Девочка Шакала (СИ) - Маар Чарли. Страница 12

Мне удалось уложить его спать, но я боюсь, это ненадолго.

— Что вы собираетесь делать?

— Отвезу его к врачу.

— Я поеду с вами.

— Нет. Не поедешь.

— Вы сейчас шутите что ли?! С ним рядом должен быть близкий человек! — я невольно цепляюсь пальцами за плечо Рената, тут же ощутив крепкие мышцы.

Резко отдергиваю руку, будто ошпарилась кипятком. В этот момент Шакал внимательно смотрит на меня, но ничего не говорит.

Какие же у него всё-таки демонические глаза...

— Послушайте, Ренат, — мой голос дрожит. — Я обещаю, что не сделаю ничего плохого. Клянусь. Я просто хочу быть рядом с Лёшей, вот и всё.

— Ты останешься здесь, — непримиримо отвечает он. — Как только врач его осмотрит и выпишет лечение, я верну его сюда.

— Нет. Нет, так не пойдёт, — истерично покачав головой, я сажусь возле племянника. — Почему вы такой упрямый? Это сейчас неуместно!

Темные брови мужчины сходятся на переносице, а рот искривляется в недовольной гримасе.

— Твоя истерика сейчас неуместна. Ребёнка нужно срочно показать врачу и сбить температуру. Так что не время устраивать сцены. Я свой ответ дал. Видимо, это было поспешное решение — позволить тебе проживать с ним вместе. Возможно, я передумаю и верну тебя обратно.

— Нет! — я вскакиваю.

Нервно смотрю на Лешку, который бледным безжизненным телом лежит на постели, и чувствую, как на глазах выступают слезы.

— Не нужно возвращать... Я больше ничего не скажу, только... только помогите ему.

Ренат поджимает губы, коротко кивает, затем наклоняется и берёт Лёшу на руки.

Ничуть не сомневаюсь, что свою угрозу — вернуть меня обратно и разделить нас с пельмешком он вполне в состоянии исполнить.

До боли вжав ногти в ладони, я смотрю, как Ренат несёт Лешку к двери.

Как же мне хочется сорваться с места и побежать за ними, но я убеждаю себя в том, что должна быть благоразумной и смирно стоять на месте.

"Это во благо. Это единственная возможность остаться с Лёшей, жить по расписанию, но хотя бы вместе..."

— Ренат! — зову я мужчину, когда тот уже выходить из комнаты и почти успевает закрыть дверь.

На мой возглас Шакал оборачивается.

— Пожалуйста, — сглотнув, снова смотрю на бледное лицо Лешки, — обещайте, что сообщите, когда врач его осмотрит, если... если ему вдруг придётся остаться в больнице. Я не знаю, позвоните кому-то здесь, пусть мне скажут, что с ним.

Я стараюсь не думать о том, что у Шакала достаточно власти, чтобы и в больницах ему ничего не сказали. Вероятно, есть какая-то частная клиника или что-то вроде того... У Саида тоже были подобные подвязки. В бизнесе, где он крутился, без этого было не обойтись.

— Хорошо. Тебе сообщат, — кивает Ренат.

Железная дверь скрывает их с Лёшей от моего взора.

Я обессиленная опускаюсь на постель, ощущая тяжесть во всем теле.

Ждать. Это всё, что остаётся.

Это слово стало самым частым из тех, что я использую здесь. Самым мерзким.

Чтобы не сойти с ума, я беру дневник-блокнот и начинаю новую запись.

"Ждать. Ты должна смиренно ждать..."

Глава 24

Аида

Моей щеки касается что-то прохладное. Сначала я морщусь, но потом вдруг на смену прохладе приходит тепло. Оно змейкой скользит от щеки к шее, просачивается вниз, к груди, делая её чувствительной и твёрдой.

Я открываю глаза и тут же сталкиваюсь с карим взглядом, пронзающим меня будто тысячи огненных кинжалов. Я лежу на постели, а Ренат сидит рядом со мной. Он совсем близко. И, кажется, я даже не дышу в этот момент. Настолько много ощущений от его близости.

А тепло, которое я почувствовала ещё во сне, это от его руки. Он гладит мою щёку большим пальцем. Так нежно. Не думала, что ему свойственна подобная нежность.

Неожиданно Ренат обхватывает меня одной рукой за талию, а второй за шею и притягивет к себе. Я резко вжимаюсь в его грудь. Весь воздух вышибает из лёгких. Я пытаюсь сделать вдох, хотя бы короткий, но мои губы вдруг запечатываются поцелуем. Горячим и влажным. Язык проникает в мой рот толчками. И вместе с этими толчками по венам начинает литься жидкий огонь.

— Нет... — пытаюсь оттолкнуть мужчину.

Не знаю, что меня больше пугает — сам факт поцелуя, или то, как моё тело плавится от него. Оно ведь не должно. Меня сейчас должно трясти от отвращения, а не от жажды вкусить ещё больше страсти этого безумного мужчины.

— Нет! — снова толкаю и...

...подскакиваю на постели и хаотично верчу головой.

Какого?

Это что, был сон?

— Проснулась? — произносит мужской голос.

Я снова подпрыгиваю, только теперь от неожиданности. В комнате стоит полумрак, и у меня уходит как минимум полминуты, чтобы глаза привыкли к темноте, и я, наконец, смогла разглядеть Рената.

Он сидит в кресле напротив кровати. Что-то вертит в руке.

Я суетливо кручу головой, надеясь найти Лёшу, но нигде не вижу племянника.

— Где Лёша? — сразу задаю волнующий меня вопрос.

Решаю не спрашивать о том, что он снова наблюдал, как я сплю, как уже было раньше, потому что, если этот человек следит за мной по камерам, то, наверное, неудивительно, что он и в реальности способен позволить себе разного рода наблюдения.

И вообще я не хочу смещать фокус на нас с ним, особенно после сна, который мне только что приснился.

Вспомнив о сне, я краснею.

Какого вообще? Что за сны такие?!

— Было принято решение до утра оставить его в больнице.

Всю сонливость как рукой снимает.

Я подрываюсь на кровати, опустив босые ноги на пол.

— Почему? Что-то серьёзное?

— Бактериальная инфекция. Ничего страшного, просто врач перестраховывается. Хочет понаблюдать, пока температура не перестанет сильно подниматься. Возможно, Лёше придётся провести в больнице пару дней. Не стоит нервничать. Так он быстрее поправится.

Наверное, глупо и эгоистично думать, что я бы хотела, чтобы он всё же был со мной? Ренат, конечно, прав, как и врач, антибиотики лучше давать под присмотром врача, и Лёше в самом деле может быстрее стать легче именно в больнице, но все же... Я же его тётя. А это почти как мама.

— Понятно... Надеюсь, вы меня не обманываете?

Не уверена, что вижу, как Ренат выгибает бровь. Кажется, просто чувствую.

— Зачем мне тебя обманывать, Аида? Нет. Я не вру. Завтра утром сразу сообщу, как только свяжусь с врачом, о том, какое решение он принял.

— Спасибо, — выдыхаю и замолкаю.

Если не говорить о Лешке, то я не знаю, что ещё сказать. Перевести разговор к возможности нашего спасения?

Честно говоря, я чувствую себя такой разбитой и уставшей, что не особо нацелена на подобные беседы. Поэтому продолжаю молчать.

Ренат вдруг поднимается.

— Вы куда? — не знаю, почему я задаю настолько идиотский вопрос.

Его тёмная фигура так угрожающе нависает, что я невольно поджимаю ноги с пола снова на кровать и двигаюсь подальше к стене.

— Хочешь, чтобы я остался?

Я, вероятно, больна, если в теле неожиданно появляется то самое плавящее ощущение, которое я испытывала от поцелуя во сне.

Боже. Что это такое?

— Нет. Не хочу. Уходите, конечно же.

И вот снова я не вижу, а чувствую усмешку на его губах.

А ещё я почему-то думаю, что было бы, если бы он вдруг подошёл, опустился на постель и притянул меня к себе?

— Отдыхай, Аида. Утром я сообщу насчёт Лёши, — тихо произносит Шакал, и через мгновение выходит за железную дверь.

А я ещё долго не могу уснуть, думая о том, что я действительно хотела почувствовать, как будет ощущаться его поцелуй в реальности?

Глава 25

Аида

Лёшка проводит в больнице несколько дней.

Несмотря на то, что я безумно нервничаю и скучаю, я ни слова не говорю Ренату по этому поводу, осознавая, что нахождение Лёши под наблюдением врача — это необходимость.

Пару раз меня накрывает волной страха, что Шакал уже не вернёт мне племянника и переселит меня обратно, как только врач его выпишет. Но я убеждаю себя, что это лишь моя тревога, так как Ренат не поднимает эту тему и не делает никаких намёков.