Селестинские пророчества - Редфилд Джеймс Redfield. Страница 17

– Вот как раз доказательства мы и хотим найти.

– Но как можно допускать существование чего-либо, не имея на то доказательств?

По голосам чувствовалось, что оба уже рассержены, но я лишь рассеянно прислушивался к ним. Мое внимание было поглощено изменениями их энергетических полей. В начале спора мы с Филом отошли на несколько шагов, и

Сара с долговязым сошлись лицом к лицу: между ними оставалось не более полутора метров. Их энергетические поля стали более плотными и, словно под воздействием некой внутренней вибрации, более возбужденными. По мере продолжения разговора поля стали перемежаться. Когда один из собеседников что-то утверждал, его поле, казалось, засасывает поле оппонента подобно своеобразному пылесосу. Однако после того, как оппонент выступал с опровержением, энергия возвращалась обратно к нему. Судя по изменениям энергетических полей, тот, кто обосновывал свое утверждение, словно старался захватить часть поля оппонента и втянуть его в себя.

– …кроме того, – говорила в это время Сара, – мы наблюдали явление, а теперь пытаемся дать ему объяснение.

Мужчина с презрением посмотрел на нее:

– Тогда вы не только некомпетентны, но и безумны. – Проговорив это, он зашагал прочь.

– А вы просто динозавр! – крикнула ему вдогонку Сара, от чего мы с Филом, не удержавшись, рассмеялись. Она же по-прежнему была взвинчена.

– Эти люди способны вывести из себя, – проговорила она, когда мы уже снова шли дальше по дорожке.

– Забудьте об этом, – успокаивал ее Фил. – К сожалению, встречаются и такие.

– Но почему их так много? – размышляла вслух Сара. – И почему они появились именно сейчас?

Когда мы подошли к усадьбе, я увидел джип и Уила возле него. Дверцы были распахнуты, а на капоте разложе-' ны инструменты. Уил сразу заметил меня и сделал знак подойти.

– Похоже, мне пора отправляться, – заметил я.

Этими словами я нарушил почти десятиминутное молчание, которое наступило после того, как я попытался описать изменения энергетического поля Сары во время спора. Очевидно, мне не удалось должным образом сформулировать свои наблюдения, потому что они лишь рассеянно посмотрели на меня, целиком погруженные в свои мысли.

– Приятно было познакомиться, – попрощалась Сара, протягивая мне руку.

Фил смотрел в сторону джипа.

– Это не Уил ли Джеймс? – спросил он. – Он и есть тот человек, с которым вы приехали?

– Да, – подтвердил я. – А что?

– Так, просто спросил. Я не первый раз вижу его здесь. Он знаком с владельцем поместья и входил в группу тех, кто первыми приступили к изучению здесь энергетических полей.

– Пойдемте, познакомитесь, – предложил я.

– Нет, мне пора, – отказался он. – Встретимся здесь в другой раз. Я уверен, что вы не сможете остаться в стороне…

– Не сомневаюсь, – согласился я.

Сара заметила, что ей тоже нужно идти и что я могу связаться с ней через эту усадьбу. Я задержал их еще на несколько минут, чтобы поблагодарить за то, чему они меня научили.

Сара посерьезнела:

– Видение энергии – это овладение новым способом постижения материального мира, оно приходит после того, как этим как бы заражаешься. Мы не можем этого объяснить, но когда люди общаются с теми, кто способен видеть эту энергию, они, как правило, тоже начинают видеть ее. Так что покажите еще кому-нибудь, как это делается.

Я кивнул и поспешил к джипу. Уил, улыбаясь, поздоровался со мной.

– Вы уже готовы? – спросил я.

– Почти, – отозвался он. – Как прошло утро?

– Занятно, – сказал я. – Мне нужно о многом поговорить с вами.

– Лучше оставить это до другого раза. Нам необходимо выбираться отсюда. Все, похоже, складывается не в нашу пользу.

Я подошел поближе:

– А что такое?

– Ну, это не так уж серьезно, – успокоил меня Уил. – Расскажу потом. Заберите свои вещи.

Я прошел в усадьбу и взял то немногое, что было оставлено в номере. Уил заранее предупредил меня, что хозяин был настолько любезен, что распорядился не взимать с нас плату, поэтому я спустился вниз, сдал ключ портье и вышел на улицу к джипу.

Уил что-то проверял под крышкой капота, потом захлопнул ее и подошел ко мне.

– Ну вот, – сказал он. – Поехали. Мы выехали со стоянки на дорогу к главным воротам. Одновременно с нами тронулось еще несколько машин.

– Так что же случилось? – повторил я свой вопрос.

– Поступила жалоба от представителей местных властей, а также неких деятелей от науки на тех, кто связан с этим центром научных конференций. Они не выдвигают обвинений в какой-либо противозаконной деятельности. Просто некоторые из приезжающих сюда людей могут попасть в число тех, кого они называют «нежелательными лицами» и «псевдоучеными». Эти чиновники могут причинить немало неприятностей, а это грозит ухудшением финансового положения усадьбы.

Я в недоумении посмотрел на него, а он продолжал:

– Видите ли, в усадьбе обычно останавливается несколько групп, и лишь немногие имеют отношение к исследованиям, связанным с Манускриптом. Другие ученые заняты своими дисциплинами и приезжают сюда лишь потому, что им здесь очень нравится. Если власти будут действовать слишком грубо и создадут вокруг усадьбы негативный климат, эти группы перестанут встречаться здесь.

– – Но мне кажется, вы говорили, что местные власти не собираются чинить препятствий притоку туристов в Висьенте? – Да, я так считал. Но кто-то заставляет их слишком нервничать из-за Манускрипта. В садах кто-нибудь из исследователей понял, что происходит?

– Вообще-то нет, – ответил я. – Они только удивлялись тому, что вдруг появилось столько рассерженных людей.

Уил промолчал. Мы выехали из ворот и двинулись на юго-восток. Через милю мы свернули на другую дорогу, которая вела прямо к видневшейся далеко на востоке горной гряде.

– Сейчас будем проезжать как раз рядом с садами, – произнес через некоторое время Уил.

Впереди показались участки и первое металлическое строение. Когда мы поравнялись с ним, дверь отворилась, и я встретился глазами с тем, кто выходил из него. Это была Марджори. Пока мы проезжали мимо, она, улыбаясь, провожала меня взглядом, и мы с ней долго не отрывали друг от друга глаз.

– Кто это был? – поинтересовался Уил.

– Женщина, с которой я вчера познакомился.

Он понимающе кивнул, а потом заговорил о другом:

– Вам удалось просмотреть Третье откровение?

– Мне дали экземпляр.

Уил ничего на это не сказал и, казалось, был погружен в свои мысли, поэтому я вынул перевод и принялся искать место, где остановился. Там как раз говорилось о природе красоты и отмечалось, что через ее восприятие люди со временем научатся видеть энергетические поля. Когда это произойдет, предрекалось в Третьем откровении, наше понимание материального мира немедленно станет другим.

Например, мы будем употреблять в пищу больше таких продуктов, которые еше хранят эту энергию, и осознаем, что в одной местности больше энергии, чем в другой, и самая высокая степень ее концентрации приходится на те районы Земли, где сохранилась естественная среда древности, в особенности на леса. Я дошел уже до последних страниц, когда ко мне неожиданно обратился Уил.

– Расскажите, что у вас там было в садах? – попросил он.

Как умел, я подробно пересказал все, что произошло за эти два дня, в том числе и о тех людях, с которыми я познакомился. Когда я рассказал о встрече с Марджори, он посмотрел на меня и улыбнулся.

– Говорили ли вы с этими людьми о других откровениях и о том, какое отношение имеют эти откровения к тому, чем они занимаются в садах? – спросил он.

– Я вовсе не упоминал о них, – ответил я. – Поначалу я не доверял этим людям, и лишь потом понял, что они знают больше, чем я.

– Думаю, что будь вы совершенно откровенны с ними, вы смогли бы донести до них важную информацию.

– Какую информацию?

Уил проникновенно взглянул на меня:

– Об этом известно только вам.

Я не знал, что на это ответить, и поэтому принялся разглядывать пейзаж. Местность становилась все более каменистой, холмы – более крутыми и высокими. Над дорогой нависали большие гранитные глыбы.