Со льдом - Лёкке Ивар. Страница 1
Ивар Лёкке
Со льдом
© Copyright © Ивар Лёкке, текст
© В оформлении макета использованы материалы по лицензии © shutterstock.com
© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2026
Исключительные права на публикацию книги на русском языке принадлежат издательству AST Publishers.
Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.
Прекрасный представитель детектива-триллера в духе романов Ю Несбё.
Мистические ритуалы, провинциальная скандинавская хтонь, харизматичный надломленный герой и неожиданная развязка – идеально, чтобы скоротать вечер всем любителям жанра.
Не просто детектив – психологическая драма, которая бьет точно в цель.
Рекомендую всем поклонникам жанра.
Я не фанат триллеров, но эта книга захватила меня с первых строк. Подозрения метались от героя к герою, каждая новая деталь переворачивала все с ног на голову. Живые персонажи, нарастающее напряжение и финал, который ошеломляет своей неожиданной и безупречной логикой.
Несмотря на всю мрачность этой истории, в ней остается место для света, который живет в каждом из нас. Герой сохраняет его, даже когда оживают самые страшные легенды, а тень погибшей дочери следует за ним по пятам.
Глава 1
Кр-рак!
Треск эхом пронесся над гладкой, темной поверхностью озера. Трепыхнулся на ветру красный шарф. Девичья рука поймала его, засунув свободный конец за отворот пальто.
У Мортена перехватило дыхание.
Короткое слово сорвалось с губ облачком морозного пара.
– Рони.
Дочка. Такая, какой он запомнил ее за несколько недель до исчезновения, – тонкая, невысокая, с развевающимися от ветра светлыми волосами и бледной, почти белой кожей. Школьная форма из сине-черной шерсти, темное пальто. Лишь шарф, вызывающе красный, ярким пятном выделялся на фоне лаконичной черно-белой картинки.
Она никогда не носила такой шарф.
Но, наверное, могла бы.
Маленькая фигурка замерла на секунду, прежде чем обеими ногами ступить на лед.
Шаг, другой.
Мортен следил за ней глазами, боясь даже моргнуть, чтобы видение не пропало.
А потом…
Трубный зов буккехорна [1] разорвал тишину тревожным звенящим гулом. Взгляд Мортена невольно метнулся к кромке леса, откуда раздавался звук.
Бом-м.
Бом-м.
Из черной чащи на берег ступили трое – будто тени вдруг обрели плоть, отделившись от темных стволов. Лица – если они вообще были – скрывались под низко опущенными капюшонами черных плащей, напоминавших одеяния служителей какого-нибудь культа из дешевого голливудского фильма категории «Б». В руках сектанты сжимали инструменты, которые Мортен прежде видел лишь в витринах исторического музея. Изогнутый рог буккехорн. Бубен из туго натянутой кожи.
И ритуальный посох с резной рукоятью.
Кр-рак!
Капюшоны синхронно повернулись к Рони, идущей по черному льду.
Черт.
– Ендер ав-ден, скальде винтеррен… – Слова древненорвежского ритуального заговора разнеслись над озером вместе с ветром. – О, снежные духи, пусть наша жертва усмирит ваш свирепый нрав и дарует нам мягкую зиму…
От зловещего песнопения мороз пробежал по коже. Но по-настоящему страшно стало, когда фигуры в плащах одна за другой ступили на лед. И двинулись за трепещущим на середине озера красным шарфом.
Черт, черт, черт!
– Рони!
Мортен рванул к дочери наперерез преследователям. Ноги разъезжались на скользком льду, оставляя его, словно в каком-то чертовом мультике, которые Фредерика лет десять назад ставила Рони по выходным, бессмысленно топтаться на месте.
– Рони! Рони!
Красный шарф был все дальше, а черные фигуры – все ближе.
– Рони! – закричал он, всем своим существом устремляясь за ней.
Гулкое «кр-рак-к» эхом прокатилось по застывшей равнине. Следующий его шаг пришелся уже в пустоту. Лед расступился под ногами Мортена, окуная его в черную бездну.
Кр-рак!
Льдины сомкнулись над головой. Тело сжали крепкие тиски холода. Грудь сдавило. Облако пузырьков вырвалось изо рта с беззвучным криком.
Мортен погружался все глубже, как будто невидимая рука тянула его ко дну, которого не было. Но не переставал смотреть – замерзшими, застывшими глазами.
Сквозь толщу льда, искажавшую реальность, ярким красным пятном светился треплющийся на ветру шарф. И совсем рядом – уродливые черные кляксы, смыкавшие кольцо вокруг Рони.
В руках одного из сектантов мелькнул посох.
Смазанное движение. Замах.
– Беги! Беги!
Шарф, словно кровь, взметнулся в воздух. Сердце Мортена остановилось. Холод озера добрался до него, сковав ледяной коркой.
– Ро… ни…
Удар.
– Ай!
Мортен Соренсен вздрогнул всем телом, стряхивая липкую пелену кошмара и чужую сумку, упавшую на него с багажной полки. Затылок, по которому пришелся удар острого уголка, саднило.
– Ендер ав-ден, скальде винтеррен… – монотонно забормотал чей-то голос, неприятно напоминавший песнопения сектантов в черных капюшонах.
Мортен резко обернулся. Рука инстинктивно метнулась к поясу, где обычно был пистолет, но нащупала лишь пустоту. Раздражение волной поднялось внутри.
И так же быстро пропало.
На него с глуповатой улыбкой смотрел пухлощекий блондин лет двадцати… увы, только физиологически. Какой именно ментальный недуг был у парня, Мортен не знал и не хотел строить догадки.
Сидящая на противоположной скамейке пожилая женщина виновато улыбнулась.
– Простите, пожалуйста. Олле случайно.
Она потянулась, чтобы забрать упавшую на Мортена сумку, но парень, по всей видимости не желавший ничьей помощи с собственным багажом, замахал на мать руками.
– Кульден тракке, сет тильбакке. Сколь! Сколь!
Мортен скептически выгнул бровь, получив в ответ еще одну виноватую улыбку.
– Извините. Сын посмотрел один ролик в интернете… Свенн Янсонн, популяризатор древненорвежской культуры – ритуалы, шаманские обряды, традиционная кухня, костюмы. Может, слышали?
– Нет.
– Гляньте на досуге. Очень познавательно и интересно. Песнопения, правда, жутковатые, зато с большим смыслом. Олле запоминает их на удивление легко. Он очень этим увлекся. Сейчас, например, пытается умилостивить духов холода, чтобы зима была не такая…
Соседка замолчала, когда Мортен поднялся с места. Пожилой женщине явно хотелось поговорить, но Соренсен не был настроен на философские беседы о погоде и влиянии социальных сетей на подрастающее поколение. Затылок ныл, спина затекла от того, что он задремал в неудобной позе. Желудок предательски сжимался всякий раз, когда паром подбрасывало на сильной волне. В ушах затухающим эхом стоял крик Рони.
«Папа!»
– Извините, – пробормотал он, протискиваясь мимо Олле и его матери в проход. Женщина торопливо отодвинулась.
– Да-да, конечно. Надеюсь, мы не слишком вам досаждали.
– Все в порядке.
В уборной Мортен долго умывался холодной водой, надеясь взбодриться. Помогло не особо. Вид у него был как после попойки – мешки под глазами, помятое лицо, двухдневная светлая щетина, на голове воронье гнездо, взгляд усталый и потухший. Правду говорят, в двадцать лет можно гулять до утра и на следующий день выглядеть бодрым и свежим. Тогда как в сорок достаточно одного раннего вылета, чтобы стать похожим на несвежий труп.