Нана (СИ) - Сокол Елена. Страница 78

Догнал меня в два счета.

— Прости, прости, Нана. — Ухватил за талию, развернул к себе и с силой прижал.

По всему моему телу пробежала дрожь. Ладони, все еще горящие от удара, уперлись ему в грудь.

— Уйди, — пропищала беспомощно.

И, чувствуя, что он наклоняется ко мне, начала отмахиваться руками.

— Прости, прости. — Его ладони пробились сквозь град моих ударов и легли на щеки. Стерли слезы, неизвестно откуда появившиеся на моем лице. — Прости. Больше никогда. Никогда. Прости.

Поняла по его глазам, что он говорил правду. Обмякла.

— Он же твой брат… — покачала головой, когда Кирилл вдруг обхватил меня за бедра, легко оторвал от земли и взвалил себе на плечо.

Потащил к домику.

— Больше не прикоснусь к тебе, обещаю, только не убегай. — Попросил, с трудом шагая по мягкому песку. — Я обещал, что с тобой все будет в порядке. Значит, так и будет.

Занес меня в дом. Посадил на лавку. Внутри было тесно: печь, две лавки, кособокий стол. Все из дерева.

Я пугливо поджала под себя ноги. Он сходил за рюкзаком, достал из него кофту Ильи, накинул мне на плечи. Сел рядом. Мы смотрели друг на друга и молчали. Наши груди судорожно вздымались и опадали. Я покрывалась холодом, дрожала всем телом, продолжала всхлипывать, но уже тише.

Кирилл подвинулся и прижался плечом к моему плечу. Глянул на часы, затем уставился на противоположную стену.

— Если я перестану быть чудовищем, у меня будет шанс?

Фыркнула.

— Ты неисправим.

25

Илья

Напряжение зашкаливало, нервы были уже на пределе, но таковы были правила нашей игры. Я следил за Яцыком, люди Геннадьича следили за мной. Пошли уже вторые сутки с тех пор, как мы начали кружить такой веселой компанией по городу.

И день сегодня еще выдался, как назло, жарким, душным. Машина, доставшаяся от автослесаря Пашки, не только не была оснащена такой роскошью, как кондиционер, она без сомнения была создана производителем именно в качестве изощренного орудия пыток. Мне пришлось открыть все окна, но чувствовать себя я продолжал так, словно меня медленно поджаривали на сковороде.

Конечно, старательно делал вид, что изучаю распорядок дня и маршрут передвижения жертвы, а сам в это время сходил с ума от мыслей о Нане и своем брате. Да, о них должны были позаботиться, но меня не покидало ощущение, что я что-то сделал неправильно, что где-то ошибся.

Полдня мне пришлось провести в машине возле офиса Яцыка. Потом он поехал в принадлежащий ему спортивный клуб, затем еще в парочку мест, далее к любовнице в коттеджный поселок, а уже после одиннадцати вечера — вернулся в свой загородный дом в элитном районе на окраине города. Мы, разумеется — за ним.

Оставив машину в пятидесяти метрах от его дома, я заглушил двигатель и принялся ждать назначенного часа. От моего взгляда не укрылся и черный внедорожник, припарковавшийся неподалеку от этого места — в нем сидели люди Мекки. Им, бедным, приходилось колесить по тому же маршруту целый день, без удобств, душа и перебиваясь фастфудом, но у этих громил, в отличие от меня, хотя бы имелся кондиционер и сменная бригада, с который они дежурили по очереди каждые восемь часов.

Вот и сейчас, готовясь к часу «икс», я наблюдал за ними. Иномарка притаилась за поворотом, как хищный зверь. Слилась с темнотой, таила в себе опасность. Будто ждала подходящего момента, чтобы напасть и выпустить когти. Думаю, они должны были убрать меня после того, как я сделаю свою работу. Об этом не трудно было догадаться. Но вот когда именно они это сделают — было неизвестно. Думаю, все зависело только от их шефа.

А то, что меня «страховали» служители закона, никак не успокаивало. Кто может застраховать человека от шальной пули или от куска пластида, закрепленного под кузовом? Правильно — никто. Поэтому каждая минута могла оказаться последней, особенно после того, как все будет сделано.

Я вышел из машины в половину второго ночи. Черная толстовка застегнута под горло, капюшон накинут и плотно прихвачен шнурками по контуру лица. Ступил на неосвещенную часть улицы и медленно двинулся вдоль забора. Надел перчатки, вытер пот со лба. Пульс участился настолько, что в ушах начинало шуметь. Дыхание перехватывало.

Я — мотогонщик, а не долбаный ниндзя. Но прыгать через забор все равно пришлось. Притаился у ограды, дождался того момента, когда охранник, болтающий по телефону, зашел за угол дома, подтянулся и вскарабкался наверх. Быстро, стараясь не светиться, спрыгнул вниз и замер в кустах.

Времени на то, чтобы отдышаться и собраться с мыслями, не было. Выпрямился и, крадучись, направился к задней двери дома. Прошел метров двадцать прежде, чем из темноты выплыла навстречу фигура охранника. Нырнул в кусты и затаился. Бодро общаясь с собеседником, тот прошел мимо.

Свет горел только внизу на веранде и в окне второго этажа. Если я правильно помнил план дома, то именно эта комната и была кабинетом хозяина особняка. Да, непростая задачка. Будь я настоящим киллером, мне бы пришлось нелегко: нужно было повозиться с охраной, собаками, отмычками и прочим, но и создавать видимость тоже было делом нелегким, а что касалось людей Мекки — еще и опасным.

Я достал из кармана заранее приготовленные ключи, которые мне вручили в одном из кафе люди Сергея. Вставил в замочную скважину, осторожно повернул, и дверь поддалась. Сердце оглушительно ухнуло в груди, когда я ступил в темноту помещения.

«Прямо. Направо. Вверх» — вспомнились слова следователя. Стараясь ступать бесшумно, почти не дыша, начал подниматься по лестнице. К счастью, ни одна из ступеней не скрипнула. Мне точно не было известно, кто из обслуги или охраны был в курсе готовящейся операции, поэтому все происходящее было более чем реальным и держало меня в сильнейшем напряжении.

Остановившись у нужной двери, за которой горел свет, выдохнул.

Ну, поехали.

Достал пистолет, сжал в вытянутой руке и вошел. Светловолосый мужчина, сидевший за столом, при виде меня замер и уставился на пушку.

— Время, Илья. — Послышался голос Донских в наушник. — Пройди мимо окна, чтобы мы могли видеть, как мелькнет твоя тень.

— Ты… — Тихо пробормотал Яцык, тяжело дыша.

Видимо, принял меня за Кирилла.

— Нет. — Ответил коротко, делая несколько шагов вперед, чтобы засветиться в оконном проеме. — Просто очень похож.

— Очень, — произнес мужчина и испуганно сглотнул.

— Готов? — Спросил я его.

Он только коротко кивнул.

— Где жена?

Яцык указал головой на стену:

— Ждет у себя в комнате.

— Хорошо.

— Давайте. — Послышался голос Донских. — Скорая выезжает, мы готовы. Работаем.

— Они готовы, начнем? — Спросил я «жертву».

Яцык кивнул и приготовился склонить голову над столом.

Его, как и меня, ощутимо колотило. Я подошел, вытянул руку, прицелился, выдохнул и нажал на курок. Бабахнуло так, что на мгновение заложило уши. Так и пришлось убегать — почти в полной тишине. Вложив пушку в его руку, я метнулся по лестнице вниз. Жена Яцыка, как и было оговорено, выждала пару секунд прежде, чем выйти из своей спальни и направиться в кабинет.

Истошный женский крик раздался, когда задняя дверь уже закрылась за мной. Десять шагов, высокий забор, подтянуться, перепрыгнуть.

Чуть не потерял ключи после падения в кусты на чужом участке, нашарил их руками в траве, сунул в карман и побежал. Тонкие стволы молодых яблонь не могли укрыть меня от посторонних глаз, поэтому приходилось двигаться быстро, буквально на максимальной скорости. Наконец, перепрыгнув через соседскую изгородь, я оказался на соседней улице.

Адреналин зашкаливал, ноги почти не касались земли. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы замедлиться. Идти более расслабленно, дабы не вызывать подозрений. Когда сзади послышались оглушающие звуки сирен, страх едва не парализовал меня. Успел дойти до своей машины, когда мимо пронеслась скорая. Судорожно вдохнув теплого ночного воздуха, завел двигатель. Сдал назад, развернулся и рванул прочь с этой улицы. А черный внедорожник так и остался стоять, затаившись в полумраке.