Мастер оружейных дел - Кузнецова Дарья Андреевна. Страница 67

Поскольку сама по себе эта связь давно бы уже сошла на нет за столько поколений, Грай предположил, что ее зачем-то поддерживала сама сущность. Увы, спросить мнения у нее самой пока не получалось, да и в остальном исследователям было не до этой крошечной детали, более важных вопросов полно.

Главным из которых, конечно, оставались Серые. Посреди прошедшей ночи город поднялся по тревоге, Недреманное Око сообщило об очередном нападении. Однако на стенах к тому моменту, когда мы с Ларом и ужастиком добежали до места, царила непривычная настороженная тишина без малейшего намека на привкус крови или звон металла.

Нашествия не случилось. Несколько небольших групп этих существ просто подошли к городу и встали лагерем у стен, не предпринимая попыток говорить или драться. Причем пришли не только взрослые особи, но явно целые семьи с разновозрастными детенышами, которых прежде никто из людей не видел. И вели себя существа удивительно спокойно и естественно, как будто находились не у стен вражеского города, а в родных землях.

Поведение извечных врагов предсказуемо поставило в тупик всех офицеров, но не связать его с недавними событиями в ратуше сумел бы только полный идиот. Кое-кто предлагал напасть самим и попытаться воспользоваться малочисленностью и беззащитностью Серых, отомстить за своих убитых детей, но в итоге приняли решение выжидать и наблюдать за ситуацией.

Уже больше суток на стенах ничего не менялось, разве что Серых становилось больше. Первые часы никто не хотел покидать боевые посты, ожидая подвоха, но сейчас градус настороженности слегка спал. Разогнали всех излишне заинтересованных, выставили усиленные караулы Пограничных — по уставу военного положения, оставили дежурных у Недреманного Ока, чтобы активировали его вручную в случае начала штурма. Местные жители, обеспокоенные нашествием чужаков, без того большей частью перешли на осадное положение и не выходили из домов, так что в городе царила настороженная тишина.

Нехорошо, конечно, но меня эта тишина только радовала. Она не казалась затишьем перед бурей и не походила на тревожное предзнаменование, чутье мое вообще помалкивало на тему ближайшего будущего, а в остальном… все это давало надежду спокойно посвятить день любимой работе и ни на что не отвлекаться.

И стоило мне поверить, что мечте этой суждено сбыться, как мелодично тренькнул колокольчик над входной дверью, и на пороге возник ужастик.

Тагренай с момента выписки из госпиталя приходил к нам только ночевать, и то не каждый день. Чем он питался и где спал в остальное время, если вообще спал, мы не имели ни малейшего представления, хотя добросердечную Кану этот вопрос очень интересовал, и она пыталась даже уговорить меня все выяснить. Сама домоправительница избегала сейчас лишний раз мелькать в окрестностях Рыночной площади, чтобы случайно не столкнуться с пресловутым Л’Иммораном, из-за трагично-романтической истории с которым в свое время оставила службу.

Лично ту драму я не застала, слишком маленькая была, но историю знала. Ничего в ней особенного или удивительного не было, просто несчастная любовь с одной стороны и ни к чему не обязывающая интрижка — с другой. Кажется, Кана устроила какую-то некрасивую сцену с публичным скандалом, дала Л’Имморану пощечину и оскорбила, но не более того. Не думаю, что она по-прежнему испытывала к нему какие-то сильные чувства. Скорее, остались неловкость и стыд от понимания того, что повела себя тогда не самым умным образом и смотрелась наивной дурой.

— Привет! А я за тобой, — радостно сообщил Грай.

— В каком смысле? — растерянно уточнила я, внимательно разглядывая мага. Выглядел тот, надо признаться, не лучшим образом. Темные круги под лихорадочно блестящими глазами в сочетании с бледностью и общим нездоровым оживлением придавали мужчине вид маньяка и психопата, и это напрочь отбивало желание идти с ним куда бы то ни было.

— Пойдем, дело есть!

— Извини, но к Белому я не спешу, — со смешком возразила ему, не двигаясь с места.

— При чем тут он? — растерялся ужастик.

— Потому что сейчас ты напоминаешь одного из его слуг гораздо сильнее, чем нормального человека, — разъяснила доходчиво. — Что у тебя там случилось настолько выдающегося? Вернее, что еще случилось?

— Есть желание все-таки разговорить нашего могущественного соседа, но для очередной попытки мне нужны ты и Таллий. За северянином зайдем по дороге, он же возле самой площади обитает, а ты…

— А я никуда не спешу. Между прочим, сейчас время обеда. Может, мы для начала спокойно поедим?

— Может, мы поедим после того, как решим эту проблему? — недовольно возразил Тагренай.

— Кане пожалуюсь, и проблему свою ты будешь решать не только после обеда, но и после крепкого восьмичасового — как минимум! — сна, — пригрозила я, с удовольствием подпустив ехидства в голос.

Мужчина явно вознамерился возмутиться, но угроза звучала внушительно, поэтому он тяжело вздохнул и проворчал:

— Предлагаю компромисс. Мы идем в безымянный трактир, там дружно обедаем и отправляемся на площадь.

— Ладно, пойдем, я только Лара сюда вызову, — махнула рукой магу, и через пару минут мы действительно покинули лавку.

Таллий Анатар

— Рассказывай, что ты такое задумал? — спросил я, усаживаясь за стол к Граю и Ойше.

— Да ничего я не задумал, что же вы нервные-то такие? — тяжело вздохнул маг.

— Ты себя в зеркале когда последний раз видел? — усмехнулась оружейница. — Выглядишь так, будто планируешь как минимум расчленить нас обоих с особой жестокостью. Логично, что в такой ситуации мы желаем знать подробности!

— Ну если совсем честно, никаких особенных идей у меня нет. Просто Таллий единственный имеет хоть какой-то опыт общения с сущностями подобного рода, а ты… не дает мне покоя твоя связь с этим «нечто». Может, оно решило выбрать тебя как контактера?

— Или как сосуд-вместилище, — мрачно добавил я. — Мне не нравится эта идея, Нойшарэ может пострадать, — проговорил и тут же пожалел о сказанном. Зря упомянул об опасности: учитывая характер девушки, она вполне могла сунуться в самое пекло просто мне назло.

Однако опасение оказалось беспочвенным, оружейница неожиданно поддержала заявление. Хоть и своеобразно.

— Согласна, мне тоже не нравится эта идея, — кивнула она, а потом добавила, поглядывая на меня с насмешкой: — Я, конечно, согласна «оправдать возложенное доверие и геройской гибелью вдохновить потомков», но хотелось бы именно геройской, а не идиотской.

— Да не подойдет ему человек в качестве вместилища, — недовольно поморщился маг. — Мы уже всю существующую литературу на эту тему прошерстили и связались со всеми живыми специалистами. Если оно раньше содержалось в кристалле алмаза, а теперь — в камнях ратуши, живая плоть для него в этом смысле абсолютно бесполезна.

— То есть у тебя нет не только конкретного плана, но и хоть сколько-нибудь внятного представления о том, что ты планируешь делать? — уточнил я.

— Все планы, не только мои, провалились, хочется попробовать поимпровизировать.

— Но погоди, я же два дня просидела в этом вашем полевом лагере, никто со мной общаться не пытался. Или мы чего-то не знаем? — Нойшарэ подозрительно уставилась на мага, и я поддержал ее.

— Ну как сказать, — нехотя протянул Грай, — ситуация немного изменилась. Если принять за отправную точку состояние этого существа месяц назад, тогда оно крепко спало под воздействием мощных транквилизаторов или, скорее, наркотиков. Несколько предыдущих дней, начиная с астрономического равноденствия, оно просыпалось от дурмана и все, что делало, делало… в бреду, на рефлексах. А вот сейчас, похоже, очнулось окончательно.

— Ладно, забери тебя Белый, вот поедим — и пойдем ставить эксперименты. Ты же все равно не отстанешь, да?

— Ну… силком я тебя, конечно, не потащу. Но когда умру от любопытства и переутомления, начну являться неупокоенным призраком и выть под окнами. Имей в виду, самые занудные призраки получаются как раз из Повелителей Ужаса, — радостно сообщил маг.