остановился передо мной и провел костяшками пальцев по моей щеке. Его рука легко легла мне на шею, и его глаза потемнели.

— Я единственный, кто будет трахать тебя на этой неделе, — сказал он. — Если кто-то хоть мельком покажет тебе свой член, я хочу об этом знать. — Его пальцы сжались. — Поняла?

— Да, — выдохнула я. В голове промелькнула мысль о Сэле. Я не знала, с чего он взял, будто я контролирую, кто и когда меня трахает. Если кто-то из охранников захочет что-то сделать, они это сделают. Они уже это делали и сделают снова, если судить по недавнему поведению Сэла. И я не была уверена, что скажу ему об этом, потому что через пять дней он уедет, а я останусь с охранниками, которые будут знать, что я на них настучала.