О, мой босс (СИ) - Васильева Ирэн "Mila Walter". Страница 15

Майкл вел себя как профессионал. Строгий босс. Не каких тебе лишних взглядов или вопросов. Ничего. Вообще ничего. Мне даже стало казаться, что все то, что у нас было, это моя глупая фантазия, придумки моего воображения.

Но это точно была не фантазия. И подтверждение тому меня ждало в конце месяца.

Задержка. Тест на беременность. И две полоски.

— Ты должна ему сказать.

Маша пилила меня почти каждый день этим вопросом. Я уже триста раз пожалела, что в порыве паники эй позвонила, и все рассказала.

Они с Винсом окружили меня прям гипер опекой.

Не отходили от меня, ни дома, ни на роботе.

Я злилась, и одновременно была им очень признательна.

Новость о том, что во мне зародилась частичка Майкла и радовала и убивала одновременно.

Я терзалась в сомнениях, говорить ему или нет.

— Лизи, прислушайся пожалуйста. Он имеет право знать что у вам будет общий ребенок. Как бы там небело, малыш имеет право на двух родителей. Подумай пожалуйста об этом.

— Маш ты думаешь я не хочу ему говорить просто из за вредности и обиды? — Слезы градинками стали катится по моему лицу.

Вообще в последнее время я очень много плачу. Мой врач говорит что это гормоны. Она ведь не знает истинную причину этого потопа.

— Ты думаешь я сама не мечтаю эму все рассказать? Та я просто не знаю как Майкл примет эту новость. Я боюсь услышать указания избавится от этой крошки. Мы ведь расстались. И ни о чем таком не договаривались. Боюсь услышать упреки, что я сделала это специально, дабы его вернуть. Но … Но я так не хочу. Не хочу что-бы мой ребенок чувствовал себя не нужным родному отцу, который будет рядом только из за чувства долга. Этот малыш будет ему обузой. Свяжет по рукам и ногам. А Майкл четко дал понять, что создание семьи не входит в его планы. По крайне мери со мной. И как бы больно это не звучало, это правда. И от нее никуда не деться. Так что, спасибо за заботу, я уж как-то сама воспитаю своего малыша.

— Милая моя, ты не сама. И никогда не будешь сама. Я всегда рядом, и тебя поддержу.

— И я тоже- Вмешался Винс. Все это время, он сидел молча и не вмешивался в наш разговор. И за это я была ему безмерно благодарна.

— Маш, если бы ты знала. Как мне страшно услышать нечто подобное из уст Майкла. Я этого просто не переживу. Я не смогу.

Большое всем спасибо, что читаете и оцениваете мой труд. Приятно что кому-то нравится моя книга. Буду очень признательна за комментарии и ❤

Майкл

Четыре месяца спустя

— Майкл, да ты наверное шутишь? — уже битый час твердил мне эти слова Том Кин, мой лучший друг детства.

— Том, я серьёзен как никогда.

И снова у него приступ смех.

— Знаешь, я все-таки не верю. Твоя мама, и «добровольно» сложила свои полномочия свахи. Да этого просто не может быть.

— Ну, не совсем добровольно, если уж говорить откровенно.

— Так, что ты сделал? Только не говори, что наконец послушал моего совета и вмешал во все это отца?

— Да, пришлось. Та мама сама мне просто другого выбора не оставила. Эта ее протеже Соня, сума меня чуть не свела. Я сам себе удивляюсь, как сколько терпел? Как я ее вообще еще там в лесу не придушил? А ведь была такая возможность.

— И мест полно, где можно было бы труп припрятать. — Том поднял свой бокал с виски — Вот за это и выпьем, за терпение.

Мы уже битый час сидели в баре, и пили за наши взлеты в бизнесе и провалы в личной жизни.

Мы знаем друг друга уже целую вечность, так что охотно делились всем. Мы скорее были как братья, хоть и не кровные.

— Майкл, а что с Лизи делать думаешь?

— Не знаю. — Голова начинала гудеть. — Мы ведем себя так, словно ничего и не было между нами. Кроме роботы конечно. Эти два хлюпика Скот и Стив, продолжают испытывать мое терпение, бегают за ней по пятам. От увольнения их спасает лишь то, что Лизи никак не отвечает на все их старания. Так что, пуская пока живут.

— А Лизи что? Она вообще не проявляет к тебе никаких чувств.

— Знаешь, в последнее время она стала себя очень странно вести. Она похудела. Стала чаше брать отгулы.

— Может у нее кто-то есть? В не офиса?

— Нет, я так не думаю. У нее какой то болезненно бледноватый вид. Я волнуюсь за нее. И спросить не имею права.

— Может, стоит поговорить с ее подругой скромницей Марией?

— О, Мария. Она у нас уже не совсем скромная и тихая девушка. Ну, по крайне мери со мной.

— В смысле?

— В последний наш разговор, когда Лизе на роботе стало плохо, я хотел у нее все расспросить.

— И.

— И она меня послала таким отборным матом. И вручила мне заявление об уходе.

— Ну, в принципе ничего не обычного. Если девчонки хорошие подруги, то этого и стоило ожидать. И что ты подписал ее заявление?

— Нет, конечно же нет. Если Маша уйдет, то и Лизи долго не задержится. А я потеряю последнюю возможность быть с ней рядом.

Бармен обновил наши напитки.

— А у тебя как дела? Как там твоя Хлоя?

— Ну, она пока-что не моя. Но я собираюсь быстро исправить этот нюанс. И по сравнению с ней, твоя Лизи просто ангелочек.

— Да что-ты. Ты же сам говорил, что Хлоя ангел воплоти.

— Говорил. Но это было до того как я, одним словом на тупил и мой ангелочек превратился в демона. Знаешь, она на меня так смотрит, что прям удивляюсь как еще не прожгла во мне дыру. Однажды врезала такую пощечину, что уши заложило. Я не спорю, я заслужил не только это. Но все же, теперь стараюсь держатся на стороже.

— Ну, а мою шишку на пол головы ты и сам прекрасно помнишь.

Наш дикий смех, разлился по всему бару привлекая внимание посетителей.

— Знаешь Майкл, я думаю что наших фурий нив коем случае нельзя знакомить. В противном случае они превращаться в ураган и сметут нас с тобой.

Посиделки в баре затянулись до самой ночи. Чувствую завтра наступит расплата, в виде жуткой головной боли и похмелья.

Элизабет

Живот понемногу начинал расти. Ну понятное же дело. Все-таки четыре с половиной месяца беременности берут свое.

Стала быстро уставать. Та еще и тошнота, почти постоянная, постепенно меня убивала. Не знаю сколько еще смогу продержаться.

Мне нужно будет уйти с роботы, пока живот совсем не вырос. Только как мне расстаться с Майклом я не знала. Как буду жить если не смогу видеть его каждый день.

Мама с папой уже готовят для меня и малыша комнату. Я им все рассказала. И они конечно считают что я не права что не говорю правду отцу моего ребенка. Но, я твердо встала на своем и не скажу ему ничего, пока сама не буду к этому готова.

Я знаю, что чем больше жду с этим разговором, тем сложнее мне решится.

Но, если бы все была так просто.

В пятницу мы с Машей пошли в бар немного отдохнуть от суеты и роботы. Она пила свою маргариту, а я апельсиновый сок. Винс как всегда был на страже. Отгонял всех незваных ухажеров.

Они с Машей так органично и мило смотрелись. Каждый раз видя как они воркуют хотелось выть от боли.

Единственное что меня все же сдерживало и не давало сойти сума, так это частичка любимого у меня под сердцем.

Все было хреново. Стала думать куда еще хуже. И что вы думаете? Да, именно так. Стало намного хуже. Маша как всегда затеяла разговор о моей беременности. И спустя минут пят беседы, наша компания дружно развернулась на знакомый голос.

— Элизабет. Мария права, нам все же стоит поговорить до рождения ребенка, а не когда ты надумаешь. Я как отец имею на это такое же право как и ты. — Перед ними стоял Майкл. Собственной персоной. И если принять во внимание его посеревшее лицо. Можно прийти к единому выводу. ОН ВСЕ СЛЫШАЛ.

В его голосе слышалась злость и что-то еще. А вот что именно Лизи так и не успела понять.

Сильные руки, обхватив ее за талию, стащили со стула.

— Майкл, я не…. — Лизи стала протестовать.

— Поговорим потом. — Рыкнул на нее Майкл, прекращая все попытки завести разговор.

Покорно опустив голову, Лизи зашагала в след за ним.