Пересечь сплошную (СИ) - Литт Ксюша. Страница 42

Кирилл со Стасом, понятно, скорее всего, были еще дружны с самого первого курса, а, возможно, еще и до поступления в институт. Протасов как-то не очень вписывался ни интересами, ни мировоззрением, ни кругом общения к этим двум, но, однако, прибился к ним как нетонущая субстанция в проруби. Он не часто появлялся в здании нашего альма-матер, поэтому ему, вероятно, все равно было с кем отбывать эти скучные бесцельные часы его жизни.

Лерка. Лерку с первых дней учебы я не замечала в обществе ни одного из этих троих. С кем она общалась? В основном с девочками, и, я бы даже сказала, очень тесно. В эти вечно щебечущие стайки она вливалась с легкостью и по большей части их украшала. Несмотря на летящую приторможенность, ее уважали, и любая представительница женского пола из нашей группы с радостью бегала с ней прицепом то в туалет, то в столовую, то к расписанию. Так было, если мне память не изменяла, два года. А в этом году неожиданно вечным спутником ее вдруг стал Крайнов. В уборную, конечно, он теперь ее не сопровождал, но одногруппницы внимание самой изящной девицы нашей группы, несомненно, потеряли. Ну и какие выводы я должна была, исходя из всего этого, сделать? Да любой бы на моем месте подумал, что между этими двумя завязались какие-то близкие отношения. Однако я, получается, ошиблась. В личном плане они явно друг друга не интересовали.

- И все-таки, что у вас с Новиковой, - спросила я у Кирилла, когда мы с ним вдвоем сидели за одной партой в ожидании пересдачи злополучного финансового права. В этот раз зануда Эдик (Эдуард Маратович) принимал зачет устно — лично опрашивал каждого, дотошно и с пристрастием. Большинство студентов в аудитории, уткнувшись в конспекты, используя последние минуты перед растерзанием, зубрили. Мы же с Кириллом, словно камикадзе, понимая, что перед смертью не надышишься болтали обо всем что угодно, но только не по теме предстоящего зачета.

- С Леркой? А что это ты о ней вспомнила?

- Не знаю. Просто. Вы вроде всегда вместе и, оказывается, не вместе. - Я, действительно, сама не знала зачем об этом вспомнила, но мне было очень интересно узнать.

- Вместе — не вместе, - пробубнил Кирилл, покрутил меж пальцев ручку, задумчиво уставившись на препода, пытавшего очередного студента. Я уже успела подумать, что Крайнов либо проигнорировал мой вопрос, либо просто пропустил его мимо ушей. Но он вдруг повернулся ко мне прищурившись: - А ты что, ревнуешь?

От такого неожиданного вопроса я поперхнулась:

- Нет, - поспешила сразу отказаться, старательно избегая так и сверлящего меня взгляда. - Просто спрашиваю.

Отвернулась. Кирилл едва заметно хмыкнул и тоже отвернулся:

- А жаль, - шепотом прилетело вдруг ко мне откровение, сказанное так легко и искренне.

Опешив, я скосила взгляд. Крайнов уже снова смотрел на меня и улыбался откровенно и самонадеянно. Он явно не сомневался, что вот это его: «А жаль...» всколыхнет мое бестолковое сердце. Оно томительно сладко заноет, в ушах поднимется оглушающий от волнения шум, затмевающий все окружающие звуки, а губы не смогут сдержать довольной улыбки. Да именно так обрабатывают наивных дурочек обаятельные мальчики. Все-таки Кирилл реально подыскивал ко мне ходы. Я, конечно, не из этих глупых девочек, но в целом мне, надо сказать, такое заигрывание понравилось.

Хотя вида я не показала. Пытаясь показать равнодушие к явно провокационным словам парня, я якобы сильно заинтересовалась тем, как кто-то беспомощно тонул от сыпавшихся и сыпавшихся вопросов Эдуарда Маратовича. С умным видом старательно и сосредоточенно пялила глаза туда в район стола преподавателя, а сама остатками самообладания прятала в сжатых губах предательскую улыбку.

- Почему жаль? - как можно безразличнее спросила, чуть выждав паузу.

Крайнов пожал плечами и склонил ко мне голову: 

- Потому что ты мне нравишься, - едва щекотным дыханием пробежался шепот по моей щеке.

Я замерла. Вообще-то, подозрения у меня по этому поводу были, однако к такому заявлению я все же была не совсем готова. Флирт флиртом, тем не менее, я не рассчитывала, что Крайнов как танк попрет. Захлопав как идиотка глазами, я повернулась к Кириллу, его лицо оказалось совсем близко. Идеально красивое лицо моего личного божества. Он, затаившись смотрел на меня, выжидая ответный ход или хотя бы реакцию.

Не уверена насколько нужно мне было это признание, но слышать такое, несомненно, было приятно. Покажите мне того, кому не нравятся комплименты, да еще и от такого красавчика. Поэтому тут уже никакая сдержанность мне не помогла - я улыбнулась.

«Все-таки нравлюсь...», - повторила я в мыслях удовлетворенно и тут же зависла, не зная что мне делать с этим осознанием, как реагировать. Честно, не буду врать, у меня даже крохотная идейка проскочила:

«А может, все же попробовать?».

Да-да, был грех. Но эта идея как проскочила, так и затерялась. Из раздумий меня вырвал шумно заскрежетавший по полу стул. Кое-как державшийся на плаву студент не вынес-таки навалившегося на него груза знаний по финансовому праву и утонул. Мы одновременно с Кириллом отвлеклись от созерцания друг друга и уставились на несчастного. С недовольной миной, так и не сдав зачет, тот поплелся из аудитории.

На смену ему к месту пыток сразу же подскочила какая-то девчонка. Не из нашей группы и, кажется, даже не с нашего факультета. А может просто курсом помладше или постарше. Не замечала я просто ее раньше. Крайнов, похоже, тоже ее не встречал. Во всяком случае как на абсолютно новую ни разу не обследованную задницу, уперся он взглядом девчонке пониже спины. И пока не произвел свои дистанционные замеры в «3D» формате, не занес в список осмотренных, так и пялился на неизученный объект. И только потом снова вернул внимание мне.

Интересно, он все еще помнил, о чем у нас пару минут назад шел разговор? Или уже все — потерялся?

Нет, я не зануда. Вообще-то ничего особенного в созерцаниях Кирилла не было. Все смотрят. И мальчики на девочек и девочки на мальчиков. Это природой заложено тут уж ничего не поделаешь. Я вот, например, тоже уже третий год пошел, как заглядывалась на Крайнова. Поэтому и ему не возбранялось. Но… Но ведь не после того, как две минуты назад признался мне в симпатии?

Покачав головой, я открыла тетрадь и уставилась в конспект. Стоило все же немного подготовиться и мне.

Зачет я сдала, Кирилл – нет. Что, в общем-то, и не удивительно – Эдуард Маратович нас запомнил. Кирилл сдулся практически на первых же вопросах. Обозлившийся препод намеревался завалить и меня, гонял по темам долго и упорно, но я все же материал знала, поэтому ему удалось лишь поиграть на моих нервах, но отметку в зачетке я получила.

- Сука он все-таки, - выругался Крайнов, когда мы вышли вместе с ним из кабинета. – Устроить ему темную где-нибудь, что ли?

Я лишь скривила губы от такой глупой затеи.

- По-моему лучше выучить, - осторожно заметила я. Мало ли вдруг и в самом деле вздумает отомстить.

- Ну да, лучше, - хмыкнул он. - Ну что пошли? - кивнул в сторону выхода. - Ты сейчас куда? Домой?

- Ну да?

- Проводить?

- Нет, я на такси.

Кирилл нахмурился.

- Слушай, а может погуляем? - притормаживая, он схватил меня за руку и развернул к себе лицом. Еще и притянул поближе.

«А жаль… Ты мне нравишься», - сразу же всплыло в памяти недавнее признание. Под гнетом лютых истязаний Эдуарда Маратовича попытки подката Крайнова ко мне несколько померкли, а тут снова воскресли. План по обольщению, кажется, решил продолжиться. Кирилл навис надо мной, вызывая своей опасной близостью дискомфорт. Мне хотелось отступить хотя бы на полшага. Разговаривать, когда у собеседника глаза чуть ли не в пяти сантиметрах от тебя очень неудобно. Я глубоко вдохнула, словно мне не хватало воздуха, и перевела взгляд за окно. Крещенские морозы, оправдывая свое название, пришли вовремя. На улице уже второй день температура доходила почти до минус тридцати.