Черная дама (ЛП) - Грубер Андреас. Страница 4

Он изучил последнюю фотографию — крупный план Сендлинг. Чётко были видны морщинки под глазами, аккуратно скрытые макияжем. В глаза бросался двойной виндзорский узел её красного женского галстука — в тон чемодану.

Узел привлёк его внимание только потому, что сам он умел завязывать галстук одним-единственным способом. До того как стать независимым страховым детективом, он работал клерком и торговым представителем в самых разных отраслях, в том числе страховым консультантом по крупным клиентам. Там было принято носить жёсткие рубашки с широким воротником и соответствующий галстук.

К счастью, те времена остались позади.

Хогарт сложил фотографии стопкой.

— Скажу прямо. Если женщина три недели назад бесследно исчезла в чужом городе, вероятность найти её живой равна нулю.

Краем глаза он заметил, как Раст вздрогнул.

— Мне жаль, но это правда.

Секретарша принесла свежий кофе и включила потолочный свет: за окнами уже сгущались сумерки. В кабинете стояла ледяная тишина.

Когда женщина вышла, Кольшмид достал из своей неисчерпаемой папки несколько листов.

— Мы подготовили для вас договор.

— Вы меня не слушали? — Хогарт подался вперёд. — Я же сказал…

— Наша стандартная схема для внешних консультантов предусматривает фиксированную ставку восемьсот евро в день плюс суточные и надбавку за работу в выходные, — невозмутимо продолжал Кольшмид. — Расходы на аренду машины и проживание мы берём на себя. Ваш рейс забронирован на завтрашнее утро. У вас четыре дня, до вечера вторника, после чего правление должно принять решение о выплате страховой суммы.

Он пододвинул договор через стол.

— Мы забронировали вам номер в отеле Ventana в пражском Старом городе — в той же гостинице, где останавливалась Александра Сендлинг. Вы получите арендованную машину, еврочеки, шестьдесят четыре тысячи чешских крон и аванс наличными в две тысячи евро.

Кольшмид вытащил из конверта две пачки денег. Чешские купюры были потрёпанные и засаленные, евро — свежие, будто только что из типографии.

— Чтобы добыть информацию в Праге, только на взятки понадобится вдвое больше, — возразил Хогарт.

— Используйте еврочеки.

— На это нельзя получить квитанции.

— Нам не нужны квитанции, мы сами их выпишем. Нам нужны результаты! — Кольшмид даже не моргнул. — Вот ваш билет.

Время вылета — 7:10 утра в субботу из Вены-Швехата. Экономкласс, самолёт Austrian Airlines. Если он примет задание, выходные проведёт в Праге.

Предложение звучало заманчиво, но оставалась ещё одна мелочь, о которой Кольшмид забыл упомянуть.

— В случае успеха мой гонорар составляет две промилле от страховой суммы, — напомнил Хогарт.

— За обе картины это будет двадцать восемь тысяч евро, — пробормотал Кольшмид.

Он коротко взглянул на Раста. Тот кивнул, не раздумывая ни секунды.

— Хорошо. — Кольшмид снова забрал бумаги. — Мы внесём дополнение в договор.

— Значит, всё обсудили. — Раст поднялся со стула.

Перед тем как выйти из кабинета, он пожал Хогарту руку и понизил голос до шёпота:

— Ты единственный, кому я хочу доверить это дело. Надеюсь, ты найдёшь девочку.

Мгновение спустя Хогарт остался наедине с двумя служащими. Акула вышел из своей застывшей позы и сел за стол.

Но прежде чем он успел открыть рот, Хогарт опередил его:

— Скорее всего, она мертва.

Сотрудник безопасности провёл ладонью по подбородку; было слышно, как заскребла щетина.

— Я знаю. Но старик хочет верить, что она ещё жива.

Хогарту не понравился тон, которым Акула вдруг заговорил о своём работодателе. Но по сути он был прав. Конечно, Раст именно так и думал: он был неисправимым оптимистом.

Хогарт посмотрел на черноволосую женщину на фотографии.

— Раст принимает это близко к сердцу. Наверное, это первая его сотрудница, которую он потерял таким образом.

— Она его племянница, — уточнил Кольшмид.

Хогарта обдало холодом.

— Раст верит в вас. Не разочаруйте его.

В тот же миг Хогарт понял: ему не следовало принимать этот заказ.

Он мог только проиграть. Если до вторника он вообще что-нибудь выяснит, это будет лишь весть Иова, которая разобьёт Расту сердце.

Кольшмид молчал. Акула продолжил; с каждым словом его голос становился тише:

— Когда старик предложил нанять вас, я начал наводить справки. Я был против вашей кандидатуры — не потому, что два года назад вы устроили приличную катастрофу, о которой писали все газеты. Ваше прошлое меня не касается, каждый однажды ошибается. Но вы не тот человек для этой работы. Я предложил Расту самому поехать в Прагу, однако он хотел вас — любой ценой. Так что лучше вам этот заказ не завалить.

Хогарт ценил откровенность, даже если она исходила от горы мяса, у которой он увёл работу из-под носа.

По крайней мере, теперь он знал, с чем имеет дело.

И, похоже, Кольшмид — не возразивший ни единым словом — видел ситуацию так же.

Руководитель выездной службы лишь натянул смущённую агентскую улыбку, прекрасно сочетавшуюся с помадой в волосах.

Наконец Кольшмид вынул из кармана пиджака карточку с номером телефона.

— Не действуйте в одиночку. Держите с нами связь круглые сутки и сообщайте о каждом своём шаге.

Разумеется. Ему ещё будут объяснять, как выполнять задание.

Хогарт положил визитку к авиабилету и фотографиям. Он смотрел на привлекательную даму в брючном костюме с двойным виндзорским узлом.

Племянница Раста.

Вот дерьмо.

Эта женщина уже три недели числилась пропавшей в Золотом городе на Влтаве.

Ничем хорошим дело закончиться не могло, он это чувствовал, а чутьё до сих пор обманывало его всего один раз.

С другой стороны, Прага не так уж велика.

Он выяснит судьбу Александры Сендлинг и вернёт её.

Мёртвой или живой.

ГЛАВА 1

Влтава, словно серебристо-серая лента, вилась сквозь Прагу, то здесь, то там образуя острова и узкие мысы. Река делила старинную столицу Богемии надвое, и обе половины соединяли мощные многовековые мосты.

Над водой медленно расползались полосы тумана. Золотой город пробуждался ото сна. Крыши вспыхивали в утреннем солнце. На улицах поднимали первые магазинные рольставни, разворачивали навесы, выставляли перед кофейнями ротанговые кресла — и в это время над городом пошёл на снижение самолёт Austrian Airlines.

День начался превосходно.

Питер Хогарт приземлился в Праге-Рузине с опозданием на сорок минут: из-за плотного движения десятки самолётов кружили над аэропортом в зоне ожидания. Ещё до того как забрать у стойки «Sixt» ключи и документы от зарезервированной для него машины, он успел показать фотографию Александры Сендлинг у выдачи багажа, у стоек регистрации, в аэропортовом ресторане и на стоянке такси перед терминалом. Но никто не мог припомнить австрийку с красным чемоданчиком на колёсах.

Расспросы не дали ничего — разве что Хогарт снова привык к чужому языку и освежил в памяти основательно подзабытый словарный запас.

Через час он сидел за рулём «Ауди» в подземном гараже в полукилометре от аэропорта и недоумённо смотрел на CD-проигрыватель в центральной консоли. Машину он совершенно ясно просил с кассетной декой. Коробку с кассетами Дюка Эллингтона и Мадди Уотерса, которую зря протащил в ручной клади, Хогарт швырнул на заднее сиденье.

К тому же бак у «Ауди» оказался заполнен лишь наполовину, а водительское сиденье не регулировалось. Какой-то идиот сломал фиксатор.

После короткой остановки на аэропортовой заправке он включил чешскую радиостанцию и развернул на пассажирском сиденье карту, чтобы найти кратчайший выход из лабиринта подъездных дорог. Настроение у него улучшилось только на скоростной трассе, ведущей к центру города, до которого было четырнадцать километров.