Подавленная - Пирс Блейк. Страница 8
Коре пришлось подойти на пару шагов ближе, чтобы расслышать, и лишь после этого она поняла: возможно, в этом и был расчёт. Недооценивать умение матери заманивать непокорных туда, куда ей нужно, было нельзя.
Но теперь миссис Финч говорила: «Две недели назад Тэмми уехала в Нью-Йорк; мы сказали ей, что это плохая идея. Но в последнее время она уже давно всё делает по-своему». В голосе матриарха не было ни интонации, ни перемены выражения лица, но почему-то Кора почувствовала, будто эти слова адресованы ей.
Миссис Финч продолжила: «Несколько дней назад мы совсем потеряли с ней связь. С тех пор ни слуху ни духу. Мы надеялись, что, может, она вернулась в город, может, Гейб что-то слышал. Они всегда были ближе друг к другу, чем все остальные из нас».
«Из нас», – тихо повторила Кора. – «Вы представляете нас?»
«Полагаю, да. Это проблема?»
Кора лишь пожала плечами. «Нью-Йорк – довольно далеко».
Миссис Финч медленно кивнула.
«Моя племянница – девушка непростая. Талантливая. Прекрасно поёт. Сердце у неё большое – для других. Иногда я думаю: самые сострадательные и страдают сильнее всех. Они берут на себя чужую боль. Не больно только тем, кому всё равно».
И снова она смотрела на Кору чуть пристальнее, чем хотелось бы.
Кора сказала: «Я могла бы сделать пару звонков, наверное».
«Это поможет?»
Кора открыла рот, потом снова закрыла. Она и сама не знала почему, но этой женщине ей хотелось сказать правду.
«Скорее всего – нет».
«Тогда что может помочь?»
Деловито, по существу. И вдруг стало так, будто они сидят за столом переговоров, и у Коры, оказывается, всё-таки есть пространство для манёвра.
Сначала она не знала, что сказать. Она правда хочет тратить на это время? У неё была зацепка. По мистеру Финчу. Зацепка по человеку, который мог убить её сестру – или забрать её.
Но как бы сильно она ни хотела найти его, было очень вероятно, что без ответа агента Брэди – или без участия этих женщин – это окажется куда сложнее.
К тому же у Коры, благодаря Джонни, была связь с частным аэродромом.
Её кольнуло чувство вины. Она подумала о Джонни, о том, что он сделал бы в такой ситуации.
Он помогал ей. Прилетел из Южной Америки только затем, чтобы быть рядом.
Она знала, что это неправильно и что ей никогда не отмыться от его крови, но какая-то маленькая часть её надеялась, гадала: вдруг, спасая чью-то жизнь, она хоть немного очистится от того, что отняла одну.
Она чувствовала, как мысли кружатся, как ускользает нить.
Она выпустила дрожащий вздох. «Вы знаете, как найти вашего бывшего мужа?»
Простой кивок. «Я могу его найти. Вы – нет. Он не живёт по адресу. Никогда не доверял никакой регистрации».
Кора вздохнула. «Засел в горах? Живёт вне системы? Ополчение?»
Но железная маска не дрогнула.
Кора почесала подбородок, снова вздохнула и сказала: «Наверное, это не очень честный вопрос, да?»
«Мы договорились?»
«Ещё одно. Я хочу, чтобы вы ответили на два вопроса абсолютно честно, без единой лжи. Если я решу, что вы врёте, я отплачу тем же».
Коре не нравилось угрожать этой женщине, но за время, проведённое с Гейбриэлом Финчем, она усвоила: в этой семье на упрямство лучше всего действует ультиматум.
Миссис Финч сказала: «Я отвечу на ваши вопросы – после. Дам вам, где найти моего бывшего мужа, и какие угодно ответы. Или… Дело ведь не в Гейбе, да?» Она быстро покачала головой. «Потому что, по-моему, он с кем-то встречается».
Кора нахмурилась. «Ничего подобного. Хорошо. Тогда договорились».
Кора замялась всего на миг. Совесть это не очистит – она знала. Но в глубине души надеялась хоть немного приглушить то, что чувствовала.
И потому она встретилась взглядом с миссис Финч, один раз кивнула и сказала: «Мне нужно знать всё: с кем Тэмми встречалась, куда она ходила и что вообще происходило. Единственный способ помочь – особенно если мне придётся ехать в другой город, – это если вы расскажете мне все подробности и ничего не утаите».
–Договорились. Ну, заходи, бери тарелку. И… должна предупредить: не у всех там будет самое… великодушное толкование поступков Тэмми. Считай, я тебя предупредила.
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
—Это ужасная затея, – сказала Кора, ёрзая и воюя за подлокотник в тесном самолётике.
Гэбриел Финч, который и без того был здоровенный, а в рамках кресел экономкласса на первом рейсе до Нью-Йорка казался вовсе громадой, просто злобно уставился на неё. Он сухо сказал:
–И ты правда думаешь, что существовал вариант, где я позволю тебе помогать моей кузине, а сам останусь в стороне и буду сидеть, сложа руки?
Кора только сверлила его взглядом. Похоже, они вообще слишком часто обменивались именно такими взглядами. Наконец она ткнула локтем ему в рёбра, он хрипло охнул – и подлокотник между ними пал.
Впрочем, у неё уже шевельнулось подозрение, что эта битва была лишь началом.
Теперь они были в воздухе. Взлёт оказался таким же мучительным. По крайней мере так Гейб смог откинуть спинку и хоть немного освободить ноги. Не помогало и то, что ребёнок впереди время от времени оборачивался и кидал арахис в подстаканник между ними, пытаясь забросить «точный бросок» размером с перекус.
Когда очередной орешек отскочил от плечевого упора Гейба, Кора покосилась на экран ноутбука, раскрытого перед ним.
Там была открыта страница почтового сервиса. Вообще-то в полёте им не положено подключаться к каким бы то ни было точкам доступа, но Кора решила, что срочность ситуации оправдывает исключение.
К тому же – хотя в суде она бы этого ни за что не признала – она уже вполне привыкла нарушать правила ради того, что считала высшим благом.
В алюминиевой банке, несущейся по небу, висел слабый запах самолётной еды. Шторка иллюминатора рядом с её локтем была опущена.
В воде, при сильной качке, Кора чувствовала себя как рыба в воде. Но была причина, по которой она так и не пошла в десант.
Она ощущала, как тревога иголками ползёт вдоль позвоночника. Чувствовала, как ладони холодные и липкие, хотя над её головой была закрыта форсунка, раздающая струи ледяного воздуха.
И всё же она не собиралась показывать Гэбриелу Финчу, что ей страшно.
–Я понимаю, что должен это помнить, – говорил Гейб, с достоинством пережив поражение в борьбе за подлокотник и снова сосредоточившись на открытом ноутбуке.
По проходу шла стюардесса, и Гэбриел неловко сдвинулся, поворачивая экран к Коре, чтобы стюардесса не заметила, что они подключены к интернету.
–Ты же сказал, что знаешь её пароль, – подчеркнула Кора. – Нам нужно хоть что-то. Твоя мать ни черта не знала.
Гэбриел помрачнел.
–Не говори так о моей маме.
–Я вообще не о ней говорю. Просто о том, что она ничего не знает о том, что случилось с твоей кузиной. Как так? Это же маленький городок.
Гейб бросил на неё косой взгляд – цепкий, настороженный, словно прикидывал, сколько именно она уже знает.
Кора никак не отреагировала.
Она вытянула из семьи столько сведений, сколько смогла. Из того малого, что им было известно, – кузина Гейба пропала две недели назад. Но за последние несколько дней связь оборвалась окончательно – ни писем, ни звонков. Впрочем, это было не впервые, когда она уходила «в тишину».
Никто не произносил этого вслух – будто это было единственное, что они отказывались озвучить, – но Кора уловила: кузина Гейба какое-то время подрабатывала ночной бабочкой.
С проститутками Кора сталкивалась. Ничего особенного она о профессии не думала – ни хорошего, ни плохого. Отчасти родительское влияние и провинциальные понятия вызывали у неё ощутимый дискомфорт при одной мысли об этом. Но другая часть – та, что помнила: её обучили убивать людей за деньги, – не хотела слишком уж бросаться камнями.
Как бы там ни было, семья Финчей всё равно любила Тэмми.