История философии. Античная и средневековая философия - Татаркевич Владислав. Страница 50

Эвдемонизм, полагающий эвдемонию наивысшим благом, утверждал, что наивысшим благом не является ни идеальное благо, ни внешнее, ни общественное, — это исключительно совершенство личности. Что же такое совершенство? Эвдемонизм представляет собой обобщенную и несовершенную теорию и пока этого не объясняет. Эвдемонистами были почти все греческие этики, но каждый по-своему понимал эвдемонию. Аристотель усматривал ее в деятельности, которая присуща человеку. А природе человека, с точки зрения рационализма Аристотеля, присущ разум. Поэтому эвдемония содержится в деятельности разума и является основой совершенной жизни.

2. Добродетели. Деятельность разума охватывает две области: область познания и область практической жизни. В соответствии с этим добродетели разумного человека двояки: одни называются дианоэтическими, например, мудрость и рассудок, а вторые — этическими добродетелями, например, щедрость и мужество. В чисто теоретической деятельности эвдемония может быть полной, поскольку действует только разум как наиболее совершенная сила человека. Но жить чистой теорией — это дело Бога, и для человека недоступно, так как ему в жизни необходимо не только знание, но и здоровье, пища, материальные блага. Жить только разумом — это идеал, а не реальная программа, это реминисценция из Платона. Природа человека сложна, и все ее потребности должны быть удовлетворены; человек должен предпринимать практические действия, но речь идет о том, чтобы он их выполнял разумно, а это означает, чтобы он жил в соответствии с этическими добродетелями.

Систему добродетелей нельзя вывести дедуктивно, но ее можно установить на эмпирической основе. Добродетелей столько же, сколько у человека видов деятельности, поскольку каждая деятельность имеет свою добродетель. Например, когда человек имеет дело с внешними благами, тогда добродетелью является щедрость; когда человек преодолевает страх, тогда добродетелью является мужество. Страх как таковой не является плохим, плохим может быть только отношение к нему, лишенное моральной интенции и не соответствующее разуму, когда ктолибо пугается там, тогда и по такому поводу, где и когда пугаться не должно, либо не пугается там, где испугаться бы следовало. Ценным, разумным отношением к страху является, например, мужество; оно является серединой между трусостью и дерзостью. Щедрость также является достаточно удачным отношением к внешним благам, она есть нечто среднее между расточительностью и скаредностью. Подобным же образом в каждой области можно и необходимо обнаружить соответствующую «середину». На этой основе Аристотель определил добродетель как «стремление сохранить середину». Это была «теория середины», наиболее известная из этических теорий Аристотеля.

Добродетель, понятая таким образом, удовлетворяет потребностям разума. В любом случае человек не только разумное, но и телесное существо. Удовлетворение телесных потребностей требует иногда таких внешних условий, над которыми человек не властен. В силу этого сама добродетель не может гарантировать эвдемонии. Человек не способен полностью овладеть практической жизнью, а теоретическая жизнь, которая удовлетворяет эвдемонии, ему недоступна.

3. Искусство. Характерным для Платона было то, что он искал более высокую реальность, чем известная нам: над вещами — идеи, над опытом — интуитивное познание, над искусством — пророчество. Особенностью Аристотеля было то, что он отбрасывал эти надстройки как нереальные и иррациональные: отбрасывал идеи, интуицию, а также пророчества как претензии поэтов.

При таком понимании исчезала та двойственность, которую греки видели в искусстве и которую Платон еще подтверждал, разделяя божественно вдохновенную поэзию и обычное искусство, которое является лишь подражанием. Поскольку нет искусства провидящего, есть лишь подражательное. Только при жизни Аристотеля в Греции созрели условия для всеобщей, целостной теории искусства, которая охватывала бы все виды произведений — от поэзии до пластики. Эта первая теория была натуралистической, так как она усматривала основу искусства в воссоздании природы. Аристотель же понимал искусство более широко и либерально; как и в остальных своих теориях он и в эстетике был далек от односторонности. Он включал в произведение искусства не только формальные факторы, но также (особенно в своей теории трагедии) чувственные факторы. Только в более поздние времена эстетики перешли к исключительно одностороннему натурализму.

Сущность аристотелизма. Аристотелизм — это философская доктрина, которая избегала крайних решений и была склонна к признанию той части истины, которая содержится в каждом из них. В метафизике аристотелизм избегал как идеализма, так и материализма; в теории познания как чистого рационализма, так и чистого сенсуализма; в этике — как морализма, так и гедонизма.

В метафизике утверждается, что (вопреки идеализму) нет иных субстанций, кроме материальных, однако (вопреки материализму) основой субстанции является их идеальная сущность; субстанции являются единичными, а сущность их общая. Стремление в единичных вещах обнаружить общую сущность — это аристотелизм.

В теории познания аристотелизма утверждается, что (вопреки априоризму) происхождение познания эмпирическое, однако (вопреки эмпиризму) результаты его рациональны. Эмпирическим путем находить рациональное знание — это аристотелизм.

В этике утверждается, что (вопреки морализму) наивысшим благом является не добродетель, а счастье, однако (вопреки гедонизму) основой счастья является не достижение удовольствия, а деятельность, характерная для человека, которая должна быть разумной и добродетельной. С помощью добродетели достигнуть счастья — это аристотелизм.

Огромно количество тех идей, теорий, рассуждений, которые Аристотель ввел в философию и утвердил в ней. Разделение философии на части, выделение логики как вспомогательной дисциплины и «первой философии» как исходной дисциплины; разработка логики, трактуемой как силлогистика, а также разработка психологии как теории психических сил; сопоставление категорий и принципов (четыре принципа или причины: формальная, материальная, действующая и целевая); новые метафизические понятия: формы, материи, энергии, потенции, сущности вещей; новое понятие Бога как первопричины мира и новое понятие души как формы органического тела; новая теория разума, деление на активный и пассивный разум — все это и множество других научных и философских идей берет начало от Аристотеля.

Последователи Аристотеля

1. Перипатетическая школа. Лицей, основанный Аристотелем, в соответствии с духом последних лет жизни основателя стремился служить исключительно научным целям. В этой связи философские интересы перипатетиков отошли на второй план относительно их строго научных интересов. Теофраст (362–287 гг.), руководитель школы после смерти ее основателя, оставил после себя эпохальные, равные по значению зоологическим работам Аристотеля, работы по ботанике («История растений» в 9 книгах и «О причинах растений» в 6 книгах). Он продолжил также начатые Аристотелем исследования по истории философии: «История физики» Теофраста стала основой всей более поздней греческой доксографии. Евдем из Родоса был ближайшим учеником Аристотеля, известен своими энциклопедическими знаниями, в частности, в области истории математики. Аристоксен из Тарента довел до совершенства античные знания о музыке; он продолжил исследования пифагорейцев, но применил к ним эмпирический метод Аристотеля. Дикеарх из Мессины имел большие заслуги в области географии, истории культуры и политики. В последующих поколениях перипатетиков специальные исследования обретали все больший вес: «александрийские эрудиты» в большинстве своем вышли из этой школы.

В философии перипатетики в целом были верны своему учителю; однако они интерпретировали его учение двояким образом. Одни превозносили идеалистические, платоновские предпосылки его системы, — так поступал, например, Евдем, делая акцент на трансцендентности Бога и разума. Другие, в свою очередь, напротив, стремились вытеснить платоновские элементы из аристотелизма. Это второе направление брало свое начало от Теофраста, но наиболее решительное выражение нашло у Стратона из Лампсака, который после Теофраста стал руководителем школы (287–269 гг.) и был, возможно, наиболее самостоятельным мыслителем из всех, кого дал Лицей. «Стратонизм» был материалистической интерпретацией Аристотеля, отрицающей существование нематериальных и трансцендентных объектов: не существует форм вне материи, нет Бога вне природы, нет разума вне способности постижения.