Stellar Infans - Гремлинов Байки. Страница 5

– Покажи мне свои коды допуска. Я теперь никому не верю.

Мерк не проявил ни капли смятения, а тотчас задрал свою кисть с кнопками и, пощелкав пальцами по ним, сделал смахивающий жест в ее сторону. От подобного телодвижения брови Астэр подвели свою хозяйку – они хмуро сошлись вместе. И она поспешила надеть шлем, в котором стали высвечиваться строчки, подтверждающие его не просто высокий приоритет, а наивысший уровень допуска. И Ган не соврал: Мерк вообще мог в любой момент прийти хоть в Башню Церкви, хоть в Башню Сестер, и плюнуть в лицо хоть самому Кардиналу, хоть поставить на колени саму Аббатису, причем для чего угодно, что в его голову взбредет. Астэр не торопилась теперь снимать шлем, так как ей не удавалось справиться с захлестнувшими ее, словно водоворот, чувствами. И правильно сделала, так как в этот момент на шлем поступил сигнал от командира группы Арбитров Ардана Квейтик. Она открыла канал. И зачем-то, так как на автомате, вывела внешний звук для Мерка.

Арбитр заорал своим басищем:

– Командор! Это ловушка… – но тут сразу пошло искажение звука и видео, будто сигнал стали глушить: – …ал Ама… Многи… в Башне… об… захват… Мы… я… правля… сигна… …лаву Имп… – и соединение оборвалось.

Мерк сузил глаза и подозрительно взглянул на ящики с пси-стимуляторами: он что-то понял. Астэр поинтересовалась:

– Твои мысли?

– Заблокируй сигнал, чтобы никто не мог выйти с тобой на связь, и сама ни с кем не общайся. Это снизит возможность вычислить наше местоположение, а также сохранит жизни твоим Сестрам, если через них начнут выходить на тебя. Всего скорее, этих Арбитров взял в плен Исповедник, и пока он втихаря будет заметать следы. И главный вопрос: действует ли этот самый Элстро самостоятельно либо по указке Кардинала? Поэтому в сами Башни Экклезиархии теперь мы легко не пройдем: туда надо либо пробиваться с боем, либо идти инкогнито. О тебе врагам точно известно – ты в этом деле участвовала с самого начала. Обо мне? Надеюсь, Арбитры не обмолвятся – в надежде на спасение с моей стороны. Правда, хотел бы я знать, что за сигнал они отправили. И, главное, кому? – Мерк оставался собранным и прозорливым, зря в самую суть проблемы. А его взгляд упал за спину Астэр на ее модифицированный прыжковый ранец Серафима, и он уточнил: – А мы с тобой сможем долететь до Башни Сестер по внешней стороне города? Понятно, что чередой налетов.

Этой глупости ледяная броня Астэр уже не выдержала, и она постучала пальцем себе по виску, в сердцах возмутившись:

– Тринадцать километров вверх?! Совсем отбитый! У меня, по-твоему, вместо топлива на спине демон сидит и извергает огонь?

– Когда какие варианты? Тринадцать километров в высоту. Всего скорее, тот, кто смог втихаря взять в плен Арбитров – не говоря и о том, что все время организовывал такие многочисленные похищения людей в городе, – постарается натравить на нас всех, кого сможет, и особенно Дом Кавдор. Пока нам в Подулье безопасней всего – выше в самом городе нас начнут блокировать. Нам следует замаскироваться под обычное население. Но тогда, добравшись до главного злодея, мы окажемся безоружны. До Монастыря Санкторум можно добраться лишь по внешней стороне Улья, иначе мы своим прорывом лишь навредим Сороритас, стянув к их башне всех кого только возможно из врагов. Нам нужны союзники и база в другом месте. Куда мы сможем скрыто подойти, переодеться и оттуда добраться уже до Исповедника Элстро. И желательно, чтобы наши союзники подвезли нам нашу экипировку поближе к тому месту, где эта гнида обитает.

Астэр уже давно понимала, куда им следует направиться для укрытия, но она очень не хотела туда идти и до последнего верила, что Мерк вот сейчас предложит иной дельный план действий. Однако сама судьба четко вела ее к прошлому. Она лишь глубоко вдохнула и горько выдохнула. Хорошо, что она не сняла шлем и Мерк не видел ее непозволительных эмоций.

Всеобъемлющая вера в Бога-Императора

Декрет Терминус

В итоге Мерк оказался прав: стоило им только подняться на следующий уровень и объявится на окраине основного городского кластера, как их тут же атаковали многочисленные генгеры Дома Кавдор. Конечно, Астэр с легкостью порубила налетевшую на них лихую братию фанатиков, поджигающую все подряд, однако ей с Мерком пришлось вновь отступить на нижний уровень. Они словно оказались в патовой ситуации, так как Мерк был прав и в том, что тринадцать километров с боем вверх через весь Улей им не осилить. Тем не менее у Мерка и вправду оказались карты, причем не только Теменоса, а вообще всех городов кластера Палантир. И он все-таки вынудил Астэр взлететь по внешней стороне титанического сталагмита. Проблем с выходом на внешнюю сторону за стену, с подлетом на пару километров вверх в десяток скачков по внешней, неровной из-за построек поверхности города, с попутным огибанием его по окружности и, собственно, с самим возвращением прямо под слоем ядовитой атмосферы за стену внутрь Улья никаких не возникло. Плюс Перст Императора своими кодами мог спокойно открыть абсолютно любую дверь. Однако Астэр просто с ума сошла от сдерживаемой в себе ярости в процессе этого перехода, ведь ей пришлось держать этого проклятого Мерка на руках. И не просто держать, а прижимать к себе, причем аккуратно, чтобы его не опалило огнем из ранца или не вмяло в стены, – словно они любовники какие.

Своим маневром они обошли средние уровни основного города, миновав существенные силы Дома Кавдор, а на верхних уровнях под основаниями шпилей уже была благочестивая цивилизация: все чинно, чисто, набожные люди трудятся во Славу Императора. Само собой, члены Дома были и там, но нападать здесь на беглецов в открытую уже бы не смогли, и это еще при условии, что они попадутся на их глаза. Ведь Мерк вновь вел Астэр, непонятно виляя по бесконечным туннелям, коридорам, улицам и одиозным залам. Порой останавливаясь и прижимая на краткое время Астэр к стенам, статуям и другим укрытиям. Ей даже стало казаться, что он водит ее кругами, так как некоторые места уже повторялись не по второму или третьему разу, а по четвертому. И на вопрос, почему он себя так странно ведет, поскольку они вообще никого не встретили на своем пути, он ответил: «Камеры». Но Астэр так и не поняла, о каких темницах или казематах он говорит и как вообще комната своим существованием влияет на их передвижение.

Впрочем, через время, когда она, окончательно разозлившись, потребовала от него в ультимативной форме «Разъясняй!», он ей все объяснил. И никогда еще Астэр не чувствовала себя такой дурой. Она ведь прекрасно знала, что такое камеры, просто она даже помыслить не могла, что за ними, оказывается, всю их жизнь следят, везде и всегда. От этого она впала в моральный ступор и уже тупо следовала за Мерком и беспрекословно выполняла все, что он ей говорил и показывал.

Они все-таки добрались до нужной часовни, небольшого оплота Сестринства. И то это место не выполняло проповедническую роль, и даже не служило целям Монастыря, а было обителью лишь для одной Сестры, что давно покинула всякий Орден и проводила свою старость в уединении. Впрочем, красивые лабиринты улиц вокруг были полны праведными людьми – это место не было краем вселенной. И здесь царила жизнь, такая, какой она и должна быть в идеале: не очень богатой, однако пышущей энергией; не имеющей излишеств, но имеющей доступность всего нужного; без горя, лишь стремление к Свету Императора.

Мерк, игнорируя всю красоту, черным пятном в свете золота и красивых переливах от витражей проковылял что орк к единственной двери часовни и принялся гулко, на всю улицу долбить в нее кулаком. Уважаемые люди, прогуливающиеся мимо, принялись испуганно оглядываться на него. Подобное поведение дикой образины испортило все наслаждение красотой религиозной архитектуры и единение с идеальным моментом, в котором застыл мягкий свет, будто от солнечного дня, аромат благовоний, счастливые люди, и Астэр взревела от ярости. Правда, тем самым она уже привлекла к своей персоне больше внимания, чем сам Мерк. От ее рева улица опустела в момент, а наверху часовни отъехал витраж и раздался по-старчески ворчащий, однако зычный женский голос: