Пират Его Величества - Северин Тим. Страница 56

Гектор протянул выданный ему кусок огнепроводного шнура. Шарп энергично попыхал трубкой, потом сунул кончик фитиля в разгоревшийся табак.

— Шнура у тебя хватит примерно часов на пять. Будем надеяться, за это время битва закончится, — сказал Шарп, возвращая юноше тлеющий шнур. Гектор осторожно раздул огонек на толстом фитиле, обмотал свободный конец шнура вокруг запястья, затем пропустил темно-красный кончик между пальцев. Юноша подождал, пока Шарп подожжет фитили его товарищей, и все осторожно двинулись вниз по холму, к Арике.

Первые ряды буканьеров уже подошли к баррикаде на расстояние выстрела. Пираты останавливались, один за одним, прицеливались и стреляли в защитников за бруствером. Гектору показалось, что он видит, как в воздух взлетают щепки и фонтанчики земли. От баррикады раздалась нестройная ответная стрельба, но оружие буканьеров было лучше и имело большую дальнобойность, поэтому ответный огонь испанцев не причинил никакого вреда. Вторая волна атакующих прошла сквозь цепь стрелков и заняла позицию перед ними. Со стороны буканьеров не доносилось ни криков, ни одобрительных возгласов. Слышались лишь стук и хлопки, когда кремневые замки воспламеняли порох, да оскорбительные выкрики и проклятия испанцев.

Несколько секунд спустя Гектор увидел, как погиб первый из буканьеров. Вот он стоял, целился, а в следующую секунду крутанулся на месте и рухнул на землю. За баррикадой торжествующе заулюлюкали.

Уотлинг выкрикнул приказ и замахал оранжевым платком. За его сигналом последовал беспорядочный беглый огонь, и все буканьеры вдруг устремились вперед в едином порыве. Теперь они кричали и вопили, сжимая в руках мушкеты и сабли. С баррикады раздался треск мушкетных выстрелов, и Гектор заметил, как упали по крайней мере трое атакующих, прежде чем первый из них достиг вала и полез на него. Гектор успел разглядеть фигуру одинокого буканьера — у юноши мелькнула мысль, что это почти наверняка Дуилл, Стоя на верху баррикады, он размахивал мушкетом, держа его за ствол, как дубину, и бил прикладом куда-то вниз. С десяток людей кинулись вдоль баррикады, намереваясь обойти ее сбоку, пока их товарищи карабкались через преграду. Несколько минут исход ожесточенной схватки оставался неясен. Люди кричали и вопили, отступая и нанося удары. В клубах дыма и облаках пыли лязгал металл, раздавались крики боли, и несколько раз слух Гектора улавливал более высокий по звуку треск пистолетных выстрелов.

Яростная схватка понемногу затихала, и Уотлинг, взобравшись на баррикаду, энергично замахал рукой, подзывая резерв.

— Ближе, ближе давай! — кричал он. — Удерживайте позицию.

Он спрыгнул на другую сторону баррикады, скрывшись из вида, и Гектор и его товарищи бегом преодолели последние ярды до оборонительного вала и перебрались через него. На той стороне царило опустошение. Трупы валялись в пыли, земля была истоптана и запятнана кровью. Ошеломленный буканьер с жуткой резаной раной на щеке с трудом держался на ногах, ещё по крайней мере тридцать или сорок стояли или сидели на земле в состоянии шока, лица у них почернели от порохового дыма, несколько были ранены.

— Охраняйте пленных, а мы идем дальше! — проорал Уотлинг. Зазвучали новые мушкетные выстрелы. Уже в самом городке защитники Арики стреляли из-за укрытий по нападающим.

— Руки за голову! — по-испански закричал Гектор пленным. Они недоверчиво посмотрели на него. Гектор сообразил, что без огнестрельного оружия в руках он выглядит безобидной фигурой, с одной лишь саблей у пояса и медленно тлеющим шнуром фитиля вокруг запястья.

— Делайте что велено, — прорычал Изреель. Говорил он по-английски, но его гигантский рост и яростный оскал не оставляли сомнений в том, чего он хочет. Пленные поспешили исполнить требуемое.

За воротами вновь послышалась перестрелка, выстрелы звучали чаще прежнего. Авангард Уотлинга натолкнулся на ожесточенное сопротивление. Из города, пригибаясь, чтобы не попасть под случайную пулю, выбежал буканьер.

— Внутри еще баррикады, — тяжело дыша, сообщил он. — Испанцы построили их на каждом перекрестке. Уотлинг говорит, нам нужно расчистить путь гранатами.

— Я пойду, — сказал Изреель. Он расстегнул клапан гранатной сумы и поспешил за гонцом.

Гектор вновь повернулся к пленным.

— Не двигаться! — приказал он. Оглядевшись, Гектор заметил валявшийся на земле мушкет, который выронил один из защитников. Юноша подобрал оружие, быстро осмотрел замок. Похоже, мушкет был заряжен и заправлен порохом. Он навел его на захваченных испанцев.

Минуты шли, где-то в городе, не очень далеко, грохнул взрыв. Гектор предположил, что граната сделала свою работу, поскольку звуки сражения на время затихли. Потом вновь затрещали мушкетные выстрелы.

— Нужно подкрепление! Давай вперед! — У входа в город появился Дуилл. Он был взъерошен, на лице красовались черные полосы копоти. Во всех его движениях сквозило нетерпение.

— По чьему приказу? — огрызнулся Шарп.

— Адмирала! Уотлинг приказывает, чтобы арьергард вошел в город!

— Как быть с пленными?

Дуилл принялся сыпать бранью, и Гектору показалось, что второй боцман сейчас врежет Шарпу по челюсти.

— Оставь пару человек за ними присматривать, — раздраженно пробурчал Дуилл. — На споры нет времени.

Шарп повернулся к Гектору.

— Ты с Жаком остаешься охранять пленных, — распорядился он. — Дан, оставь свои гранаты и возвращайся на холм. Будешь вести наблюдение, не появится ли какой-нибудь отряд испанцам в подкрепление. Сразу дай знать, если увидишь хоть какую-то возможную угрозу. Остальные — за мной! — И неспешной походкой Шарп отправился на звуки перестрелки.

Справа от Гектора раздался стон. Это стонал раненный в лицо буканьер. Привалившись к баррикаде, он прижал предплечье к ране и пытался остановить текущую кровь. Гектор опустил мушкет и торопливо подошел к пострадавшему.

— Ну-ка, дай я тебя перевяжу, — сказал он и потянулся к суме, только потом сообразив, что в ней нет ни лекарств, ни бинтов, а одни гранаты. На земле рядом лежал труп испанского солдата. На шее у мертвеца Гектор заметил повязанный галстук из бумажной ткани. Наклонившись, он сорвал с убитого шейный платок и принялся бинтовать тряпкой голову раненого. За спиной он услышал, как чертыхнулся Жак. Гектор резко развернулся и увидел, как по меньшей мере двадцать испанских пленников разбегаются кто куда.

— Стоять! — закричал он. — Стоять, или я стреляю!

Но он знал, что его слова — пустая угроза. Ни он, ни Жак никоим образом не могли удержать беглецов.

— Что толку тут болтаться? — сказал Жак. — Давай посмотрим, не можем ли мы как-то помочь Изреелю и остальным.

Вдвоем друзья с опаской двинулись через город. На первом же перекрестке они наткнулись на остатки еще одной баррикады, сооруженной из перевернутых повозок, досок и старой мебели. В ней зияла брешь, через которую, должно быть, и прорвались люди Уотлинга. На дальней стороне лежали убитые, испанцы и буканьеры. На втором перекрестке Гектора с Жаком ждала новая баррикада, и теперь уже буканьеры сами использовали ее как бруствер: они укрывались за нею, потом вставали и стреляли во врага.

Гектор отыскал взглядом Изрееля. Тот нацелил свое кремневое ружье на ближайшую крышу и через секунду нажал на спуск. Испанский аркебузир резко пригнулся, прячась за конек крыши.

— Промазал, — пробурчал Изреель. Он извлек шомпол из-под ствола, плюнул на ветошку, смачивая, и начал прочищать ствол. — Нам не удержать такого темпа стрельбы. Оружие забивается.

Уотлинг, стоя в дверном проеме, совещался с Дуиллом. Они знаками подозвали к себе Шарпа и какое-то время что-то с ним обсуждали. Потом Шарп бегом вернулся, похлопал Гектора по плечу и крикнул ему:

— Собирай арьергард, как можно больше людей! Мы должны взять форт. Пока не прикроем свой фланг, мы уязвимы. Остальные займутся самим городом.

Гектор передал приказ Жаку, и вскоре они, вместе с еще тридцатью буканьерами, в том числе Изреелем, с боем продвигались по узкой улице. Впереди виднелись отступавшие испанские ополченцы, которые торопились укрыться за сулящими безопасность стенами форта. Наконец последний из них исчез за деревянными воротами, створки тяжело захлопнулись, а из бойниц в стене открыли стрельбу, что заставило атакующих попрятаться.