Падение вверх (СИ) - Кадуцкая Татьяна Владимировна. Страница 5

Глава 3

Шли годы. Лилея из девочки превратилась в очаровательную девушку. Илья тоже возмужал, стал шире в плечах, а в движениях появилась уверенность и степенность. И чувства, связывающие молодых людей, тоже изменились. К дружеской привязанности добавились нежность и интерес другого рода. Теперь ведьмак брал Лилею за руку не потому, что она отставала, а потому, что хотелось коснуться, почувствовать тепло и гладкость нежной кожи. Он смотрел на приоткрытый рот девушки и чувствовал, как ускоряется сердце в груди, как сбивается дыхание. При встрече прикасался губами к тонким пальчикам, а мечтал поцеловать шею, прикусить маленькое розовое ушко. Теперь Илья рвался домой не только чтобы обсудить с Лаурином последние открытия в зельеварении — он хотел увидеться с Лилеей. А ведьма всегда ждала его и искренне радовалась каждой встрече.

Как и прежде они гуляли по городу. Девушка брала ведьмака под руку и шла рядом, чувствуя себя взрослой. На них смотрели, но большого интереса пара не вызывала. Все настолько привыкли видеть их вместе, что, скорее, удивились бы, увидев Лилею с новым кавалером, а Илью — с другой дамой. Уличные торговцы уже привычно предлагали Колосову букеты с ромашками или маками, которые любила девушка. Часто молодой мужчина приглашал Лилею в кафе, угощал мороженым, и ей оно казалось самым вкусным на свете! Но гулять за ручку им становилось мало, хотелось чего-то другого. Илья по правилам того времени поговорил с Дамаскинским и попросил разрешения ухаживать за его дочерью. Лаурин не стал возражать, видел, как молодые люди смотрят друг на друга, и уже давно понял, к чему всё идёт.

Когда девушке исполнилось восемнадцать, на торжестве они с Колосовым появились уже как пара. Илья подарил возлюбленной цветы и коробочку с названием известного ювелирного дома. Даже страшно было подумать, чего стоило ведьмаку купить такое украшение. Лилея пищала от восторга, любуясь подарком.

— Какая красота!

И Колосов перевёл дух: он боялся не угодить дочери Дамаскинского, с детства привыкшей к роскоши.

— Это Sigyr, — откашлявшись, пояснил он. — Не просто украшение, а оберег.

Девушка понимающе кивнула и протянула руку. Артефакты Sigyr считались надёжной защитой от вредоносных заклинаний и проклятий, активировал их хозяин, но сегодня Лилея доверила свою безопасность Илье. Он надел аккуратный перстенёк на тонкий палец и проговорил магическую формулу, а девушка затаила дыхание, втайне мечтая о другом кольце — помолвочном.

— Оно прелестное! Спасибо, Илья! — ведьма покрутила рукой, наблюдая за игрой света в красноватых гранях камня.

На этом празднике девушка была самой счастливой! Казалось, ещё мгновение — и она взлетит на призрачных крыльях! Рядом были родители, друзья и любимый жених… почти жених. Гости смеялись, поздравляли и провозглашали тосты в её честь. И на подарки не поскупились, к примеру, родители подарили красивую чубарую лошадку, и теперь ведьма могла кататься верхом.

Но не всё было так радужно, как казалось влюблённой девушке. Во время праздничного ужина некоторые гости поглядывали на Колосова снисходительно, гадая, по какой причине Дамаскинский его привечает. И допускали мысль, что у ведьмака хорошее будущее, а значит, надо иметь его на примете. Мало ли как повернётся жизнь! Они не насмешничали над бедным парнем, но и не подпускали близко. Стоит отметить, что Илья и не навязывался. Он прекрасно осознавал, что на данный момент не вписывается в собравшееся общество. Тем менее ведьмак наблюдал, подмечал и общался с молодёжью, которая ещё не была испорчена деньгами и вседозволенностью. К тому же многие знали Колосова ещё по школе.

Позже гости перешли в другой зал. Нанятые музыканты развлекали собравшихся песнями и виртуозной игрой на инструментах. Молодые люди устроили танцы, за которыми с удовольствием наблюдали их родители и знакомые. Свой первый танец Лилея оставила отцу. Лаурин бережно сжал тонкую ладонь дочери.

— Как ты выросла, девочка моя!

Она улыбнулась.

— Я так счастлива, папа!

— Молюсь нашей Живе, чтобы так было всегда. Твоё счастье — это и наше счастье!

Они кружились по залу, не обращая внимания на взгляды окружающих. Когда танец закончился, девушка шепнула:

— Люблю вас! И всегда буду любить! Помни это! Вы с мамой навеки останетесь моими родными!

Такие слова в устах ведьмы значили очень много. А Лилея была достаточно взрослая, чтобы отдавать отчёт в том, что говорит. Лаурин привлёк её к себе и поцеловал в лоб.

— И мы тебя любим, — он подтолкнул девушку к группке молодых людей. — А теперь беги. Тебя ждут… И спасибо за танец, дочь!

Её встретили весёлым смехом. Лилея буквально купалась в обожании окружающих. И самое главное — рядом был Илья. В какой-то момент он попросил кутур, несколько минут перебирал струны, настраивая его, а потом запел. Это была баллада о прекрасной девушке и бедном парне, полюбившем её. Мужчина не отрывал глаз от именинницы, как бы намекая, что песня посвящена ей. Его намёк поняли все. Лилея вспыхнула, но не променяла бы это мгновение ни на какое другое, ведь Илья, по сути, признался ей в любви! Её подруги смущённо хихикали, некоторые молодые ведьмаки вслед за Ильёй тоже пробовали играть.

Женщины постарше с интересом наблюдали за происходящим.

— Очаровательно! — выдохнула какая-то дама, обмахиваясь веером.

Анелия тихонько засмеялась:

— Ах, эта юность! Что может быть прекрасней?

Она вместе с другими гостями слушала Илью и наблюдала за дочерью. Видела, как он смотрел на Лилею, и как та очаровательно смущалась, но глаза при этом сияли ярче звёзд. Кому-то могло показаться странным решение Дамаскинских, допустившим такой неравный союз. Но у ведьмаков был совершенно иной уклад, чем у магов, помешанных на своих родословных. Ведьминский дар не передавался по наследству. Он просто был, и каждый ведьмак мог его развивать и усовершенствовать. Конечно, и среди ведьм появлялись уникальные, наделённые особой силой. Но на то они и уникальные, что их рождалось мало. Основная же масса ведьмаков была более-менее равная по способностям. А дальше всё зависело от характера. Если имелись хватка и напористость — значит, ведьмак пробивался на более высокие позиции. И в Колосове эта хватка была.

Через несколько дней после праздника, когда Илья вернулся в Баранганский университет, Лилея с матерью гуляли по улице. Встречные то и дело улыбались и здоровались с ведьмами, осыпая их комплиментами. Девушка была невероятно милой в платье из розового фая и шляпке с цветами. Она вежливо благодарила за любезность, не чувствуя сильного смущения: внимание окружающих было привычным. По дороге ведьмы зашли в новую пекарню и купили свежих булок. Продавец раскраснелся от восторга.

— Заходите к нам ещё! — и доложил в пакет несколько крохотных булочек с начинкой. — Примите в подарок… Испекли на пробу.

— Благодарю, господин Хребтович, — улыбнулась Анелия и щёлкнула пальцами.

В воздухе развеялась золотая дымка. Теперь каждый ведьмак, зашедший в магазин, будет знать, что Дамаскинские бывают здесь. А это отличная реклама!

Едва ведьмы вышли на улицу, как из другого магазинчика им уже кричала очередная знакомая, зазывая к себе. Анелия тихо смеялась, переходя дорогу. Разжившись булавками и шпильками, Дамаскинские направились дальше. Лилея спрятала в сумочку купленный сургуч, уже сочиняя письмо Илье, хотя он недавно уехал. Её мама понимающе усмехнулась.

— Скучаешь?

— Очень! — не стала скрывать девушка. — Илья — удивительный! Я ещё не встречала таких воспитанных и внимательных мужчин.

— Моя милая, ты влюблена и не готова видеть недостатки в избраннике, — заметила Анелия с грустной улыбкой.

— Потому что их нет! — с жаром воскликнула Лилея.

— Вот-вот! Об этом я и говорю, — ведьма вздохнула. — Милая, идеальных людей не бывает. Все мы с изъянами.

— И Илья?

— И Илья, и ты… — кивнула женщина. — Другое дело, что когда по-настоящему любишь, то готов мириться с недостатками.