Отныне и вовек - Стил Даниэла. Страница 18

Джессика тяжело вздохнула и рассеянно сняла очки. То, что Мартин увидел, потрясло его. Под красными, опухшими от слез глазами, наполненными ужасом, у нее залегли мрачные тени. Но это были глаза ребенка. Чопорность служила всего лишь защитной маской. Мартин думал, что его клиентка многоопытная женщина, но, возможно, он ошибался, возможно. Быть может, несмотря на все ее деньги, Ян был единственной надеждой. Эта мысль несколько успокоила адвоката в отношении своего подзащитного. Ян несомненно был в лучшей форме, чем его жена.

Шварц заставил себя опять сосредоточиться на залоге, а глаза Джессики продолжали следить за ним. Она, похоже, не отдавала себе отчета в том, как много только что открыла перед ним.

— Как вы считаете, вам будет по силам сумма залога" миссис Кларк?

Она устало взглянула на него и слегка пожала плечами:

— Полагаю, да. — Но Джессика знала, что не осилит такую сумму, если вручит Шварцу чек на две тысячи долларов, лежавший в ее сумочке. У нее не оставалось иного выбора. Адвокат нужен был немедленно. Ей придется заложить машину. Или.., что-то другое. Что за черт, теперь это было не важно. В ее положении ничего не играло большой роли. Если потребуется, она продаст дом. Но что, если.., она должна была знать. — А что, если мы не сможем заплатить всю сумму залога сразу?

— Там не существует понятия кредита, миссис Кларк. Вы платите всю сумму и передаете закладную, либо они просто не выпускают Яна из тюрьмы.

— До каких пор?

— До конца суда.

— Боже мой. Тогда у меня нет выбора, не так ли?

— В каком смысле?

— Мы просто продадим все, что потребуется.

Шварц кивнул с сожалением. Он редко испытывал какие-либо чувства к своим клиентам, и если бы Джессика стала ныть и жаловаться, то вызвала бы только его раздражение. Вместо этого она завоевала его уважение.., и сострадание. Никто из них не заслуживал таких бед. Ему стало любопытно, что же на самом деле скрывалось за обвинениями в изнасиловании. В глубине души Мартин был уверен в невиновности своего подзащитного.

Вопрос заключался в том, можно ли это доказать.

Следующие десять минут он провел, объясняя детали процедуры предъявления обвинения. Джессика почувствовала облегчение.

— Если мне понадобится, по Какому номеру я смогу с вами сегодня связаться, миссис Кларк?

Она кивнула и черкнула номер магазина. Это был первый раз, когда Джессика подумала о том, чтобы заглянуть в бутик.

— Я буду там после того, как увижу Яна. Я собираюсь встретиться с ним. Да, мистер Шварц, называйте меня пожалуйста Джессика или Джесси. Похоже, нам предстоит длительное знакомство.

— Совершенно верно. Я хочу вновь увидеть вас здесь, в моем офисе, в пятницу. Вас обоих, если удастся вытащить Яна.

Это «если» заставило Джессику вздрогнуть.

— Нет, лучше в понедельник. Если все получится, вам необходим будет отдых. А уж затем мы засучим рукава. У нас не так много времени.

— Сколько? — спросила Джессика голосом безнадежного больного.

— Подумаем об этом после предъявления обвинения. Суд, по всей видимости, состоится примерно через два месяца.

— Перед Рождеством?

Своим вопросом Джессика вновь напомнила ему большого ребенка.

— Перед Рождеством. Если мы не получим отсрочку. Но ваш муж утром выразил пожелание, чтобы все прошло как можно быстрее, чтобы вы могли поскорее забыть о случившемся.

«Забыть? — подумала она. — Разве можно забыть это?»

Он встал и протянул руку, на минуту сняв очки.

— Джессика, попытайтесь расслабиться, а проблемы оставьте мне. Сделаю все, что в моих силах.

Она тоже встала, пожав ему руку. Он опять был удивлен ее ростом.

— Спасибо за все, Мартин. Яну передать что-нибудь? — Она остановилась в дверях.

— Передайте, что я назвал его счастливчиком. — Глаза Шварца потеплели. Джессика улыбнулась комплименту и выскользнула за дверь.

Мартин Шварц повернулся в кресле к окну и, задумчиво покрутив в руках очки, покачал головой. Чертовски сложное предстоит дело. Он был уверен в невиновности Яна, но молодые, счастливые, красивые и богатые супруги будут раздражать суд присяжных. Джессика вызовет к себе неприязнь женщин-заседателей, мужчины же почувствуют антипатию к Яну потому, что усомнятся в его способности зарабатывать себе на жизнь писательским трудом. Они оба производили впечатление состоятельных людей, насколько бы правдиво ни звучало объяснение Джесси по поводу наследства. Не нравилось ему это дело. А жертва, судя по всему, была женщиной со странностями, может быть, с расстроенной психикой.

Мартин надеялся лишь на то, что им удастся раздобыть достаточно компрометирующего материала, чтобы уничтожить ее. Это была нечестная игра, но единственный шанс для Яна.