Хозяйка таверны «Сердце дракона» - Ромм Дарина. Страница 9
– Не за еду, а за мой отказ от свадьбы с ним, – поправила я, вспомнив, как отчаянно орк открещивался от женитьбы на мне. Помялась, но все-таки спросила у Лаяны:
– А господин Седрик… это такой низенький, толстый и лысый, в серой рубашке?
– Что вы, он высокий, темноволосый. Может, не сильно красивый, но, все равно, приятный и о-очень мужественный, – с восторгом воскликнула Лаяна. Кинулась к двери, приоткрыла ее и выглянула в зал. Помахала рукой, подзывая меня:
– Идите, идите сюда, госпожа Василина!
Отступила в сторону, когда я подошла. Зашептала восхищенно:
– Смотрите, вон он, за угловым столиком у окна сидит. Видите какой?! Ух!
Я выглянула в узкую щель между косяком и дверью и с ходу встретилась с насмешливым мужским взглядом, устремленным прямо на меня. Вот елки-палки, заметил мое подглядывание!
Чувствуя, как от смущения вспыхнули щеки, я торопливо захлопнула дверь, прячась от насмешливых глаз. Схватила кружку с чудо-отваром Броггла и принялась жадно пить в надежде успокоиться. Вот странность, что я так заволновалась? Ну, подумаешь, полюбопытствовала на мужчину, а он это заметил! Делов-то!
– Все равно, не верю, что орк испугался этого господина Седрика… – начала я высказывать свою мысль и недоговорила. Резко опустила кружку, расплескав недопитый отвар на ковер и подол платья, и изумленно уставилась на белеющий на столе прямоугольный конверт.
– Откуда это взялось? Только что его здесь не было… – пробормотала с опаской. – Точно не было! Я все бумаги, которые староста по столу раскидал, сложила стопочкой, и никакого конверта не оставалось. А после этого никто не заходил в кабинет, только я. Но его на столе не было! Что за чудеса?!
– Печать какая-то на нем, – прошептала Лаяна, высунувшая нос из-за моего плеча. – Солидная…
Помедлив, я протянула к конверту руку и осторожно взяла. Повертела, рассматривая со всех сторон. На лицевой стороне, там, где обычно пишут адрес и имя получателя и отправителя, никаких надписей не было – простой белый конверт из плотной бумаги. Изучила действительно солидную, толстенькую, синего цвета печать. На гладкой поверхности был выдавлен значок, что-то вроде коряво нарисованного солнышка с девятью лучами. И, решив больше не раздумывать, сломала ее: иначе просто лопну от любопытства!
Ох, может, не надо было мне совать нос в этот конверт?! Жила бы себе спокойно… Но нет, сунула.
Первым из конверта достала плотный лист бумаги с тиснениями по уголкам.
«Дарственная», – гласила первая строчка, написанного крупными буквами текста.
Я читала его и окончательно впадала в ужас: согласно документу, два дня назад, с моего полного согласия и одобрения, мне была подарена таверна «Сердце дракона», находящаяся в королевстве Аурелия мира под названием Эвернайт.
Под текстом стояла подпись прежнего владельца таверны, некоего господина Коноллио Сперги, а рядом моя подпись.
Моя собственноручная подпись! Она у меня сложная, с кучей завитков и закорючек, подделать ее не так просто. Справа от подписи красовалось нарисованное ручкой сердечко, пронзенное стрелой. И я даже знала, где и когда я поставила ее, а потом в шутку пририсовала сердце!
Но это был совсем, совсем другой документ, никакая не дарственная на таверну! Это был документ о том, что мне подарен кулон под названием «Сердце Дракона», тот самый, что я купила для средневекового пати, будь оно трижды неладно! Когда в нем появились слова «таверна, находящаяся в королевстве Аурелия мира под названием Эвернайт»?! Или эта строчка имелась там изначально, просто я не заметила?!
Застонав, я прикрыла глаза, вспоминая, как это случилось…
В антикварный магазинчик под названием «Редкости от дядюшки Коноллио» я зашла совершенно случайно. Просто задумавшись, вышла не на своей остановке троллейбуса. И пока озиралась, пытаясь понять, куда меня занесло, взгляд зацепился за солидную медную табличку над дверью, ведущей в полуподвальное помещение купеческого дома 19 века.
Подталкиваемая любопытством, начавшимся мелким дождиком и желанием купить украшение для предстоящей вечеринки, я потянула на себя тяжелую, очень старую на вид дверь, и очутилась в антикварной лавке.
На звон колокольчика откуда-то из глубин помещения вышел сгорбленный дедуля. Колоритный такой, одетый в застегнутый под горло сюртук с горящими самоварным золотом пуговицами в два ряда и золочеными галунами на обшлагах рукавов. О складки на его брюках можно было порезаться, такими острыми они были. От носков начищенных до зеркального блеска ботинок отражался свет люстр, грозя навеки ослепить меня. Пахло от него, если обоняние меня не обманывало, великолепным Mäurer & Wirtz 4711, легким и свежим цитрусовым одеколоном, созданным более 200 лет назад, но до сих пор выпускаемым лимитированными партиями. Очень, очень колоритным оказался этот дядюшка Коноллио!
Услышав, что я хочу купить украшение в средневековом стиле, антиквар обрадовался так, словно я его любимая внучка, решившая выйти замуж за принца и подбирающая украшения для свадебного платья. Подхватил меня под руку и торжественно повел за собой.
Уже через пять минут я сидела в раритетном шератоновском кресле. Держала в руках расписную чашку с душистым чаем, а господин Коноллио раскладывал передо мной футляры с бижутерией, рассказывая про каждое украшение красочную историю. Я с интересом слушала, пила чай и мучилась мыслью, что напрасно даю милому дедуле надежду, что куплю что-то из его ассортимента: ничего из увиденного даже близко не походило на то, что мне было нужно. Ни по внешнему виду, ни, к сожалению, по цене…
Кулон в форме сердца появился передо мной последним, увидев его, я поняла, что без него отсюда не уйду. Хоть как, но он должен быть моим!
– Сколько?! – спросила хрипло, затянутая густой, переливающейся всеми оттенками изумруда зеленью крупного камня в изящной оправе.
– О, сегодня на этот кулон скидка. Очень большая скидка – нужно как можно скорее найти для украшения нового владельца, – загадочно протянул антиквар и многозначительно добавил. – Буквально вопрос жизни и смерти…
– Сколько? – повторила я заворожено, разглядывая кулон в старческих, покрытых пигментными пятнами руках.
– Это со скидкой?! – ахнула, когда услышала цену.
– Увы, да… Но я могу сделать для вас и личную скидочку на «Сердце Дракона»… При условии, что мы оформим с вами не покупку, а договор дарения…
Через сорок минут я вышла из антикварной лавочки, счастливо прижимая к себе сумку с лежащим внутри футляром с кулоном. А у колоритного господина Коноллио Сперги остался подписанный мной договор дарения. В нем черным по белому было сказано, что я обязуюсь пожизненно оставаться владелицей «Сердца Дракона». А если по своей инициативе откажусь от него, то не миновать мне смерти быстрой и ужасной.
Как я могла подписать такое, спросите меня?! А я вам не отвечу, потому что и сама не знаю! Тогда это условие показалось мне просто шуткой забавного дедули, вот и подмахнула договор, не глядя. Еще и сердечко пририсовала рядом со своей подписью!
Но в свете произошедшего со мной после этого, я уже не уверена, что это шутка. Совсем наоборот. И значит… значит, если я уйду из этой таверны, добровольно отказавшись от владения, то… умру!
Выронив дарственную из заходивших ходуном рук, я застонала еще громче. Наклонилась и начала биться лбом о столешницу, приговаривая:
– Василина, ты балда! Идиотина! Бестолочь! А-а-а-а!
– Госпожа Василина, что с вами?! Вам дурно?! Я сейчас Мидлу позову или Броггла, – испуганный голос Лаяны заставил меня прекратить дубасить по столешнице лбом. Да и смысл теперь посыпать голову пеплом, если все возможные глупости я уже сотворила!
– Со мной все в порядке, никого звать не надо, – соврала, чтобы успокоить паникующую девушку, уже готовую привести мне на помощь половину обитателей таверны. Выпрямилась, потерла ноющий от ударов лоб и снова взяла в руки дарственную. Теперь мне, хотя бы есть что предъявить старосте и его родственничку, владельцу борделя. А то, что они сюда еще заявятся, можно было не сомневаться. Перечитала документ уже гораздо спокойнее, отложила в сторону и вытряхнула из конверта еще один листок.