Маска бога - Ходжилл Пэт. Страница 17

«Минус два, осталось одиннадцать», — сказала Норф. А тринадцать — чего?

Но мысль уже ускользнула. Дул ветер, сияла луна, а она стояла здесь, на том самом месте, где у ее ног упала Эрулан, сраженная ножом наемника из Гильдии Теней Башти. Когда этот мальчишка откроет глаза, возможно, они будут желтыми, как у убийцы Эрулан. Возможно… Возможно, она должна подождать и увидеть…

Глава 3

«Это все моя вина», — думала Джейм, препровождаемая своими «тюремщиками» на второй этаж, в комнату стражников Каинрона.

Конечно, со времен высылки Ганса Каинрон был склонен считать выживших Норфов лишь временным неудобством. То, что Калдан все еще не захватил власть, говорило больше о неожиданных лидерских качествах Торисена, чем о притуплении амбиций Каинрона. Джейм поняла сейчас, что никакой пользы оттого, что она позволила Калистине всю зиму использовать себя как служанку, не было. Неудивительно, что теперь кендары выказывают ей так мало уважения.

Хуже того, они восприняли ее рассказ об убийцах-наемниках как ничего не значащую истерику. Чего еще можно ожидать от сумасшедшей Норф? Их не впечатлил даже капюшон из лиша, снятый с убитого мальчика, — они видели лишь запачканный кровью обрывок материи. Капитан Каинрона только бросила на него беглый взгляд: «В это время месяца, да?» — словно оправдывались какие-то ее подозрения.

После этого Джейм даже не упоминала об Отраве.

По крайней мере, матрона Брендана знает об убийце на галерее. Даже если она не догадалась, что вся их братия проникла сюда, наверняка ее стражники справятся с пленником. Обидно, что Джейм не успела сказать Бренвир о ее капитане, выведенной из строя в детской спальне. Конечно, служанка-кендар знает. Может быть, тревога уже поднялась, но отсюда не слышно ни звука.

Тем временем десятки, посланные на розыски Норф, начали возвращаться. Первый доклад последовал с территории Брендана. Стражников Каинрона все еще не допускали туда, но охранники северного периметра рассказали, что кадетов увели с постов, заперли с той стороны дверей, заманили в колючую проволоку и вообще полностью заморочили какими-то шутками, глупыми и злобными. Несколько кендаров легко ранены, и горничная без сознания после падения с лестницы — ее кто-то столкнул. «Царит страшная неразбериха», — с досадой сказала охранница, обеспокоенная разрушениями и нападением неуловимых атакующих.

— Ну мы-то положили этому конец, — заметила капитан Каинрона, бросив короткий взгляд на Джейм.

Но «это» не прекратилось.

— По Тропам Призраков движется свет, — отрапортовала десятник. — Блуждающие огоньки, как в старые дни, когда Ардет не позволяла нам ходить туда. Но на этот раз мы все разведали. Никого. Развалины и тени.

Тени фигурировали и в следующем докладе, от тех, кто пришел с территории Эдирра, но они распространились и на юг, к Даниору. Кажется, они ползали повсюду, наскакивая на каждого встречного, но принося не много вреда. Поодаль их держали только яркий огонь или ветер, пробравшийся внутрь и без устали мечущийся по залам.

«Они ищут меня», — подумала Джейм.

Если бы она не провела эту ночь в необычных местах, скрываясь от Калистины, убийцы давным-давно настигли бы ее. Если она и вправду единственная, кто сегодня рискует головой, возможно, лучше будет остаться в этой залитой светом комнате, подальше от всяческих теней — любого вида. Пусть Отрава охотится на охотников, если ему хочется. Благодаря Каинрону она вышла из игры и находится в безопасности.

Но пальцы, затянутые в черную кожу перчаток, нервно барабанили по ручкам кресла, сжимались в кулаки, успокаивая сами себя, и вновь принимались постукивать.

Капитан тоже начала терять терпение. Прошел слух, что в качестве завершающего акта неповиновения служанка миледи повесилась на собственной косе. Вообще-то, странно, что Калистина, кажется, винит во всех злоключениях вечера эту Норф, Джеймс. Стоило ей услышать о пленении девушки, она яростно потребовала, чтобы стражники доставили беглянку в ее покои, прихватив все инструменты для пыток, которые окажутся под рукой. Капитан мягко предложила, чтобы миледи разобралась с непокорной тут, на нейтральной территории. Калистина, однако же, категорически отказалась. Джейм было неясно, кто победит в этих пятнашках, воин-кендар или дочь лорда, тренировка или власть. Она чувствовала себя костью, которую тянут в разные стороны две подравшиеся собаки.

А тем временем последнее, тщательно сформулированное устное сообщение капитана осталось без ответа.

— Что, — проворчала она, — больше никаких попыток нажаловаться папочке? Наша гонец, должно быть, провалилась в какую-нибудь дыру. Кадет, пойди посмотри. Нет, никаких дырок не было.

— Я нашла ее у подножия потайной лестницы, а на вершине — еще один моток этой чертовой проволоки, — доложила кадет, вернувшись с побелевшим лицом. — Она мертва.

Выдохнув ругательство, капитан повернулась к Джейм, но посланница удержала начальницу за рукав — от ее пальцев на ткани остались следы крови.

— Офицер, она не упала. Кто-то перерезал ей горло.

В этот момент Тишшу набрел на комнату стражи. Он прошмыгнул между капитаном и кадетом, заставил плясать язычки пламени свечей, колыхнул гобелены. Все комната была затянута драпировками, разнообразящими яркими картинками жизнь кадетов, да и вышили их в долгие часы досуга многие поколения стражников Каинрона. У занавесей было и практическое назначение — останавливать сквозняки, с которыми они до сих пор вполне справлялись: кендары всегда работали на совесть. Так что Тишшу оказался тут в западне. Джейм заметила его приближение по ряби на гобеленах, а потом ветер все-таки нашел щелку между двумя холстинами и стал дергать ее за юбку.

«Выходи и поиграй, — наверное, хотел он сказать. — Выходи и поиграй».

Комнату наполнили резкие приказы и бурная деятельность, о пленнице забыли. Джейм проскользнула между занавесями, добравшись таким образом до самой двери, и вырвалась в зал, так никем и не замеченная.

Если она — главная цель, то почему же зарезали другую? Из того, что девушка слышала, она поняла, что Гильдия Теней считает непрофессиональным убивать кого-либо без оплаты. Однако, принимая во внимание возраст этих будущих убийц, возможно, речь идет не просто о возобновлении старого контракта: возможно, у них кровавая миссия. Если так, каждый из тринадцати намеревается сегодня убить человека, некотором образом открывая себе «сезон» в Готрегоре. И все же не захотят ли они убедиться в ее присутствии здесь прежде, чем слишком явно заявить о своем присутствии? По логике, да; но, несмотря на все их преимущества, они все же щенки, первый раз спущенные с цепи и теперь дико резвящиеся. Пока она сидела в безопасности в комнате стражников Каинрона, один из них потерял терпение и зарезал кадета, не догадываясь, насколько быстро могут найти тело.

Черт! С этим надо что-то делать.

Первое — спуститься в уютный подвальчик, выделенный для нее Калистиной. Если негодники любят острые игрушки, у нее тоже есть для них кое-что и в случае чего она колебаться не станет.

Тесная комнатка была перевернута кверху дном. Костяной Нож исчез.

Проклятие.

Предметы, наделенные силой, что-то слишком часто попадают к ней в руки и так же вырываются — это нервирует. Хуже того, если за этим обыском и вправду стояла Гильдия Теней (как же им не к лицу опускаться до кражи), это означает, что кто-то точно указал наемникам, что этот труднодоступный отдаленный закуток (бывшая кладовка для веников) — ее.

Предательство.

Она вспомнила бредовые речи Ганса об измене в замке в Гиблых Землях ночами, когда никто не спал. Глупый Каинрон, интриган Ардет, честолюбивый Рандир, вся кровавая сеть друзей и врагов, запутавших его и втянувших Дом в разруху. Сейчас, тридцать четыре года спустя, кто из беспорядочного переплетения нитей прошлого захотел, чтобы дочь Серого Лорда умерла?

Она может остаться здесь, где охотники уже искали, или бежать в пустые залы, как Тьери…