Жена для наследника Бури (СИ) - Вознесенская Дарья. Страница 21
— То есть, когда эра Джан-Ари согнуло — это он перерожденцев почувствовал?
Хм, и чего все вдруг уставились сначала на Бежана, а потом в пол?
— Не совсем, но…Что-то в этом духе.
Угу. Так я и поверила.
Как же я устала от недомолвок!
И просто устала.
Потерла виски и вздохнула:
— Если она у меня такая, эта магия — как Стэр ничего не заметил? Я совсем не понимаю, что такое магия перерожденцев. Она чем-то отличается?
— Я мог и не почувствовать, — Стэр тоже вздохнул, — Стася, я не так уж и врал тебе — я исследователь. В отрядах Бури ведь не только воины в чистом виде. И я не развивал особо некоторые навыки, в частности, умение принимать энергию и мыслеобразы….
Я совсем запуталась, но предположила, что речь идет о том, чтобы видеть магическое сияние и поглощение, о котором мне говорил господин Кавтар.
Надеюсь.
— Так в чем особенность?
— Вы знаете, кто такие перерожденцы?
Снова Мер.
— Ну…маги, которые отказываются подчиняться императору и строят всякие козни…
— В целом — да. Но с отказом от подчинения они фактически отказываются и от внутреннего источника энергии…
— Не поняла?
— Наш мир полон магии. Конкретно — Джандарская империя. Это потому, что мы соблюдаем заветы богов и следуем проявленным линиям. Магическая энергия наполняет все вокруг — и самих магов и окружающее их пространство. И кровь — квинтэссенцию рода. В пустошах этой энергии нет. И «перерождение» — это отказ от рода и наполненности собственной силой. Это происходит по воле Ока. Человек исчезает из книги родов, теряет силу… и вынужден её заполнять или восполнять. Покинувшие империю маги вынуждены искать другие источники — вспомогательные средства, места силы, и даже… других магов.
— Есть возможность забрать энергию?
— Да. Приводящая потом, зачастую, к смерти тех, у кого её забрали.
— И то, что вы чувствуете во мне…
— Похоже.
Я кивнула, принима такую версию, и рассказала — насколько возможно подробно, но осторожно — о своей магической силе, о том, что она проявилась недавно, что именно мы обнаружили с Леманом и как я учусь всем этим управлять.
Брюнеты, почему-то, пришли в восторг, Стэр сделался задумчивым, а Бежана продолжало дергать на некоторых моментах моего рассказа о том, как я «пожирала» магию. Но зато больше никто не хотел меня распять. Правда, дальнейших объяснений я также не услышала.
Под конец я чувствовала себя совершенно выдохшейся — но главное мы прояснили.
Может, все-таки меня отпустят?
Мне нужно было сесть в спокойной обстановке и разложить по полочкам произошедшее…
Я чуть прикрыла глаза и покачнулась.
Кажется, мужчины заметили это, и Стэр встревоженно обратился ко мне:
— Стася…что-то не так?
— Устала. И я… голодна жутко. С обеда ведь не ела, а за ужином мне помешали.
Пауза.
И мрачный голос императорского сына:
— Я провожу в твои покои и распоряжусь об ужине.
И так это было сказано, что понятно — возражать мне не стоит. От слова совсем. Да и сил на возражения у меня уже не было.
Меня действительно проводили — все вместе — и это было снова жуть как странно. И даже проследили, что я съела безумно вкусный и густой суп, и только потом оставили одну.
Подумаю об этом завтра.
Я, не раздеваясь, рухнула на кровать и моментально отключилась.
Чтобы проснуться от чуть визгливого голоса:
— Так-так, и что ты, дрянь, делаешь на моей кровати?
Глава 10
Что я делаю? Где?
Я резко подскочила на кровати, и чуть не застонала.
Хотя у меня было ощущение, что поспала я достаточно, голова раскалывалась. Ну это заклинание мы знаем.
Стало тут же легче.
Кое-как разлепила глаза и с удивлением посмотрела на красивую и богато одетую девушку, которая в бешенстве нависала надо мной.
Разве можно врываться в комнату к другим людям? С другой стороны, она сказала, что это её комната…
Этот мир доконает меня своей непредсказуемостью!
Мельком глянула на место своей ночевки — вчера не до того было. Роскошно убранные покои в золотисто-коричневой гамме, огромная кровать с пологом, на которой я лежала, и окна за тяжелыми шторами, сквозь которые пробивался яркий утренний свет.
Не похоже, что здесь кто-то живет. Как номер в гостинице — чуть вычурно, красиво и безлико.
Снова повернулась к девушке. Это была очень красивая, породистая блондинка, разряженная в шелка, весьма откровенно открывающие грудь, плечи и ноги ниже колен. Несколько чрезмерно для утра. Раз называет меня на «ты», да еще оскорбляет вот так, с налету, значит, из благородных — и уверена, что я этим благородным не принадлежу. По внешнему виду определила? Или знает всех местных, дворцовых?
По-хорошему, исходя из моего положения, я должна была вежливо объяснить, что именно я делаю, но…
— В вашей? — уточнила я. Может это дочь императора?
— В моей, — прошипела блондинка, — Я должна была занять покои фаворитки, и как только узнаю, кто из заклинателей тебя притащил сюда в обход меня, он меня пожалеет…
Заклинатели у них значит таскают девушек. Хотя бы не фокусники и на том спасибо.
Хм, фаворитка. Так называли любовниц высших и императорского рода. Благородных, кстати, девиц, — насколько я поняла из сплетен местных кумушек, не возбранялось даже невинность отдать принцу. И такие вполне замечательно потом выходили замуж.
Я снова посмотрела на огнедышащую эрту.
Невинностью тут и не пахло. Значит, она уже любовница… Бежана? Скорее всего, да.
Мне вдруг сделалось брезгливо. Надеюсь, простыни тут меняют регулярно? Впрочем, она вроде еще не успела сюда перебраться…
Но уже нереально раздражала.
— Заставите «пожалеть» наследника? — спросила я, наконец, с преувеличенно угодливым любопытством и с радостью увидела, что лицо блондинки вытянулось.
— Вот как… Но я этого так не оставлю! Он мой, понятно? — она ткнула мне в грудь наманикюренным пальчиком и, взметнув юбками, вылетела из спальни.
Я вздохнула и огляделась.
Ужасно хотелось в туалет, умыться и поесть — ну и найти Стэра и выяснить, когда я могу убраться отсюда. Но пока было непонятно, как это осуществить. Рядом я не заметила ни колокольчиков, ни шнурков для вызова слуг — а ведь должен кто-то обслуживать эти покои.
Раздернула шторы. Ого. Вид на Имерет из овальных окон потрясал. Но мне было не до любований.
Я обследовала комнату и обнаружила изящную дверь, которая вела в ванную комнату — а в ней нашелся закуток и для туалета — обставленную не менее роскошно, чем спальня. Причем все здесь было сделано будто для двоих. Слишком большая, утопленная в пол ванна, два кресла со столиком посередине, что-то вроде массажной кушетки.
А неплохо живется фавориткам.
Умылась, поправила платье и почувствовала себя лучше.
Я вышла из спальни и оказалось в довольно большой и симпатичной гостиной, которую помнила по вчерашнему дню. Окна в пол с добротными, медными рамами. Причудливо украшенные медными же трубками камин. Что-то вроде клавесина. Книжный шкаф. Ну и множество кресел, пуфиков, обитых плюшевой тканью, столиков и даже большой полукруглый диван.
На одном из столиков обнаружилась вода и фрукты. На завтрак не похоже, скорее всего, они там всегда стоят.
И снова ни шнурка, ни колокольчика.
Выпила стакан воды, выглянула из-за дверей наружу — длинный, украшенный гобеленами и стальными ажурными вставками коридор — стражников не видно. Получается, можно спокойно заходить и выходить? Блондинка же как-то попала ко мне, значит никто меня не держал взаперти — и не охранял.
Мне следовало подумать.
Я вернулась в гостиную, села в одно из кресел и сосредоточилась.
Итак, что мы имеем.
Первое и самое опасное — непонятную заинтересованность со стороны высших. Человеческая история показывает, что подобная заинтересованность для женщины никогда не заканчивалась ничем хорошим. И дело было не только в перерожденцах, с ними мы, надеюсь, разобрались.