Куратор 3 (СИ) - Киров Никита. Страница 8

— Ну да, бред какой-то, — согласился он. — Хотя в городе было несколько случаев, когда стреляли чётко между глаз. Вот и подумал… что связано.

Слышно, как Степанов вышагивал по кухне. Затем открыл шкаф и включил кран. Потом пил.

— Что с УСБ? — спросил я.

— Как ты и говорил. Звонили мне, просят проконсультировать пару вопросов.

— Пропажи людей?

— Нет. Про Горизонт и слухи про покушение на Трофимова. А я… да хрен знает, что там было. Знаю только то, что ты мне говорил.

— Этого хватит. Я позвоню позже, выясню кое-что. Есть одна задача для тебя.

— А куда я денусь? — отозвался чекист.

Я выключил телефон.

Схема нарушилась до того, как мы проработали её до конца. Но это не меняет сути. Что-то изменилось, но в итоге расследование всё равно продолжается. Мы работаем.

Надо и дальше качать Трофимова, потому что всё ещё непонятны его ответные шаги после покушения. Ответы я планировал узнать через Игнашевича, ведь любые действия Трофимова в его адрес раскрыли бы его слабые стороны.

С другой стороны, теперь мне известно, что есть новый враг, который в курсе происходящего. И он открылся до того, как узнал обо мне лишнее. И это даёт возможности, которые надо углядеть. Он открылся рано.

Кроме того, враг наверняка рассчитывает на то, что я начну действовать быстро, пытаясь замести следы, и на этом попадусь. Но это блеф. Поэтому не торопимся.

Я посмотрел на маску, потом аккуратно вытащил из неё все электронные приблуды и разломал её на мелкие куски. Электроника ещё пригодится для следующей, а саму маску можно купить другую.

Фантом же пока отдохнёт. Сейчас должен поработать Толик — неглупый и старательный парень, у которого не хватает опыта, но в котором заметили потенциал.

Я не ночевал сегодня в общежитии, провёл время с Катей. А с утра — вернее, с того утра, которое наступает для молодых студентов, то есть часов с одиннадцати — я отправился в общагу.

У двери туда меня кое-кто ждал.

Высокий блондинчик Витя Арбузов, которого я всё по привычке хотел назвать Костей, стоял там, шевеля челюстью. Гонял во рту жвачку. Рубашка с коротким рукавом расстёгнута на две пуговицы, светлые волосы как бы небрежно уложены, но понятно, что он наверняка всё утро сидел перед зеркалом, чтобы добиться такого эффекта.

Молодой агент прислонился плечом к стене и смотрел на меня с выражением человека, привыкшего командовать, а не работать.

— Работаем дальше, но теперь всё серьёзно, — сказал он тоном, не терпящим возражений. — Раз тебя взяли, то делать всё надо чётко, поручения выполнять сразу и докладывать всё мне. Я здесь старший!

Старший, как же. А вид у него был очень злой. И я знал причину: последние дни он вечерами пытался дозвониться Кате и назначить ей свидание, но та раз за разом его отшивала.

От этого Витя-Костя, считавший себя неотразимым красавчиком, злился, нервничал и огрызался, поэтому порой выглядел не как мачо, а как истеричка.

Но зато он сам подвёл себя к тому, что будет зависеть от того, что передам я. Доложит Трофимову, что я ничего не нашёл, а я буду проверять, что и как он доложит. Ведь после смерти Игнашевича мне нужен новый агент.

А с агентами спецслужб есть очень важный нюанс, который мало кто знает — не всегда они знают о том, что они чьи-то агенты, и что действуют в чужих интересах.

Поэтому он вербует меня, пытаясь показать себя альфа-самцом, а на деле я буду его медленно приучать. Ведь из него такой же альфа, как из Димы — того друга мамы Толика.

Но приучать иначе. Не стелиться перед ним, а другим способом, чтобы он поверил в данные сильнее.

— Так не пойдёт, — сказал я.

— Чё? — протянул он. — Да ты…

— Мне чётко сказали, что тебя в курс дела посвящать нельзя. Ты теперь таким не занимаешься.

— Чё? — Витя уставился на меня.

— Косяк за тобой, Анатолий Анатолич так сказал. Что ты три часа сидел в общаге и телефончик тыкал, но так ничего и не выяснил. Вот и сказали, что с тобой можно не связываться.

— Да я… — новость его ошарашила.

Лишь бы не тупил, как блондинка из анекдота, только мужского пола. Он купился, но смотрел на меня с таким выражением, что придётся объяснять ему всё на пальцах.

— Да погоди, Витя, — сказал я тише и подошёл ближе. — Ты же тоже из ФСБ, да? Настоящий чекист?

— Ну да, — неуверенно сказал он.

— Слушай, брат, — я улыбнулся и продолжил доверительным голосом. — У меня девушка есть, а до нас какой-то мажор докапывается.

— А я при чём?

Я подошёл ещё ближе, чтобы прошептать.

— Короче, я тебя позову, ты со мной поздороваешься, покажешь документы свои. Он сразу сдуется. Кто вообще с ФСБ будет связываться? А я… а я тебе помогу.

— И как? — Витя затупил.

— Шепну, что выясню, — я похлопал его по плечу. — А ты же с Катей мутишь. Вот и выставишь, будто и сам мимоходом что-то узнал.

— А. Так ты мне передашь? — спросил он, глядя на меня намного теплее.

— Конечно, брат. Всё, что выясню. В лучшем виде. Мы же теперь работаем вместе.

— Работаем, работаем, — Витя усмехнулся. — И покажи гада, который наезжает. Разберёмся. Но передавай всё.

Передам то, что выгодно мне.

Ведь Игнашевич, так уж вышло, отправился догонять Шустова и Никитина. И мне нужен новый выход на Трофимова, а этот блондинчик — самый доступный вариант.

Я зашёл в общагу, а Витя-Костя ушёл, довольный, что ничего делать не надо, а я всё ему расскажу.

Значит, ФСБ в курсе, что всем пропавшим предлагали работу. Об этом я сказал Ильясову, чтобы он поспрашивал своих, может, выйдет нащупать какой-то след через этого таинственного работодателя.

А пока же у меня была хорошая возможность что-то выяснить от одного из знакомых, и с ним я хотел поговорить сам.

Время — двенадцатый час, почти полдень, но Саша ещё дрых, накрывшись одеялом с головой, только пятки торчали. А вот Миша сидел на кровати в шортах и стриг ногти на ногах. Причём ножницы у него были в складном швейцарском ножике.

— Хай, бро, — тут же громко сказал он, а Саша заворочался. — Снова к нам?

— Скучно одному дома сидеть.

— А я бы отдохнул от такого соседа, — Миша покосился на Сашу. — Вот, кстати, рил ничего лучше не придумали для такого дела, — сказал он, выпрямляя ноги, — чем такие ножницы, — он пощёлкал ими и сложил обратно в нож. — Столько лет пользуюсь, а всё ещё острые. Только в швейцарских ножиках хорошие, остальные уж совсем какие-то тупые. Ничего лучше я ещё не встречал.

— Где взял? Купил?

— Нет, отец подарил, ещё в школе.

Об отце Миша никогда не рассказывал в последнее время. Может быть, раньше говорил, в том числе и самому Толику, но в основном я всё выяснял сам из открытых источников.

Ведь переписок с Мишей по понятным причинам мало: до института парни друг друга не знали, а потом смысл переписываться, если живёте в одной комнате?

— А ты что, никак решился посмотреть «Атаку»? — Миша заулыбался и кивнул на ноутбук. — Я бы с тобой посмотрел, да вот идти надо срочно.

Он потянулся к стоящему на тумбочке дезодоранту.

— Ты что, на работу устроился? — спросил я.

— Да какая сейчас работа? — Миша поморщился. — Шиза одна, никуда не берут. Везде пишут — не хватает рабочих рук, а ты попробуй куда-нибудь устроиться, только не курьером или в пункт выдачи. Нет, с девушкой встретиться. Помнишь, тогда у кафешки познакомились?

— Помню. А ты искал работу?

Я сел на свою кровать, а Миша подошёл к шкафу и начал искать в груде сбросанных в кучу вещей свои.

— Так пока учёба не началась, хотел. Но рилли, предлагают всякую фигню. В чат недавно написали — типа супер работа, оплата каждый день, не пыльно. Точно кладменом зовут.

— Ага, закладки оставлять, — я кивнул.

— Зато по старинке действовать, — парень засмеялся. — Пока дроны с нейросетью сами не научились их разносить. Но научатся. Вообще, это шиза какая-то, если честно, — он зевнул и потянулся. — Ща приду.