Пепел и Мёд (СИ) - "Архимаг". Страница 3
Никталия закатила глаза, но послушно подхватила уменьшенного бога под мышку, как модную собачку.
Спустя пару минут она взмыла на полуразрушенный шпиль ближайшей черной башни.
Они оказались над полем боя. Отсюда смог казался просто серой пеленой, сквозь которую пробивались исполинские вспышки.
В самом центре долины творилось нечто неописуемое.
Огромный зомби-Громовержец и Темный Эстро рубились насмерть с двумя фигурами. Император Александр V пылал золотым огнем, как сверхновая, обрушивая на врагов заклинания одно за другим. Рядом с ним, сплетая сложнейшие темные проклятия, сражался Фома, бывший черный маг в опале, а ныне восстановленный во всех правах офицер.
— Ого, — присвистнула Никталия. — Государь-то с огоньком! А Фома… слышала я про него от девочек… Вижу, тоже время зря не терял. Прямо битва титанов. Делаем ставки?
— Смотри левее, — напряженно скомандовал Ноктус.
Никталия перевела взгляд. Сквозь дым и туман, словно ожившая гора, двигалась Вафелька. Двадцатиметровая мирмеция перла напролом, разбрасывая тварей как кегли. На ее плечах крошечными точками виднелись Волков, Вольдемар и Дарья, которые поливали врагов огнем. Вафелька целеустремленно топала прямо к эпицентру драки Императора и Осколка.
— Умница девочка! — радостно воскликнула богиня. — Идет раздавать профилактические лещи! С такой поддержкой Темному Эстро точно…
Ее слова оборвались.
С противоположной стороны поля боя, пересекая серое небо с пугающей скоростью, неслась аномалия. Это была ревущая, абсолютно черная метель. Она двигалась не хаотично, а по строгой, убийственно точной траектории. Прямо наперерез Вафельке.
— Ой-ёй… — Никталия сглотнула, и ее голос потерял всю лихость. — Кажется, тетя Ася пошла в разнос…
Черная Айсштиль, лишенная всяких ограничений и контроля, собиралась перехватить гигантскую мирмецию прежде, чем та доберется до Темного Осколка. От ледяного вихря веяло такой абсолютной, смертоносной стужей, что даже Никталия поежилась. Если эта черная метель врежется в Вафельку…
— Лети за ней, — вдруг сказал Ноктус. Его голос был странно спокоен.
Никталия медленно повернула голову к Богу Ночи. Ее модные очки съехали на кончик носа.
— Издеваешься⁈ — взвизгнула она. — Лететь за этим черным ледяным ураганом⁈ Шеф, ты в своем уме⁈ Я богиня желаний и комфорта, а не ледокол! Она меня заморозит так, что я тысячу лет буду оттаивать! Моя шуба на такое не рассчитана!
— Лети, — жестко повторил Ноктус, его звездные глаза сузились. — У меня есть план. Нам нужно оказаться у нее за спиной, когда она атакует гиганта.
— Ваш план — это отправить меня на верную смерть! Опять! — возмутилась Никталия. Но она уже формировала вокруг себя розово-фиолетовый кокон из чистой магии желаний.
— Доверься мне, — прошептал Ноктус, снова растекаясь тенью и прячась в складках ее плаща. — Я знаю, за какие ниточки дергать… кхм… лед.
— Если я превращусь в сосульку, — простонала Никталия, сжимаясь пружиной и готовясь к прыжку, — я завещаю свои туфли Эмми, а тебе, босс, я буду вечно являться в кошмарах в неглиже! И петь караоке!
— Что ж, надеюсь, мы выживем, и сия печальная участь меня минует…
Никталия оттолкнулась от шпиля башни и, оставляя за собой яркий фиолетовый след, устремилась вдогонку за ревущей черной метелью.
Черная метель неслась над серой пустошью Мира Мертвых с неотвратимостью летящего локомотива.
Вафелька резко сбавила шаг и тяжело затормозила, пропахав в каменистом грунте глубокие борозды. Она подняла перед собой две из четырех гигантских рук, закрывая своих «пассажиров» от надвигающегося шторма.
Буря накрыла ее, закидывая комьями ослепительно-черного снега. По хитину забарабанили острые осколки льда.
Из вихря выступила Айсштиль.
Она выглядела жутко. Черное ледяное платье было покрыто сеткой глубоких трещин. Левая рукав был оторван, на мертвенно-бледной коже руки пульсировали фиолетовые вены.
Дыхание богини было тяжелым, с губ срывались облачка густого морозного пара. Ловушка в тронном зале и битва с двумя Владыками Подземного мира вымотали её почти до предела.
Но даже истощенная, она оставалась богиней. Аура абсолютного нуля, искажающая пространство вокруг нее, ясно давала понять: подойти ближе — значит умереть.
— Моя Госпожа! — крикнул Вольдемар, перекрывая вой ветра. Он стоял на плече Вафельки, сжимая кулаки. — Это не вы! Вас заставили сражаться против тех, кого клялись защищать!
Пустые, сияющие фиолетовым светом глаза Айсштиль медленно сфокусировались на Чемпионе. В них не было ни тени узнавания.
— Приоритет изменен, — ее голос прозвучал как скрежет ледника. — Устранить помехи. Защитить Повелителя.
Она вскинула обе руки. Земля между ней и Вафелькой взорвалась ледяными шипами размером с телеграфные столбы.
— Держитесь! — рыкнула Вафелька.
Титанша рванула вперед, ломая возникающие из-под земли преграды. Хитин с жутким скрежетом крошил черный лед.
Размахнувшись, Вафелька ударила нижними руками, метя в крошечную фигурку богини.
Но Айсштиль не стала уворачиваться. Она резко ушла вниз, приземлившись на землю, и небрежно взмахнула рукой.
Волна концентрированного, абсолютного холода врезалась в мирмецию. Ноги Вафельки внезапно покрылись толстой коркой черного льда. Лед стремительно пополз вверх по экзоскелету, промораживая гигантские суставы.
Вафелька взревела, ее мышцы натянулись как канаты. Она сделала еще один тяжелый шаг, но лед продолжал сковывать ее.
— На землю! — рявкнул майор Волков.
Он и Вольдемар синхронно спрыгнули с плеча вязнущей во льдах титанши. Едва их сапоги коснулись промерзшей земли, майор вскинул чудом уцелевший многоствольный пулемет. Длинная лента патронов, заправленная магической начинкой, змеилась из массивного короба за его спиной.
— Жри свинец, предательница! — заорал Волков, нажимая на гашетку.
Оглушительный рев разорвал морозную тишину. Поток трассирующих пуль ударил в Айсштиль.
Одновременно с этим Вольдемар выбросил руки вперед, обрушивая на свою же богиню каскад ледяных копий. Он не пытался ее убить, он хотел перегрузить ее щиты, сбить концентрацию.
Айсштиль раздраженно перевела взгляд в их сторону, отвлекаясь от Вафельки. Пули Волкова плющились о невидимый барьер в сантиметре от ее лица, а копья Вольдемара просто впитывались в ее ауру.
Она подняла руку, чтобы одним щелчком превратить обоих мужчин в кровавый ледник…
И тут сбоку мелькнуло красно-черное пятно.
Дарья Кривотолкова, которая спрыгнула с Вафельки секундой раньше и скрылась за обломками, выскочила у богини прямо из-за спины.
Взмах!
Искрящийся хлыст со свистом прижал к бокам руки Айсштиль, обвившись вокруг ее талии.
— На колени, ледышка! — прорычала Дарья, вкладывая в удар всю свою силу.
Дар Подавления и Боли хлынул по артефактному кнуту. Словно ментальная кувалда, бьющая прямо по нервным окончаниям, пытаясь сломить волю.
У Дарьи из носа тут же хлынула кровь от чудовищного перенапряжения. Давить божественную сущность было сродни попытке остановить поезд голыми руками.
Айсштиль пошатнулась, ее глаза широко распахнулись. Фиолетовое сияние в них тревожно замигало.
— Майор, сейчас! — закричал Вольдемар.
Чемпион бросился вперед, сокращая дистанцию. Он схватился голыми руками за ледяные наплечники Айсштиль. Его лицо исказилось от агонии, кожа начала стремительно синеть, но он сделал невозможное — начал выкачивать ее холод в себя, играя роль живого теплоотвода, ослабляя ее ауру.
Волков отбросил пулемет, выхватил из подсумка тяжелые, свинцовые армейские пластины, испещренные блокирующими рунами. Он впечатал их прямо поверх черного льда на плечах и груди богини. Руны вспыхнули агрессивным красным светом, блокируя магические каналы.
На секунду показалось, что у них получилось. Богиня замерла, опутанная хлыстом, обвешанная печатями. Остатки сил стремительно утекали в Вольдемара.