Легендарный Повар 2 (СИ) - Котляров Лев. Страница 25

Завернувшись в одеяло, стал прокручивать в голове детали. Для конкурса нужны авторитетные судьи, чтобы в их решениях никто не мог усомниться. Дальше у нас идут участники, немного, пусть хотя бы человек десять. Думаю, многие захотят показать своё мастерство перед публикой. К тому же им будут нужны продукты. И не просто продукты, а от кого надо продукты. Это хороший шанс помочь торговцам разрекламировать свои товары. Правда, загвоздка тоже была — всё это без разрешения гильдии поваров не провернуть.

— Завтра же поеду в Гильдию, — сонно сказал я в темноту. — Идея им понравится, я уверен.

Бекон, не открывая глаз, одобрительно дёрнул ухом. Я закрыл глаза и попытался уснуть, но вместо сна провалился в воспоминание о чёрной поляне. Всё в голове смешалось: обугленные деревья, углубление, таинственный отравитель леса, и образ князя, который не собирался останавливаться. В этом сумбуре я никак не мог понять, связан ли князь с неизвестным.

Всё это складывалось в зловещую картину, и я понимал, что одной готовкой все проблемы не решить. Впрочем, ей-то я владею лучше всего. Моя еда поможет мне собрать отличную команду, завоевать доверие и заработать деньги. А там уж никакие князи и отравители мне нипочём. По крайней мере, я на это надеялся.

С этой мыслью я, наконец, провалился в неглубокий сон.

Следующее утро выдалось в трактире особенно хлопотным. Я встал ещё затемно, умылся, оделся и спустился на кухню. Там уже хлопотала у печи Грумхильда, и в воздухе витал запах свежеиспечённых лепёшек, которые она ловко переворачивала на чугунной сковороде. Орчиха хмурилась и что-то ворчала себе под нос. От этого ворчания мне почему-то стало уютно. Бекон, который сидел на лавке, внимательно следил за каждым её движением, явно рассчитывая на завтрак.

— Доброе утро! Сегодня снова поедешь в город? — спросила Грумхильда не оборачиваясь.

— Снова, — подтвердил я, присаживаясь к столу. — У меня появилась вчера отличная идея, как заработать денег, и поэтому надо в Гильдию. Может быть, ещё и с разрешением получится уладить вопрос.

— Идея — это хорошо, — орчиха поставила передо мной тарелку. — Только поёшь сначала, а то до вечера будешь голодным ходить, знаю я тебя.

Я с благодарностью кивнул, смел все лепёшки и запил их мятным чаем.

— А Фёдор где? — спросил я, выглядывая в окно.

— С клячей возится, по нраву ему это. Так что после завтрака Тефтелька уже точно будет готова к поездке. Фёдор её чем-то особенным кормит, говорит, что она бодрее стала.

Это меня порадовало. Мы так часто ездили на телеге, что я переживал за лошадь. Не слишком ли она устаёт? А об этом уже позаботился минотавр. Нет, всё же хорошая у меня команда.

Допив чай, я поправил котомку и вышел во двор. Мельком вспомнил про посадку ванили, но желание устроить конкурс было сильнее. Возле дороги Фёдор уже ждал меня, запрягая Тефтельку. Слышал, что ли, наш разговор с орчихой? Или просто догадался?

Бекон, разумеется, первым запрыгнул в телегу и глянул на меня с таким видом, будто это он собрался решать все наши проблемы, а я так, чисто его сопровождаю. Не стал его прогонять. Он в последнее время для меня, словно визитная карточка. Да и люди охотнее соглашаются со мной, видя этого рыжего наглеца.

— К вечеру вернёмся! — предупредил я Фёдора, и телега покатилась по тракту.

В Гильдии меня встретил уже знакомый чиновник в кабинете «Регистрация и лицензии». Но сегодня я пришёл не к нему и поэтому прошёл мимо. Мне нужен был секретарь Гильдии, и табличка с его именем нашла в дальнем краю коридора. Я заглянул в дверь и за массивным столом увидел румяного толстяка лет пятидесяти, с пухлыми щеками и светлыми глазами. Его звали Никодим Карлович Вурцель, и именно он решал, кому давать лицензию, а кому — нет.

Никодим Карлович производил впечатление добряка с искренней любовью к еде. Возле его локтя лежала пиала с крошечными печеньями, а рядом возвышалась кружка с чаем, на литр, не меньше. Да, Вурцель любил поесть и совершенно этого не стеснялся. Иначе, как объяснить пятна соуса на лацкане сюртука? Такое говорило о нём больше, чем любые рекомендательные письма.

— А, Винтер! — воскликнул Никодим Карлович, завидев меня. — Мне о вас уже все уши прожужжали. И судак, говорят, был божественный, и оладьи луковые, и салат охотничий… Садитесь, садитесь, не стойте столбом. Кот тоже может пройти. Я слышал, он у вас вроде заместителя?

— Су-шеф, — поправил я, усаживаясь на стул напротив.

Бекон немедленно запрыгнул на подлокотник и уставился на пятно от соуса с таким пристальным интересом, что Никодим Карлович рассмеялся, пытаясь вытереть его салфеткой.

— Жаркое из баранины, — сказал он. — Вкусное, но очень неудобное блюдо, соус так и норовит остаться на одежде. Ну-с, с чем пожаловали? Какие-то проблемы с лицензией? Вам её же выдали?

— Да, выдали, с ней всё в порядке, большое спасибо, — подтвердил я. — Но торговать на рынке я по-прежнему не могу. Мне нужно разрешение от ратуши, а для него требуется поручительство двух уважаемых горожан.

Никодим Карлович понимающе кивнул, откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы на объёмистом животе.

— Знакомая история, Винтер. Бюрократия, знаете ли, не терпит спешки. Но я могу чем-то помочь? Или вы пришли просто поболтать?

— Я пришёл с предложением, — сказал я, глядя ему в глаза. — Идея, которая очень выгодна сразу для всех, а особенно для вашей гильдии.

Чиновник приподнял брови, ожидая продолжения. Его рука машинально потянулась к пиале, но остановилась на полпути.

— Вы когда-нибудь задумывались о кулинарном конкурсе? — наконец, сказал я.

Никодим Карлович перестал улыбаться. Его глазки, до этого весело блестевшие, сузились, и он уставился на меня с лёгким недоумением.

— Конкурс? — переспросил он, словно пробуя слово на вкус. — В Бешале? Прямо сейчас? Винтер, вы, конечно, энтузиаст, но… — он всё же взял печенюшку и закинул её в рот, — организация такого мероприятия требует времени. Согласования, бюджет, место, участники… Это не неделя и даже не месяц.

— А я и не говорю, что с нуля всё организовывать, — возразил я спокойно. — Я предлагаю вписаться в уже готовое событие.

Никодим Карлович придвинул к себе чашку с чаем.

— Это вы о чём?

— О ежегодной ярмарке, — сказал я. — Она же уже очень скоро, верно?

Чиновник на мгновение замер, моргнул, а потом хлопнул ладонью по столу так, что подпрыгнула чернильница.

— Через пять дней! Точно! Ярмарка! — его лицо просветлело, но тут же снова омрачилось. — Только, Винтер, вы не хуже меня знаете: всё уже расписано до последнего локтя. Торговые ряды, выступления скоморохов, лотерея… Места для кулинарного конкурса там просто нет. Даже если я захочу — некуда ставить столы. Бургомистр меня съест вместо обеда за такие изменения!

Он вздохнул, покачал головой и уже открыл рот, чтобы продолжить жаловаться на жизнь, но я его опередил.

— А кто говорит про отдельное место? — я подался вперёд, чувствуя, что клюнуло. — Можно устроить показательные выступления на главной площади, в перерывах между скоморохами и лотереей. Несколько столов с жаровнями много места не займут. Зато какой интерес! Люди приходят поглазеть, а тут — повара режут, жарят, запах на всю ярмарку. Торговцы будут в восторге и смогут продать собравшимся ещё больше товара.

Никодим Карлович хмыкнул, но в глазах уже загорелся азарт.

— И сколько же участников, по-вашему, найдётся за короткий срок? Вы и ещё пара смельчаков… Негусто. Мне кажется, вы хотите там десяток поваров собрать. Нет! Максимум, что я могу предложить, это шесть… нет, четыре стола. Всё!

— Я уверен, что повара местной знати захотят поучаствовать, — сказал я с самым невинным видом. — Да и больше четырёх не нужно, а то уважаемые судьи могут блюда последних участников не осилить.

— И вы думаете, они согласятся?

— А иначе зачем конкурс? — я пожал плечами. — Это же настоящий вызов профессионалам. Представьте: у всех одинаковые столы, жаровни и наборы продуктов. И судить их будят уважаемые в Бешале люди. Честно, строго и неподкупно, — я выделил последнее слово голосом. — Победителем станет тот, кто лучше готовит, а не тот, у кого кошелёк толще.