Второй курс (СИ) - Юрченко Сергей Георгиевич "Raven912". Страница 43

Гермиона Грейнджер... Как же мне завидно... И если раньше я завидовала тому, что с ней оказался Гарри Поттер, национальный герой, Мальчик-который-Выжил, то теперь я завидую их отношениям... Вот бы мне найти того, кто будет так же относиться ко мне, защищать, беречь, и прилагать все усилия, чтобы порадовать... Перед глазами всплыли картины с празднования дня рождения Гермионы, куда пригласили и меня.

Шашлыки, подарки, пикник на берегу Черного озера... Такого я никогда не видела. Возможно, потому, что у нашего семейства давно уже нет домового эльфа. А может быть, тут сыграла главную роль скорее собравшаяся компания... Гарри, Гермиона, Малфой и Гринграсс (вот до сих пор не могу заставить себя называть их по именам), Луна и Асти... Радостный праздник, устроенный Гарри, для меня отдавал горечью, но даже эта горечь несла в себе оттенок радости.

Но самым приятным событием во всем этом не богатом на радость году, стало общение с Луной. Нет, знакомы мы были и раньше, но... «Тебе ни к чему общаться с этой лунатичкой». Мама... может ты и желала мне добра, но ты ошиблась. Луна Лавгуд... она странная, очень странная, и понимать ее нелегко. Но она добрая, и умная. И, частенько, если я запутываюсь в неудобопонятных фразах, которые приходится учить на трансфигурации, или не понимаю объяснений профессора Снейпа, именно Луна — та, к кому легче всего обратиться за помощью. Как мне все-таки повезло, что Гермиона как-то успела познакомиться на каникулах с Луной, и она ехала в одном купе с Гарри... А ведь я могла и не заговорить с ней сама... Впрочем, повезло не только мне. Как выяснилось, оградить своих детей от общения с «этой ненормальной» постарались практически все родители. Так что на своем факультете у Луны не было друзей, и только факт близкого знакомства с Гарри и его широко известная злопамятность мешали развернуться настоящей травле.

Да и Астория Гринграсс... Как не бесился Рон при виде того, как я общаюсь со слизеринкой, но убедить меня в пагубности этого общения он так и не смог. В отличие от своей старшей сестры, Асти — веселая и непосредственная, легко сходилась с людьми... но оставалась при этом «девочкой-загадкой». Как ни странно, но из четырех моих братьев, присутствующих в школе, только Рон находил что-то предосудительное в общении со Асти. Близнецы, сами пообщавшись с младшей Гринграсс, были в восторге, и искренне поблагодарили меня, презентовав кое-что из своих обширных запасов. Перси же был настолько поглощен общением со своей новой подружкой, Пенелопой Клируотер с Рейвенкло, что совсем ни на что не обращал внимания. Но Ронни старался за четверых. Может быть — Вопиллер, присланный ему после эпического приземления прямо в объятья Гремучей ивы, из которых его извлек профессор Снейп, а может и еще что-то, но Рон старался за четверых. Он не остановился даже перед тем, чтобы описать мои «неподобающие» знакомства в письме маме. После этого Вопиллер получила и я. Но если Рон думал, что это заставит меня поссориться с Асти — то он глубоко заблуждается! Вот!

— Рыжик! О чем задумалась?! — Устроившись у камина, Гарри с Гермионой обратили внимание и на меня... Впрочем, Гарри тут же получил шутливый подзатыльник.

— Она не рыжая!

— А какая?

— Она — янтарная!

— Думаешь?!

— Я не думаю. Я — анализирую!

После этого коротенького диалога парочка весело рассмеялась. Только вот я снова поймала эмоции... и в них было не только веселье. Есть у этого разговора какой-то подтекст, какой-то смысл, не понятный непосвященным...

— У вас гербология была? — В принципе, можно и не спрашивать: ребятам еле удалось отмыться. Но надо же как-то поддержать разговор?

— Ага! — Гарри широко и беззаботно улыбнулся. Только вот почему мне видится за этой беззаботностью — холодный и безжалостный росчерк клинка? — Опять мандрагоры пересаживали. Чтоб им! Третий раз уже!

— Не ври. — Гермиона возмутилась таким отношением к учебным заданиям... но все равно было видно, что возня в земле и ей не в радость. — Только второй. Их раз в два месяца пересаживают. Первый раз в сентябре, второй — сейчас.

— А мне вот нравится гербология. — Фыркаю я.

— О! Тогда тебе — к Невиллу. Он у нас главный специалист-герболог на курсе. Его даже хищная дракена слушается беспрекословно!

Конечно, у Невилла — не самая лучшая репутация... но у кого из тех, кого я могла бы назвать друзьями — он хорошая? Начиная от шалапутов-близнецов, и до Гарри Поттера, Мальчика-который-Выжил, про которого после устроенного им концерта по заявкам на серпентэрго по факультету ходят такие слухи... Тем более, что в конце прошлого года Невилл за что-то махом отхватил сорок баллов наравне с Гарри и Гермионой. А, как я уже убедилась, получить разом сорок баллов — не так уж просто... да что там — почти невозможно. Рон тогда двадцатью гордился до невозможности!

Ну вот... кого вспомнишь.... В гостиную ворвался Рон. Такой же перемазанный. Но в отличие от Гарри с Гермионой — отнюдь не поспешил привести себя в порядок, но кинулся к нам.

— Гарри! Нас Почти Безголовый Ник приглашает на годовщину смерти!

— Когда?

— Прямо на Хеллоуин, представляешь?

— Отлично. Джинни, пойдешь с нами?

Годовщина смерти.

Я усмехнулся про себя, глядя на расширенные глаза Джинни. И вправду, поведение Рона представлялось более чем странным: он яростно сопротивлялся приглашению Джинни, но, почему-то вполне индифферентно отнесся к предложению Миа пригласить Драко и Дафну. Что-то тут было... ярко выражено не так!

Празднование годовщины смерти Почти Безголового Ника планировалось в одном из подземелий, находившихся в общей части Хогвартса. Так что вся наша компания собралась в Большом зале, и дождалась самого юбиляра.

— Зачем отмечать день, в который умер? По мне, так это смертельно мрачно... — Хотя приглашение передал именно Рон, но идти ему самому туда явно не хотелось. Кажется, одержимость уже начала проявляться.

— Очень просто, Рон. В этот день умер человек Николас де Мимси-Порпингтон, но родилось привидение. Так что мы идем на празднование Дня Рождения. Пятисотлетний юбилей, не кот начхал!

При упоминании кота Ронни вздрогнул. Неужели и сейчас он нацелился на миссис Норрис? Впрочем, теперь, в связи с явно усиливающейся одержимостью, я запретил ребятам читать Ронни, и не делал этого сам, чтобы не подавать дурного примера. Надеюсь, что о серьезной опасности с его стороны нас предупредит Кай.

Впрочем, еще одной зацепкой, указывающей на то, что Ронни (или Том) что-то задумали — служило присутствие на грани восприятия маячка, установленного мной на мантию, которую Рон так и не вернул мне еще с прошлого года. Хотя... Думаю, если Том решится ей воспользоваться — мое мнение о нем резко упадет. Уж Темный лорд точно должен разобраться в количестве маячков, которые Дамблдор напихал в этот артефакт.

По мере спуска по лестнице, мы медленно погружались в Навь, подходя к Вратам Серых пределов. Ребят затрясло от страха, навеваемого Царством Мертвых... но Рон и Джинни списали это на снижение температуры по мере спуска в подземелья. Я же прикрыл свой Внутренний круг, пользуясь тем, что дар Стража практически в полном объеме вернул мне способности, полученные в результате не самых приятных ритуалов, проводимых во время обучения в Доме Да Гаан Шинзен. Так что мы четверо видели совсем не тоже самое, что двое Уизли. Торжественная красота мира мертвых захватывала дух. В мрачную мелодию вплелся голос Стража Порога:

— Приветствую тебя, юный Странник, и твоих спутников.

Мы склонили головы. А Джинни с трудом удержалась от того, чтобы зажать уши:

— Что это? Как будто тысячи ногтей скребут по огромной школьной доске!

— Должна же на годовщине смерти играть музыка? — Разумеется, Почти Безголовый Ник не услышал голоса Цербера.

Джинни дрожала. Кажется, ей было нехорошо. Но ее присутствие было нужно мне... Да и алиби на случай слишком уж активных действий Тома — неплохо было и сохранить. Так что я попросил Дафну сдвинуться поближе к Седьмой Уизли, что помогло частично накрыть рыжую аурой Темного Круга. Девочка слегка успокоилась, что вызвало удивленный взгляд со стороны Рона. Похоже, Том догадался, что среди присутствующих есть как минимум один некромант. Будем надеяться, что он спишет это на неосознанный Дар. Впрочем, сам Том справлялся с защитой своего одержимого не хуже: Рон даже не морщился при виде призраков изысканных призрачных яств, которые для смертного смотрелись бы как «умершие» — то есть, испорченные продукты.