Во власти пламени - Чернованова Валерия М.. Страница 71
Даже объяснить ничего толком не дал. Даже не попытался меня выслушать и понять!
Смирившись с тем, что с дверью воевать бесполезно, я высунулась в окно, но тут же отмела этот вариант побега. Летать я не умела, а волшебного ковра со мной не было.
Долго вертела в руках камень, что вручила мне морканта, надеясь, может, он подскажет, как выбраться из замка. Но он лишь продолжал тускло мерцать и, казалось, в любой момент мог погаснуть. Если такое случится, будет ли это означать, что Амана уже нет в живых?
От этой мысли я сама покрылась ледяной коркой, а сердце и вовсе готово было в любой момент рассыпаться крошевом.
Была уже глубокая ночь. Родители уверены, что я, сморенная переживаниями, давно уснула. Хевина сюда до утра не сунется, особенно после того, как я грубо себя с ней повела. Но утром уже будет поздно. Помощь мне нужна сегодня. Сейчас!
Отчаявшись, я даже воззвала к морканте, но та безмолвствовала. Ей бы проследить, что я сумею выбраться, проконтролировать, так нет же, сунула камень мне в руки, сняла чары ненависти и отбыла со спокойной совестью туда, где пряталась все это время.
Ну вот что за женщина!
Звери о своем потомстве и то беспокоятся больше.
Звери! Я подскочила на кровати, словно меня кто-то ужалил. Чувствуя, как щеки начинают гореть от нахлынувшего возбуждения, громко позвала:
— Чили! — И быстро добавила: — Мне нужно, чтобы ты привел сюда ее лучезарность! Справишься?
Льорн съехал по колонне балдахина, что-то пропищал негромко. Не знаю, означал ли этот писк согласие, я в языке льорнов совсем не разбираюсь, но Чили всегда меня понимал. Он знал, как мне сейчас плохо, что я схожу с ума от тревоги, и сам тоже тревожился.
Взяв льорна на руки, я поднесла его к окну и усадила на подоконник.
— Найди ее и приведи сюда. Но только ее, — повторила на всякий случай. — Увидев тебя, Анна поймет, что со мной что-то происходит. Должна понять.
По крайней мере, только на нее мне и оставалось надеяться. На нее и на Чили. Больше уже было не на кого.
Полуночная тьма поглотила льорна, тьма безлунной и беззвездной ночи. Как же темно и страшно… И так тихо, аж до мурашек. Я замерла возле окна, считая секунды. Те складывались в минуты: невыносимо долгие, напряженные, когда отчаяние сменяется зыбкой надеждой, а ту в свою очередь снова поглощает страх, что не справлюсь, могу опоздать. Каждый удар сердца, каждое мгновение все больше отдаляли меня от Амана.
Если Чили не отыщет Анну, если она замешкается, если откажется меня отпустить… Слишком много «если».
Не знаю, как сама не сошла с ума от пытки ожиданием, но, когда снаружи раздались чьи-то шаги, приглушенные коркой льда, я бросилась к двери. Снова начала по ней бить и просить, чтобы меня выпустили. Громко, срывая голос до хрипоты.
В какой-то момент все снова стихло, но лишь на короткое время. Вскоре я уже отчетливо слышала голоса за дверью, чувствовала, как под моими ладонями дрожат створки.
Только бы не привели родителей. Только не их.
Когда по льду зазмеились трещины, я отступила на несколько шагов, прижала к груди руки, взывая к милости Ясноликой, а потом облегченно выдохнула. Это была Анна со стражниками и придворным магом.
— Риан, что здесь происходит? — Императрица взволнованно огляделась, словно искала притаившуюся где-то за мебелью опасность или врагов.
— Ваша лучезарность! — Я бросилась к ней и, захлебываясь словами, стала рассказывать о появлении морканты, о выходке Мориэна и о том, как сильно я сейчас нуждаюсь в своей названой матери.
— Я не капризная девчонка, как утверждает ваш сын. Все это время я была под чарами, потому так вела себя с Карраем. Ваша лучезарность, Анна… пожалуйста!
— Риан, родная, но я не могу рисковать тобой, — покачала головой императрица. — Мориэн прав, и…
Но я не собиралась повторять недавнюю ошибку, продолжила говорить, решив, что умолкну только тогда, когда она сдастся и согласится меня отпустить.
— Поставьте себя на мое место. Что бы вы сделали ради его великолепия? Позволили бы ему умереть? Нет, вы бы последовали за ним куда угодно, хоть к хордам в пропасть. — Я заглянула ей в глаза, надеясь отыскать в них проблески понимания, сострадания, согласия. — Не лишайте меня этого шанса. Ни меня, ни Амана.
Некоторое время она молчала, как и ее охрана, и придворный маг. Стражники не шевелились, ожидая дальнейших распоряжений своей правительницы, и я тоже замерла, словно окаменела, лелея в душе последние крохи надежды.
— Твои родители меня убьют, Риан, — хмурясь, наконец произнесла Анна.
А у меня чуть ноги от облегчения не подкосились и сердце из груди не выпрыгнуло от радости.
— Они не узнают, что это вы меня отпустили!
— А вот это уже точно за гранью реальности, — хмыкнула императрица. — И что значит: я тебя отпустила? Мы вместе отправимся искать твоего Огненного. Одна ты точно никуда не полетишь. Это даже не обсуждается.
— Тогда вас убьет его великолепие, — в ужасе прошептала я.
Представив Скальде Герхильда в гневе, испугалась даже сильнее, чем если бы вот прямо сейчас на меня напал обезумевший дракон. Тальден и меня убьет. Родители даже не успеют до меня добраться, Ледяной владыка разделается со мной раньше.
— Он поймет. — Анна задорно улыбнулась, став похожей на юную девушку, мою ровесницу. — Мне не привыкать сбегать из Ледяного Лога. А теперь и ты попробуешь.
— Спасибо! — Я обняла ее крепко-крепко, и слезы, которые так старательно в себе удерживала, потекли по щекам. Отстранившись от названой матери, украдкой вытерла их и тоже улыбнулась. — Я верю, что все получится.
По лицу Анны пробежала тень, но правительница быстро взяла себя в руки и ласково потрепала меня по щеке.
— А мы будем рядом. Подстрахуем, если понадобится. — Обернувшись к своей охране, она велела следовать за нами, а потом снова обратилась ко мне: — Пойдем спасать твоего любимого дракона.
— Он не… — заикнулась было я, но проглотила последние слова.
Сейчас не время копаться в себе и в своих чувствах.
Любимый ты или нелюбимый, но спасти тебя, Каррай, я обязательно спасу. Найду и спасу.
И от дольгаттов, и от тебя самого.
ГЛАВА 25
Побег из императорского замка проходил под покровом ночи, в полнейшей секретности. Я очень боялась, что, покидая Ледяной Лог, мы столкнемся с Мориэном (сомнительно, что после нашей ссоры он отправился отдыхать) или еще хуже — дорогу нам преградит его великолепие, суровый и непреклонный. А может, откуда-нибудь из-за угла выскочат родители, наделают шуму, и опять же о нашей авантюре станет известно Скальде Герхильду.
Но никто не спешил вставать у нас на пути. Редкие стражники, что патрулировали замок, почтительно расступались перед ее лучезарностью и, даже если и задавались вопросом, куда это мы собрались, виду не подавали.
К своей личной охране и магу Анна присоединила еще двух солдат из дозорных. Просто велела им следовать за нами, и те сразу повиновались. Хорошо все-таки быть императрицей.
Когда-то в своих самых дерзких мечтах я представляла себя на ее месте, на троне возле Мориэна. Долгое время была уверена, что влюблена в него, и страдала от неразделенной любви, а теперь вдруг поняла: мне просто нравилась эта моя мечта. Нравилось жить в сказке, в которой я выходила замуж за прекрасного принца и сама становилась принцессой. Но сказка уже давно закончилась, развеялась иллюзия чувств. К нему я не испытывала даже сотой доли того, что испытала с Карраем и…
На этой мысли я влепила себе пощечину. Не на самом деле — понарошку. Влепила и последовала за императрицей в карету. Камень морканты держала на раскрытой ладони, то и дело опуская взгляд и проверяя, не потускнел ли он. К счастью, подарок Элесбед продолжал мерцать, словно внутри его была заточена песчинка света. Осколок звезды или жизни, что еще теплилась в Амане Каррае.
Жизни, которую я собиралась спасти.
— Думаете, это возможно? — спросила у Анны, когда карета, запряженная фальвами, взмыла в небо — темное, мрачное, зловещее, затянутое грозовыми тучами, рваные клочья которых заслоняли луну и звезды. Лишь отблеск камня пронзал этот мрак, направляя нас по следу Огненного. — Чтобы ари спасла своего тальдена? Я ведь даже не стала его ари, хоть мы и женаты.