Бойся меня, училка! - Паризьена Евгения Сергеевна. Страница 2
– Что за скандал тут произошёл?
– Записывайте. Я свидетельница. Некий брутальный негодяй напал на несчастную девушку. Вы только посмотрите, что устроило это животное. Раздеть бедную в чудовищный мороз. Да, ему лечиться нужно, – отчаянно я защищала пострадавшую. Зато сотрудник оказался чёрствым.
– Как зовут парня? – фиксировал всё на бумаге.
И напуганная девица сумела произнести заикавшимся тоном.
– Игнат!
– Быков?!Тогда конфликт исчерпан, – повёл себя безответственно.
– Послушайте, он с головой не дружит. Ей ещё детей рожать. Да, какой нормальный парень оставит девушкой голой. Посадите его в обезьянник. Нельзя поощрять подобное поведение!
– Дорогая гостья нашего города! Не влезайте или вам ребра сломают. Фамилия Быков вам ничего не говорит? Советую молчать в тряпочку и поддакивать! Парень просто пошутил! – выгородил его. Поверить не могу, да это абсурд.
– Подкупили. А на справедливость плевать? Предположим здесь оказалась ваша дочь. Тоже же бы закрыли глаза. Вы обязаны его наказать. Требую сейчас же! – обозлилась я, а он даже применил угрозу.
– Хватит орать. Помалкивай или сама окажешься в полиции. Господа, расходитесь! Пьяные студенты повеселились, не стоит раздувать из мухи слона, – врал остальным. И большим свинством оказался хохот омерзительного парня.
– Спасибо, что всяких мымр окунаешь в грязь. Страшилка просто сохнет по мне! – послал мне воздушный поцелуй гадкий Быков. Не передать словами насколько возненавидела. Плохо знает, с кем связался…
На следующий день, отправилась в полицейский участок. Накатать жалобу. Пусть считают сумасшедшей, но прижучу гада.
– Девушка, вы нарочно прикидываетесь? Его не посадят. Он сын влиятельных родителей.
– Этот безнаказанный разгильдяй ответит. Пусть осознает свою вину. Отказываетесь взять заявление. Ладно, я до начальника отделения дойду!
– Суровая какая! Выметайся, твоя никчемная бумага останется в пыли! – выкрикнул напоследок…
ГЛАВА 2
Игнат
Ругань из спальни. Чёртовы предки достали собачиться. Делят имущество. Папаша спит с её подругой, той ещё страшной швалью. В погони за молодость растеряла последние извилины. Бесят все эти сморщенные крали, поэтому в данный момент занимался татуировкой слушая тяжёлый рок. Но внезапно наведался болтун друг.
– Слыхал? Наши обсуждают одну сплетню, – вывел он из равновесия.
– Какую, олухи?
– Приезжая куколка настучала на тебя в полицию. Да, она не из робкого десятка! – озадачил, расхотелось заниматься процессом…
***
Гордая, своенравная, посмела бросить вызов. Прихлопну ногой, оставлю мокрое место. Заставил своих личных крыс прочесать каждый клочок леса.
– Откуда эта паршивая сучка взялась? Чего молчишь?
– Новенькая, наверное. В нашем городе её не видели!
– Выплеснула алкоголь. Смотрю, как у кошки много жизней! Привык таких давить!
– Бык, остынь. Выследим ножки твои целовать заставим!
– Мегера лупоглазая. Видите ли на сочувствие потянуло. Всех изгоев ждут мучительные наказания. Приехала всякая шваль командовать тут! – стряхнул пепел от недовольства.
– Опять, мой демон ворчит. Ну же поцелуй свою кису, – выскочила из тачки сестрица.
– Что бойфренд плохо трахает? – зверски вцепился в её пряди.
– Где же найду такого коварного и дерзкого. Забыл какие у нас отношения. Секс на грани безрассудства! – полезла целоваться, любительница острых приключений.
– Готовься всю ночь лежать враскорячку! – с необузданной яростью промолвил я.
– Трусики специально не надела.
– Дерзкая шлюха, всегда готова скакать на мне! Давай лицом уткнись в подоконник, озабоченная клуша, – своенравно приказал, заводя в дом. У нас часто случались интрижки. Тащилась по сексу со мной…
Наша семейка вся с прибамбасом. Зажиточные миллионеры долго искали приёмных детей. И нам с Леркой посчастливилось попасть к ним. На протяжении десяти лет внушали нам всякую чушь. Родители дебилы. Особенно истеричка мамаша, по ней давно психушка плачет. Делаем вид, что не слышим. И вскоре вхожу в неё грубо, пришлось заткнуть рот.
– Когда сердишься, бесподобно трахаешь! Глубже!
– Развратная выдра! Соскучилась по нормальному члену? – позволял Лерке буквально взвыть.
За две часа сильно её измотал. Вся выдохлась.
– Примем душ вместе?
– Ненасытная. Щель зудит? Мой подаренный вибратор не спасает! – насмехался над ней, но та снова предстала голой. Напрашивается на грубый секс.
– Ласковый засранец. Люблю больше всех. Мы же неразлучны. Оба брошенные! Игнат, согрей меня, – просила о ласке, и мы вместе уставились в окно, где снегопад буквально обезумел.
– Ненавижу сентиментальность. Избавь от подобной чепухи, – раскритиковал её, не вытерплю всякие сопли.
– Бешеный демон. Всё готова отдать! Что насчёт выскочки?
– Ей плакать охота. Так доведу до слез. Превращу в отход! Прочий хлам, который постоянно пинаю ногами, – снова впился в её рот. Наша интрижка обещает быть снова горячей…
Что же злопамятный, и руки просто чешутся наказать стукачку. Её предупреждали не совать нос, получит. Не додумалась пошевелить куриными мозгами. Пожалеет, что на свет родилась. Друзья пробили её адрес. Осталось добраться с ветерком… Борется за правду. Сучка, какая же глупая. Катался по городу, а вскоре припарковал машину около старого, сломанного забора. Отлично проникну незаметно… Вломился без приглашения. Застав нашу домохозяйку за стряпней.
– Тамара Петровна! Это вы?
– Глаза протри, слепая… Ублюдок заскочил. Вижу у тебя подзаборная мразь, длинный язык! Слушай, а если челюсть сломаю, будешь такой же отважной? – окружил её, и та онемела от страха.
– А ну вон пошёл, разгильдяй!
– Голосок побереги, тебе же звать на помощь. На диван сама ляжешь? Бойся курва! – зверски набросился на неё.
ГЛАВА 3
Ксения
Нет, вы посмотрите его хамство уже не лезет ни в какие ворота. Вовремя нащупала перцовый баллончик, тогда мордочка гада быстро скривилась.
– Что зассал, щенок деловой? И кто тут останется слепым? Один пшик, детина в татуировках всё заорешь, как вонючая псина!
– Сколько темперамента, брюнетка! Гадить она мне решила? Стукачей больше всего презираю! – смотрел своими бездонными глазами.
– Запомни, ответишь за все злодеяния!
– Крошка, обычно я командную в отношениях. И всяких неудовлетворенных крыс давлю. Что, истеричка, всех хахалей растеряла. Зря думаешь, мартышка, я не последний твой шанс!
– Повторяю, слезь с меня, убожество с татуировками. Аллергия на высокомерие всяких болванов!
– Чемодан пакуй, сучка, или вечером с дружками заявлюсь. И мы так чисто по-дружески пустим тебя по кругу, – наглел важный тип. Но есть опыт с подобными экземплярами.
– Губы закатай, психованный мальчик. Сначала посидишь несколько дней в клетке. Так же перевоспитывают животных. Раз настолько богат, компенсируешь моральный ущерб девушке. Понятно, разъяснила? – тычу ему пальцем в лицо, весь важный куда деваться.
– Крошка, да ты прям огненная кобыла. Та шваль мне ботинки лизать будет, а её ещё пинать.
– Аморальный подонок! Тебя в зоопарке воспитывали! Ни грамма сочувствия. Докажу твою вину, вон пошёл или кричать заставлю словно раненого осла, – приготовилась распалить.
– Признаю, зацепила свой дерзостью. Хоть не скучно будет тебя гнобить. Но всё равно объезжу как лошадку в нескольких позах, а сердце твоё, красотуля, выброшу на помойку. Ты останешься настолько униженной, платков вытирать слез не хватит, – покинул дом, оставляя в душе осадок. Сколько же в нем злобы, да сложно передать словами. Пока размышляла, проворонила пельмени, случайно выкипели. Его нужно изолировать от общества. Накрывала на стол, и здесь пожаловала пожилая женщина.
– Ксюшенька, ну рукодельница же. Я домашнюю сметану принесла. Почему грустная?
– Один сосунок настроение испортил. Мы вчера отмечали Новый год на ёлке. И представляете, тот негодяй Быков, девушку до гола раздел. Нет, я конечно, много свинства видела в жизни. Но быть настолько раненым на голову. А полицейские все защищают. Студенты веселятся. У них совесть есть. А если девчонка придатки простудит. Их не волнуют проблемы с её здоровьем, – вся рассердилась, и буквально давилась пельменями…