Острова в Эмбердарке (ЛП) - Сандерсон Брэндон. Страница 6

Толку не было. Хотелось винить во всём визиты Верхних, пробудившие это дурацкое стремление к прогрессу, но правда была в том, что компании поговаривали о форпостах на Пантеоне уже много лет.

Закат вздохнул. Что ж, эти выжившие, скорее всего, уже мертвы. Надо оставить их судьбе.

Но... одна только мысль об этом — чужаки на Патжи — заставила его содрогнуться от чувства, в котором смешались отвращение и тревога. Они были здесь. Это неправильно. Эти острова священны, а трапперы — их жрецы.

И он шагнул под тёмный полог леса, на этот раз охотясь не на птиц, а на людей.

Глава пятая

Закат спустился в метро.

Новое место, новые технологии — те, что они разработали сами, а не получили в дар от Верхних. Первую ветку метро начали рыть как раз перед тем, как Верхние впервые появились в небе. Он гордился этим — это доказывало, что элакины не беспомощны; они просто новички во всём этом.

Он прошёл мимо авиария у стены — там птицы могли ждать, перещёлкиваться и... справлять нужду в положенном месте. Сак, это видимо, не требовалось: когда он попытался предложить ей насест, она вцепилась в его руку.

После того как Кокерли не стало, она сделалась особенно цепкой. Закат не винил её. Он чувствовал то же самое.

Он надеялся обрести здесь покой — под землёй, в месте, которое доказывало, на что способен его народ. Опустошение. Такой усталости на Патжи не бывало — там не расслабишься ни на секунду. Здесь, казалось, ничто не имело значения.

Почему это должно было утомлять сильнее? Какая-то нелепица. Он покачал головой и встал на платформе вместе со всеми. Здесь, в отличие от парка, его никто не узнавал. Здесь он был просто ещё одним горожанином, а горожане держатся сами по себе. Это ему в них нравилось.

На путях появился его труп.

Закат замер, склонив голову набок. Да, это был его труп — то, чего он не видел, казалось, целую вечность. Он взглянул на Сак. Зачем она показывает ему это сейчас? Может... странный способ подбодрить? Она чирикнула. Нахохлилась, перья дыбом. Нет, это было предупреждение. Его жизнь впервые за много лет действительно в опасности.

Он почувствовал прилив сил.

Закат оглядел толпу. Вон тот. Мужчина пробирался к нему — неопрятная бородёнка, дёргающиеся руки. Закат отступил к стене.

Мужчина шмыгнул прочь. Труп на путях исчез. Закат почесал Сак шею в знак благодарности, но глаз с неопрятного типа не спускал. Тот двигался дальше по платформе. Поезд приближался. Мужчина подбирался к кому-то другому. Неужели он правда собирается толкнуть?

Не раздумывая, Закат рванул через платформу. Гудок поезда эхом разнёсся под сводами, и неопрятный тип бросился к женщине у края платформы. Закат подоспел первым, схватив его за руку.

Женщина, высматривавшая приближающийся поезд, не заметила, что творится за спиной. Закат крепко держал неопрятного типа, у которого... на руке была татуировка — звезда?

Падающая звезда?

«Совпадение», — подумал Закат. Это был популярный символ, ведь именно звезда привела Какобана к этим островам. И всё же после разговора с Фронд это поразило его. Поезд, шипя паром, медленно остановился; неопрятный тип воспользовался секундным замешательством Заката. Вырвался и бросился к лестнице.

Закат улыбнулся.

Никогда не давай трапперу за кем-то гнаться.

Тот едва успел добежать до верха лестницы, когда Закат — лавируя между растерянными, перепуганными людьми — сбил его с ног. Мужчина завопил, что на него напали. Подоспела полиция — у них, к несчастью, был опыт общения с безработными трапперами. Многие из его собратьев... стали проблемой после того, как их жизнь перевернулась с ног на голову — ситуация, к которой Закат был отчасти причастен.

Когда полицейские оттаскивали его, Закат не пытался объяснять. Полиция не любит слушать трапперов. К тому же, когда поймут, кто он такой, позвонят Вати.

Теперь она была президентом Первой компании. Но когда Закат встретил её, она висела вниз головой.

Глава шестая

Пять лет назад

Закат замер в подлеске. Что там шуршит? Он взметнул мачете, выставив перед собой, и потянулся в карман за пращой. Но из кустов показался не беглец и даже не хищник. Наружу, принюхиваясь, выползла стайка маленьких, похожих на мышей зверьков. Сак резко вскрикнула — она никогда не любила микеров.

«Пропусти их», — мысленно приказал Закат Кокерли. Мгновение спустя он почувствовал разум микеров.

«Еда?» — послали Закату три зверька. — «Еда?»

Это были простейшие мысли, направленные прямо в его сознание. Он послал им спокойствие и выудил из рюкзака сушёное мясо. Микеры сгрудились вокруг угощения, излучая благодарность; он видел их острые зубы и торчащий вперёд единственный клык. Одного укуса хватило бы, чтобы убить, но за долгие века маленькие зверьки привыкли к трапперам, стали почти ручными.

Их разум был куда сложнее, чем у обычных зверей. Они казались ему почти такими же разумными, как авиары. «Вы помните?» — мысленно спросил он. — «Помните, что вам поручено?»

«Другие», — радостно откликнулись они. — «Кусать других!»

Закат подумал, что, возможно, с некоторой тренировкой микеры смогут преподнести неожиданный сюрприз кому-нибудь из его соперников. Не желая упускать возможность, он достал из рюкзака несколько длинных ярко-зелёных и красных перьев. Это было брачное оперение — он взял их у Кокерли во время последней линьки.

Он двинулся дальше в джунгли, микеры возбуждённо последовали за ним. Оказавшись рядом с их норой, он воткнул брачные перья в ветки — будто они сами туда упали. Проходящий мимо траппер мог заметить перья и решить, что поблизости гнездо авиаров, полное яиц, которое можно разорить. Это привлечёт их.

«Кусать других», — снова приказал Закат.

«Кусать других!» — откликнулись они.

Он дал им ещё еды. Потом задумчиво замер. Может, они что-то видели — тех, кто выжил после крушения компании? «Вы видели других?» — послал им Закат. — «Недавно? В джунглях?»

«Кусать других!» — пришёл ответ.

Разумны... но не настолько. Закат попрощался со зверьками и углубился в лес, продолжая идти по одному из следов беглецов. Он выбрал тот, что, судя по всему, вёл прямиком к одному из его тайных лагерей глубоко в джунглях.

Под пологом леса, несмотря на тень, было ещё жарче. Приятная, влажная духота. Кокерли присоединился к нему, улетел вперёд и устроился на ветке, где сидело несколько мелких авиаров, попискивая. Кокерли возвышался над ними, но щебетал с воодушевлением.

Они его игнорировали. Авиар, выросший среди людей, уже никогда до конца не вписывался в свой вид. То же можно было сказать и о человеке, выросшем среди авиаров.

Закат ожидал, что вот-вот наткнётся на труп беглеца. Но нет — хотя его собственное мёртвое тело то и дело возникало на пути. То полуобглоданное в грязи, то задавленное упавшим бревном, из-под которого торчала только нога. С Сак на плече нельзя было расслабляться — она постоянно напоминала, как Патжи обходится с неосторожными.

Он перешёл на привычный, но некомфортный бег траппера Пантеона. Настороже, начеку, осторожно — не задеть листья, под которыми могут прятаться жалящие насекомые. Рубить мачете только в крайней необходимости, чтобы не оставлять след, по которому мог бы пройти другой. Слушать, всегда осознавать, где твой авиар, не обгонять Кокерли и не позволять ему улетать слишком далеко.

Беглец не попался в обычные ловушки острова — он пересёк звериные тропы, а не пошёл по ним. Вернейший способ повстречать хищника — присоединиться к его добыче. Беглец не умел заметать следы, но и не вломился в гнездо огнеплюев, не коснулся коры смерть-травы, не наступил на пятно голодной грязи.