Удачная неудача Солнцеликого (СИ) - Штефан Елена. Страница 22

— Да как ты смеешь брать мои бумаги?! — Ну так и знала, что он сначала зашипит, потом только разбираться станет, вот же ж, ар-рис-стократ!

— Да так же, как тот, кто у тебя под носом ворует и путанные циферки тебе подсовывает, — бедный Ваен, служанка в штопаной юбке ему на тупость указала, преспокойненько так, да еще условия ставит, — и не кричи, если хочешь, чтоб я подставы нашла.

Старик Гунар звонко хлопнул по столу, явно имея что сказать, но его опередила Сара.

— Вы гос-сть, гос-сподин Кер, не с-сабывайтес-сь, — ну, вот, призрака расстроили. Опять бедняжка, пришептывает. Может, подкормить? Но получила решительный отказ. Интересно, откуда во мне так много этой синенькой энергии, сколько бы Саре ни скармливала, на самочувствии это никак не отражалось. Гунар смотрел во все глаза.

— Удивительное доверие между вами, дамы, — старик с удовольствием наблюдал за нами и улыбался так светло, что даже морщины на его лице казались красивыми.

— Нина, а что тут написано? — Это Кира демонстративно сунула нос в мои таблички, намекая, что Ваен опять остался в одиночестве со своими капризами.

— Ты испугалась! Почему? — Конечно, Сара немедленно отреагировала на мой эмоциональный фон.

Потому что я клиническая склеротичка и все графы в таблицах заполнила по-русски. Практики в местной клинописи, напоминающей смесь тайского и элементов языка программирования, у меня не было, читала бегло, а вот попрактиковаться в письме не догадалась. А-ащщ!

Часть 17

Кира замерла с листком в руках, Сара затрепетала своей многослойностью, поняв, что привлекла ко мне нужное внимание. Они-то ни в чем не виноваты, это я допустила эпическую глупость.

Ваен тоже ухватил одну табличку и разглядывает ее с неприкрытой издевкой, дескать, наглая девка сама себе яму вырыла, пытаясь за умную сойти, а сама только дурость свою и показала. Пожалуй, он абсолютно прав, это я, по давней привычке мужиками командовать, взяла неверный тон. Одичала среди работяг.

— Прости, Ваен. Я увлеклась и не спросила твоего разрешения. Но, с цифрами могу помочь, уж поверь. А что до остальных твоих претензий, не обессудь, задеть не хотела. Но и себя обижать не позволю. Пусть, я скромная вдова, но я у себя дома.

Остальное, дружок, сам додумаешь. И нечего меня взглядом гнуть, дорогой гостенька, который хуже татарина, уступать в гляделки не намерена. Ух, какие у тебя глазки, действительно, тёмные. Один серый, второй серо-зеленый. Как интересно, кажется, человек с такими разноцветными очами называется мозаик.

— Ты тоже права, Нина, гость не должен командовать и требовать.

Ладно, я не гордая, могу и за куцонькие извинения принять. Похоже, что-то дошло до товарища сквозь всю эту спесь. Только девочек моих разволновал. Кира, вон, за Сару спряталась.

Лишь Гунар расслабленно сидел на своем месте и наблюдал за происходящим с мудрой насмешкой.

— Нам всем пора отправляться по своим делам. — Объявил он поднимаясь. Уфф, объяснения моей промашки с табличками откладываются.

— Но вечером, — Ваен упрямо насупился, — я рассчитываю получить обещанную помощь. Я сейчас я иду с вами, мне коня надо проведать.

Господи, или тот, кто меня сюда приволок, это он со мной собирался идти? Полчаса пешком до рынка? А я с бидоном супа? И что, он опять собирается здесь ночевать?

Подлетела Сара и коснулась лица этой своей энергетической эманацией. Ласково-ласково. Спасибо, Сара, что попыталась приободрить, а то с самоконтролем что-то совсем беда.

Мое появление в рыночной униформе — дорогом плаще, хорошей юбке и, главное, тюрбане, который уже стал моей визитной карточкой, аристократик наш натурально рот открыл. Ну, хоть от комментариев воздержался, и то хлеб. Я перед ним как будто виновата в чем-то, потому и с раздражением справиться никак не получается. Но, сейчас не до самокопаний. Срочно нужно восстановить душевное равновесие и быть приветливой. У меня рекламная акция!

Ваен, как только мы вышли на людное место, нанял крепкого подростка-носильщика, освободив меня от ноши. Пока спускались и я несла груз, он развлекал всех, ненавязчивыми пояснениями. В бумаги нос он сунул именно потому, что заподозрил неладное. Заметил, что приток его личных средств заметно оскудел, а потому и предпринял это путешествие, чтобы осмотреться на месте и заодно проверить, насколько честно указаны цены закупок в печально знаменитом гроссбухе. И, таки да, у него две небольших рыбацких шхуны. А что, я, и вправду, во всем этом разбираюсь?

— В товарах — нет, — мое честное признание вызвало торжествующую улыбку, — а считаю быстро и наверняка.

Далее последовал аттракцион «подлови Нину на ошибке». Да чем бы гость ни тешился, лишь бы про странные буковки не спрашивал. Так и дошли, слава тому, кто меня стырил.

А потом, на солнышко помолясь и скомандовав себе «апорт», приступила к сегодняшней миссии.

Бад гордо прошелся со мной по всему оружейному ряду, безропотно таща в заплечной корзине укутанную бадью с рекламным угощением.

Побалуй-ка вкусным утробу, горячей похлебки попробуй!

Всем желающим угоститься я наливала черпачок в подставленную тару, чаще всего в кружку, и, мило улыбаясь, приглашала завтра в это же время перекусить большой горячей порцией около лавки Дука и Бада. Торговцы охотно угощались, благодарили, даже заигрывать пытались, чем приводили меня в несказанное изумление, вот я и тупила, отвыкла от мужского интереса, уже лет — цать как, вот и не могла сдержаться. Уж не знаю, что там отображалось на моей мордочке, но пара мужиков отшатнулась, правда, не забыв свою халяву.

Бадейка опустела, и провожатый мой счел, что был вежливым достаточно долго.

— А вы что, правда с призраком живете? И он вас не трогает? А какой он? А почему других трогал?

Как я могла забыть? Знала же, что расспросы неминуемы, чего уж теперь. Уверена, что Киру в мэрии также мучают.

— Правда, Бад, все правда. И не он, а она. Ее зовут…

— Сара Фукеш, я знаю, — Бад был весьма собой доволен.

— Ну, так вот, она Дух дома, а не какой-то жалкий призрак. Понимаешь? И нас с Кирой она не трогает, потому что мы с ней подружились. Сара очень милая и заботливая.

— Ну-у! Скажешь тоже, заботливая! Сколько людей померло!

— Сами виноваты! — мой жесткий окрик несколько сбил патетический накал обвинений. — Сара нападает только тогда, когда ей или дому угрожают! Ну, и еще, за нас с Кирой заступится может. А в остальном, она замечательная.

— А ходят слухи, что она незваных гостей ест!

— Да? Я что-то ни одного трупа или скелета не видела! — Этот тупой разговор уже надоедать начал. — Слушай внимательно, Бад, второй раз повторять не стану и за пустую болтовню спрошу! Сара не ест, тем более людей. Она питается энергией эмоций. Запомни, но не трепи языком. Если кто в дом сунется, получит не только отнее и от Киры, но и от старика — мага. Он теперь будет жить с нами.

Вот ведь! Какой нервной я вдруг стала! Какого демона я на бедного парнишку накинулась? Надо исправлять. Обнимать посреди базара не стоит, но по руке-то погладить можно.

— Хочешь, я вас с ней познакомлю? В гости придете? Вот только с Сарой договорюсь. Стряпни моей попробуете, а?

Кажется, пронесло. Обиду удалось развеять. Не хватало еще с братьями рассориться!

А в мастерской уже топтались Гунар и Ваен. А этот-то откуда взялся, он же в конюшни ушел?

Кира хвасталась. В кожаном фартуке, с черной банданой на светлых волосах и раскаленным прутом в руке, она выглядела счастливой. Синие раскосые глазищи горели удовольствием и торжеством. Этот фокус я уже знала, точнее, сама и научила. У толстого железного прута, местного аналога лома, прикаливался только рабочий кончик, жало. Кире удавалось разогреть металл равномернее, чем в горне. А с силой нагрева и временем выдержки они с Дуком еще экспериментировали. Тут у меня был провал в знаниях, только вершки. Зато, я надоумила их записывать результаты.